Ааргх - Андрей Белянин

Тем временем бойня принимала самый неприятный характер: звенело оружие, с хрустом и чавканьем вгрызаясь в живую плоть, люди дрались молча, а умирали страшно, так и не успев понять за что…

Молодчик Эшли, вытащив из лифа два вилка капусты, кинул в кого-то, не попал, выхватил клинок и, должен признать, вёл себя вполне достойно. В том смысле, что убить себя никому не позволил, сам за мою спину не прятался и даже успешно отражал клинки противников изящной рапиркой. Школа у него чувствовалась, но пока не герой, никого не заколол столичный дуэлянт…

Завсегдатаи Трувора потеряли уже троих, но и воины в чёрном дрогнули, завалив весь пол трупами своих товарищей. Лишённые командира, они стушевались, запаниковали, бросившись в конце концов в неорганизованное отступление. Я проследил за ними из разбитого окна: негодяи удирали пешком – лошадей у коновязи уже не было. Приграничье, воруют, предупреждали же…

– Малыш, нам надо серьёзно поговорить, – строго окликнул меня сзади голос папиного друга. Победители обирали трупы, старая трактирная служанка с бульдожьим лицом уже замывала кровь, а сам виновник наших смут торопливо резал верёвки на руках дяди Трувора.

– То есть обычным «я больше не буду…» мне уже не отделаться?

– Иди за мной. Оба идите!

Мы с графом послушно опустили головы и прошли за ним в его подсобку. Он бухнулся на чурбак для рубки мяса, налил три одинаковые кружки из бочонка с «Сапогами епископа», выпил свою порцию в два глотка и налил снова. На его виске заметно кровоточила крупная царапина, а костяшки пальцев были сбиты до чёрных мозолей…

– Так куда вы влезли, ребята? Я хочу слышать только правду! Клянусь, если кто-то попробует накормить меня лживым навозом, то пусть пеняет на себя – два лишних трупа уже ничем не отягчат мою душу.

Я неохотно кивнул. Молодой Эльгенхауэр, так и не переодевшийся, поправил пустой лифчик, храбро отхлебнул из кружки, закашлялся как больной барсучонок, вытер выступившие слёзы и хорошо поставленным голосом, в лицах описал всю нашу эпопею. Хочу сказать, что у меня так красочно и достоверно не получилось бы.

– Это правда?

– Гр-р-р, – уверенно подтвердил я.

– Хочешь сказать, что парнишка ни разу не солгал, даже в мелких деталях?

– Гр-р-р! – Хотя, если честно, то, конечно, он несколько преувеличил свою роль в эпизоде уговора девушки поменяться с ним одеждой. Нет, с одной стороны, меня там не было, значит, ему веры больше, но с другой… Поверить в то, что она в десять секунд настолько пленилась его красотой и обаянием, что быстренько разделась, отдав этому задохлику всё, всё, всё – от одежды до… И, типа, он этим всем (кроме платья!) даже не воспользовался, потому что со всех ног спешил мне на помощь?! Но хозяин харчевни предпочёл не заострять на этом внимания.

– Эти парни в чёрных плащах – тайная полиция Империи, – наливая себе уже в третий раз, начал старина Трувор. – Причём настолько тайная, что и сам император толком не знает, кому они подчиняются. Я встречал этих молодчиков дважды… При битве на море у Северного пролива, когда они на глазах у всех зарезали четверых наших офицеров, а потом генерал Ленгстон «слил» сражение в пользу эльфов. Кое-кто из уцелевших кричал об измене, но их никто не слушал, а сам генерал умер при невыясненных обстоятельствах на пути в столицу. А второй раз они посетили наш лагерь при осаде Семибашенья, была такая мятежная крепость на западе. Не тронули никого, однако когда мы взяли город, нам отказали в праве на военную добычу, потому что её успели вывезти «чёрные плащи», не принимавшие прямого участия в самом сражении. Сегодня мы встретились в третий раз…

– Эти наглецы так ничем и не объяснили причин своего бестактного поведения? – высокомерно вскинул носик молодой граф.

– О нет, мой благородный лендлорд, – спокойно ответил бывший наёмник. – Да, они не скрывали, что ищут вас, но никаких письменных объяснений этому вопиющему факту почему-то не представили. Хотя, видит небо, я настаивал…

– Мерзавцы! – подтвердил пылкий Эшли.

– Да, да, увы, куда катится наш мир, – сочувственно согласился Трувор и развернулся ко мне, не понижая голоса: – Где ты выкопал этого законченного идиота? Разве твоя мама не говорила, что никогда нельзя поступать на службу к высокородному дауну с явными признаками прогрессирующей шизофрении?!!

Молодой дворянин вспыхнул до ушей, как кормовая свёкла, но я успел ответить первым:

– Он заплатил аванс.

– Ты не умеешь врать, Малыш…

– Умею, но вам не хочу. Ладно, аванса не было, но я дал слово. А слово ааргха твёрже его…

– …лба! – закончил известную поговорку друг моего отца. Мы чокнулись и выпили молча. После короткого вздоха Трувор встал, помассировал хрустящее плечо и тихо буркнул:

– Я не знаю, чего и как вы были намерены здесь найти. Ваш шпион, видимо, не умел считать, у меня в заведении всего три стола. Четвёртого не было и нет.

– Но четвёртая столешница обязана быть! Я убеждён, я почти ощущаю в воздухе какие-то странные эманации, словно бы кто-то ищет меня, шепчет моё имя, и само подсознание говорит – ответ здесь… Сейчас произойдёт нечто, что откроет всем нам глаза, и мы увидим, что скрывается за четвёртой столешницей, которой нет! Ааргх, ты со мной?

– Нет. – Я оттопырил ухо, ещё раз прислушался и окончательно принял решение. – То есть я по-прежнему на службе, но подожду здесь.

– Ты не веришь в подсознательные эманации?! – от всей души поразился граф Эшли.

Ну… не верю, а что такого? При чём здесь эманации, когда я отлично слышу, чей гневный голосок уже разносится по разгромленной гостиной, и прекрасно знаю, куда влипнет мой вдохновенный хозяин, едва перешагнёт порог спасительной подсобки.

– Я вновь глубоко разочарован в тебе, Малыш… Ты по-прежнему отказываешься помочь мне в поисках!

– Это не входит в его обязанности телохранителя, – устало пояснил Трувор. – Мне кажется, или там действительно шумит рыжая Эльза?..

Я вовремя дал ему знак помолчать. Молодой господин, сочтя наши перемигивания подлым сговором, вышел вон с гордо поднятой головой. Старый трактирщик сдержанно хихикнул и предложил мне выпить ещё. Почему нет, ааргхи же не пьянеют…

– Ах, вот ты где, льстивый мерзавец! – яростно раздалось из-за двери. Мы почти услышали, с каким грохотом сердце графа Эшли упало в его же пятки.

– Эльзу я нанял недавно, и её родители ещё приплатили мне за это, – нетрезво подмигнул Трувор. – У девочки крутой нрав и доверчивость котёнка, помноженная на силу императорского мамонта. Каких трудов мне стоило убедить её не начинать драку, а пройтись за водой… Думаю, сейчас она наверстает своё?

Не знаю, уж что такое в действительности наболтал ей мой щуплый господин, чтобы девица мигом согласилась поменяться с ним одеждой. Думаю, самое малое – предложил немедля выйти замуж! И, судя по графским воплям, теперь уже она тащит жертву на супружеское ложе. Загремел хохот завсегдатаев, посыпались грубые солдафонские шутки, кое-кто даже проорал о ставках и начал отстукивать на перевёрнутом жбане ритм. Я встал.