Почти целитель. Часть пятая. - Андрей Коткин

Далее вышколенные слуги проводили господ в просторный зал, наполненный ярким светом магических светильников и сливками высшего общества Санкт-Петербурга. Гости здесь или кучковались по интересам рядом со столами у стен, или дефилировали от одной группы к другой, заводя полезные знакомства или просто приветствуя знакомых.

В похожее плаванье Иван под ручку со своей пани и отправился. Улыбки, расшаркивания, новые знакомства и формальные фразы с подтекстом… Вот на что был потрачен первый час сегодняшнего вечера.

В какой-то момент Ядвига присоединилась к одной из женских «стаек». Иван, вооружившись бокалом с шампанским, попробовал составить компанию своей спутнице, и пару бокалов спустя напрочь потерял нить разговора. Вот как высота каблука у туфель вооон той девицы может быть связана с тем, насколько жаркими будут отношения у недавно сложившейся парочки, которая на вечере даже не присутствует? Ваня такого понять был не в состоянии, точнее, даже не старался, так как считал подобные попытки опасным для своего душевного здоровья, поэтому предпочел произвести маневр тактического отступления…

Оказавшись в одиночестве, Иван окинул взглядом собравшихся.

А ведь хозяйка дома весьма популярная в свете личность! Вон сколько ухажеров вокруг неё вьётся. Причем среди «старых козлов» и «светских волков» полно и молодых восторженных юношей, которых Ваня для справедливости по отношению к остальным поименовал «непугаными телятами». И все они кидали на хозяйку восхищённые, влюбленные или плотоядные взоры. Особенно когда та начинала смеяться, изящно запрокидывая лебединую шейку…

Да и Лудильщиков признавал, что женщина вполне заслуживает всех этих жарких взглядов.

Заметив внимание со стороны нашего героя, баронесса на мгновение задержала на нем свой взгляд и подмигнула, на что Лудильщиков лишь с улыбкой кивнул в ответ, и поспешил откочевать в другую часть залы. Он почему-то был уверен, что стоит ему только проявить активность в отношении упомянутой особы, так его жизнь тотчас превратиться в эпизод из дамского романа, и уже о нем будут судачить «светские кумушки», выискивая взаимосвязи его отношений с чьими-нибудь туфельками…

Не успел он пройти десяти метров, как был перехвачен скучающими дамами, которые, заметив, что полячка оставила «свой пост», нацелились на нового в их кругу человека.

Ваня то ли с ужасом, то ли с восхищением (наш герой со своей позицией не определился) наблюдал, как технично его окружают, отрезая любые пути к отступлению. Пираньи «балоплавающие»…

— Ах, господин граф!

— Скажите, Ваша Светлость!

— А расскажите, как это участвовать в магической дуэли? Было страшно?

И все такие милые и обворожительные, роковые и кокетливые. Иван мог бы потеряться в этом калейдоскопе улыбок и пышных форм, если бы настоящие эмоции большинства девушек зачастую так разительно не отличались от того, что они старательно и профессионально демонстрировали.

Очень, знаете ли, странное чувство, когда тебе Так улыбаются, что всё твое естество против воли само подняться готово да в бой броситься, а в эмоциях — только расчет и предвкушение охотника.

Больше всего это Лудильщикову напомнило встречу с армейским интендантом, когда тот новый груз принимал в присутствии начальства — в глазах подобострастие и рвение. Сразу видно — человек честен аки агнец и трудолюбив сверх всякой меры, но в мыслях в этот момент сей бравый хозяйственник уже вовсю подсчитывает, сколько там из полученного товара списать да придержать можно будет…

И особенно занимательно то, что Ядвига выручать своего кавалера вовсе не спешила. Хоть посматривала на него да периодически ободряюще кивала, натыкаясь на его призывающий к спасению взгляд…

Когда Иван увидел шествующего по залу сеньора Джакомо — обрадовался ему, как старому знакомцу. Тот сильно припозднился, и сейчас раскланивался с другими гостями, представляя им своего спутника. Которым оказался улыбчивый, черноволосый внешне молодой еще итальянец с легкой проседью на висках и с хищными чертами лица, притом не лишенными изящества. Глубоко посаженные темно-карие глаза сверкали из-под изгиба бровей парой раскаленных угольков. И при этом сей римлянин являлся обладателем очаровательных ямочек на щеках, да робкой и крайне обаятельной улыбки. Всё это в совокупности оставляло неизгладимое впечатление и работало как настоящий магнит, притягивая к вновь прибывшему поголовное внимание окружающих.

В итоге представители Ватикана были мгновенно окружены, засыпаны представлениями и расспросами, и Иван потерял их из виду.

Вскоре настало время танцев. Пройдя несколько туров с Ядвигой, граф Лудильщиков уделил внимание и другим девушкам, после чего решил устроить перерыв и выскользнул на балкон — подышать свежим воздухом.

— Mi scusi[1], — вдруг послышался голос рядом, — это правда, что ви сражались в Китае в поединке с демонологом из пьервой сотни бой-евых магов микадо? — повернув голову, Иван увидел рядом с собой спутника Джакомо. Интересно, как тому удалось так тихо подобраться? Наш герой, конечно, специально за обстановкой не следил, но всё же.

— Простите, с кем имею честь? — поинтересовался Ваня у смуглого красавчика.

— Оу, тысячья извиньений! — собеседник сделал церемонный жест, словно снимая шляпу. — Джованни Константин Санта-Ривз, рыцарь-демоноборец к вашим услугам, сеньор.

— Граф Иван Федорович Лудильщиков, — подхватил процедуру взаимного расшаркивания наш герой. — А что касается вашего вопроса… Мне тогда просто очень повезло. Чудом жив остался, да и не бой это был, скорее мимолетная стычка, в которой мне посчастливилось сделать ход первым.

— Йа понимаю, — ответил собеседник, — рйеальные сражения часто столь спонтанны и скоротечны. Считаньие мгновенья и финал. А потом ты думаешь — «что это бьило»? Вот помню…

Новый знакомец оказался прекрасным собеседником. Умел интересно рассказывать и слушать. А по возрасту Джованни оказался возраста отца Ивана Лудильщикова и был настоящим ветераном борьбы с демоническими порождениями… В нем чувствовался стальной стержень бывалого воина, который последние тридцать лет посвящал себя борьбе с «дйявольской угрозой».

Ваня оглянуться не успел, как в общении пролетело полчаса. Неожиданно для себя увлеченно рассказывал о переделках, в которых побывал за последние четыре года, и с интересом слушал, как Санта-Ривз травил свои смешные "истории чудаковатого инквизитора", как в шутку о своих похождениях отзывался итальянец.

— А в чем разница между демонологом и демонопоклонником? — решил уточнить Иван у знающего человека.

— Йесли человьек руководит демоном, то это демонолог. Йесли демон человеком — то демонопоклонник, — максимально просто ответил Джованни. — Маг же делит своё тъело с демоном. И главенство в таком тандеме нужно постоянно подтверждать…

Собеседник хоть временами и коверкал рассейский язык, но в вопросе профильных для себя терминов был на