Эльфийские врата - Майкл Пэрриш

К утру они достигли еще одной сторожевой башни ― на этот раз полуразрушенной. Уцелел лишь небольшой помост, бывший некогда первым этажом башни. Зато это место не было осквернено орками.

Фракс взял на себя первую вахту. Когда леди Ньяра и дворф уснули, он забрался на помост и принялся осматривать окрестности. На горизонте мерцали в горячих струях воздуха развалины Уркука ― остатки городских стен, остовы домов, полузасыпанные песком.

Некогда это был роскошный город, куда более богатый и славный, чем Порто-Драко или Порто-Валлум, знаменитый своими башнями и щедро украшенными золотом храмами, а теперь его руины ― прибежище орков! В дворцах обитают змеи, на знаменитых торговых улицах валяются обглоданные человеческие кости.

Если напрячь глаза, то за руинами Уркука можно было разглядеть далекое море ― темно-синюю, сверкающую в лучах солнца полосу, которая на горизонте сливалась с небом. Гладиатор сглотнул и почувствовал, как пересохло горло. Разумеется, морская вода непригодна для питья, но тело не желало об этом знать, оно мечтало о прохладной и чистой родниковой воде. Да что там родник! Грязная вода из лужи ― и та показалась бы сейчас нектаром.

Несколько раз ему казалось, что он замечает в пустыне какое-то движение, но это была лишь игра теней. Наконец глаза начали слезиться и болеть от яркого света, и он был рад, когда Улвур пришел сменить его. Несчастный, замученный солнцем гладиатор приветствовал дворфа так дружелюбно, что тот даже опешил.

Фракс нырнул в небольшой люк в полу башни и спустился по чудом сохранившейся лестнице в темный и прохладный подвал. Лишь косые солнечные лучи, проникавшие в отверстие люка, немного освещали помещение. Леди Ньяра дремала у едва тлевшего огня. Фракс подумал было подбросить дров, но решил сначала прилечь на пару минут. Он не собирался спать ― только полный глупец будет спать, когда на страже стоит дворф, просто нужно дать глазам отдых.

Когда он открыл глаза, солнце уже зашло. В люк заглядывала любопытным глазом яркая звезда. Рядом с ним что-то зашуршало, и, обернувшись, Фракс увидел дворфа, который сидел рядом, положив топор на колени. Гладиатор почувствовал себя очень неуютно.

― Ага, засоня, наконец-то! ― приветствовал его дворф.

― Где леди? ― спросил Фракс.

― Наверху, несет вахту. Пора собираться.

― Ладно, я сейчас, ― проворчал Фракс, собирая пожитки.

Как всегда перед выходом, он несколько раз провел точильным камнем по лезвию меча и невольно взглянул на мешок дворфа. Где-то там лежит таинственная трубка, которая разнесла летающего червя на тысячу клочков.

Дворф, угадав его мысли, усмехнулся:

― Интересуешься, человек?

― Хм… ― проворчал Фракс под нос, не желая выдавать любопытства.

― Небось ты никогда в жизни не видел ничего подобного.

― Хм… ― снова пробурчал Фракс.

― Неудивительно. Вы, люди, умеете делать только мечи, топоры и луки. Вы и понятия не имеете о настоящем искусстве оружейников!

— Настоящему бойцу ни к чему ваши колдовские штучки! ― гордо заявил Фракс. ― Был бы добрый меч из доброй стали да голова на плечах.

― В самом деле? ― ухмыльнулся дворф. ― Что-то добрый меч из доброй стали не слишком помог тебе в битве с летучим червем. Может быть, проблема была с головой?

― Хм… В битве главное ― иметь мужество в сердце. Тогда ты можешь справиться с червем и голыми руками.

― И что же, тебе это удалось? ― не отставал дворф. ― По-моему, если бы не я, ваше путешествие закончилось бы, так и не успев начаться.

― Хм…

Фракс не нашел, что возразить, и замолчал. Он не мог не признать, что маленький воин прав. В Порто-Драко гладиатору приходилось слышать рассказы о колдовском оружии дворфов Гнарльштата. Об оружии, которое убивает на большом расстоянии, гораздо большем, чем лук и даже арбалет.

― Мои братья называют это оружие пушкой Фафнира, ― неожиданно сказал дворф. ― Давным-давно, в дни славы Гнарлыптата, врагов встречали в горах вспышками тысяч молний. Но потом наступили темные времена, и мои братья покинули этот мир.

― Сколько же вас сейчас? ― Фракс не смог побороть невольное сочувствие ― голос Улвура был так печален!

― Нас осталось совсем немного, ― ответил дворф. ― И те, кто еще жив, не знают покоя, они вечно в поиске…

― Что же они ищут?

― А вот это тебя не касается! ― отрезал Улвур. ― Позаботься лучше о том, чтобы твой меч был достаточно острым для того, чтобы перерубить шею орку. И избавь меня от бесконечных вопросов.

Фракс только пожал плечами. Если дворф хочет хранить свои тайны ― это его право.

Услышав голоса, леди Ньяра спустилась в подвал. Она велела спутникам собираться, затем опустилась на колени перед погасшим костром и натерла лицо и руки пеплом.

― Зачем это? ― удивился Фракс.

― Чтобы тебя не заметили, человечек. Зачем же еще? Твое бледное лицо будет сиять в ночи, как вторая луна, ― фыркнул дворф.

Пришлось и гладиатору вымазать лицо и руки золой. Затем они оседлали лошадей и поделили остатки скудных припасов. Воды оставалось всего полфляжки на троих. Нужно было срочно найти источник, который не охраняли бы орки.

Боги были благосклонны к путешественникам ― на горизонте стали собираться темные облака. Вскоре они заслонили луну, и руины и песчаные барханы утонули в серых тенях, надежно скрывших маленький отряд от посторонних глаз. Чем дальше путники продвигались на юг, тем больше руин им попадалось и тем осторожнее им приходилось быть: всюду могли скрываться враги.

Постепенно руины превратились в настоящий лабиринт, путешественникам пришлось спешиться и вести лошадей в поводу. По-прежнему они не видели ни одного орка, хотя постоянно натыкались на следы мерзких тварей ― старые кострища и человеческие кости. Фракс то и дело тянулся к мечу, но каждый раз опускал руку ― переулки древнего города были пусты, там жили лишь тени.

И все же Фракса не оставляло чувство, что за ними кто-то следит. Он тревожно оглядывался на темные оконные проемы и пытался угадать, кто может прятаться в покинутых домах. Опять то же чувство ― как будто он стоит на арене и ворота вот-вот раскроются.

Фракс не хотел говорить спутникам о своих подозрениях ― а то дворф опять начнет подтрунивать над ним. Но тут сама леди Ньяра остановилась и подняла руку:

― Тихо! Послушайте! Вы ничего не слышите?

Гладиатор и дворф прислушались. Постепенно сквозь посвист ветра они стали различать негромкие мерные удары волн морского прибоя.