Рабыня драконьей крови - Сильвия Лайм

Айден оказался обнажен. Раздеться не составило труда: он еще в детстве создал заклятье, превращающее одежду в пыль.

Не слишком удобно, ведь восстановить вещи затем было почти невозможно. Зато скорость Айдена вполне удовлетворяла. А драгоценными цепями, часами и костюмом можно было пренебречь.

Селина выдохнула и широко раскрыла глаза, словно не верила тому, что видела. Впрочем, магия высоких уровней часто вызывала у людей удивление. Они не способны были разглядеть ее воплощение, но могли оценить результат.

Этим прямо сейчас его девушка и занималась, пока он опускал бедра вниз, прижимаясь к ее горячему телу, раскрывая собственной плотью влажные от удовольствия складочки.

Губы Селины распахнулись, но дыхания с них не сорвалось. Она не шевелилась, ощущая, как его член медленно скользит по ее нежным, чувствительным точкам, нарочно задевая набухший в исступлении бугорок.

Руки Айдена, упирающиеся в кровать по обеим сторонам от ее лица, напряглись. На мышцах выступили вены… и на коже тоже начала проступать чешуя.

Принц отвернулся, концентрируясь только на девушке. Он все еще не делал последнего шага. Ждал.

Как гидра ждет косулю, подбирающуюся к болоту. Как орел ждет мышонка, что вот-вот выберется из норы.

Как дракон ждет свою добычу.

— Скажи мне, Селина, — тихо, едва сдерживая рвущееся из горла рычание, начал Айден неуловимо изменившимся голосом, — разве ты желаешь остановиться?

И продолжил вкрадчивым шепотом, хриплым и голодным, как рвущееся из него желание:

— Разве не хочешь снова почувствовать, как твое тело изгибается от пьянящего огня, толчками наполняющего твои вены?.. Как мои губы доводят тебя до безумия?..

Вместе с тем его член снова дразняще скользнул по самой чувствительной точке у нее между ног, а губами Айден дотронулся до распахнутых женских губ. Прихватил и отпустил, с темным удовлетворением почувствовав, как Селина вздрогнула и покрылась мурашками. Ее глаза прикрылись, пока она продолжала отрывисто дышать почти в такт его движениям.

— Сладкая девочка, — шепнул он. — Скажи мне…

— Нет, — резко покачала она головой, вдруг открывая глаза и глядя прямо на него.

Голубые, как чистейшие кристаллы, глаза горели.

— Нет, потому что…

Но в этот миг терпение внутри младшего принца лопнуло, и он не дал ей договорить, выдохнув в ее губы:

— Да, Селина. Хватит играть со мной.

И резко вошел в ее тело, вырвав тихий вскрик одновременно с тем, как она закончила фразу:

— ...потому что я девственница.

Ответ девушки врезался в воспаленное сознание Айдена одновременно с тем, как он и сам понял, что перед ним вовсе не опытная женщина, готовая к тому, что ее ждет в Логове. А нетронутая человеческая девушка, до краев полная силы, способной связать его драконью кровь.

— Какого… Какого демона… Да быть этого не может! — прорычал он, широко распахнув глаза и глядя на Селину со смесью бешенства и желания.

В голове бомбой драконьего пламени разорвались тысячи мыслей о том, как такое могло произойти. О том, что пару минут назад говорила сама Селина, о том, как ее подобрали на улице и что она вовсе не хочет выполнять свою работу. О лживой улыбке саны Миури и бегающих глазках ее сына в тот момент, когда в их заведение заглянул один из дарков.

С каждой короткой долей секунды, в течение которых Айден обдумывал случившееся, он злился все больше. Ведь не могло быть никаких сомнений в том, что все происходящее задумано владельцами Логова заранее. Вместе с этой девчонкой, прикидывающейся наивным цветочком…

Он сжал зубы, глядя в широко распахнутые голубые глаза, и сделал медленный, но глубокий толчок, глядя, как вздрагивают влажные алые губы и дрожат ресницы.

Хотелось наказать нахалку. За то, что обманула, сговорилась с хозяевами и решила признаться только в тот момент, когда было уже поздно. Самое время! Действительно. Словно бы она и впрямь ни при чем и все это ужасная случайность.

Он сделал еще одно движение, чувствуя, как горячие молнии струятся по крови, концентрируясь в самом низу, кружа голову, заставляя мышцы наливаться огнем.

Но он не закрывал глаз, ожесточенно глядя на Селину. Наблюдая, как сходятся ее тонкие, аккуратные брови, а глаза болезненно блестят. Как она прикусывает нижнюю губу, даже не думая отводить взгляд.

Гордая.

Айден резко выдохнул, сжав зубы и злясь на самого себя, что ему не плевать. Следующим движением он вышел из нее, стараясь быть осторожным, и, не сводя взгляда с ее побледневшего узкого лица, коснулся пальцем ее впалого живота.

Он быстро выводил на шелковой коже сложный рисунок, и вслед за его движениями каждая линия сразу же загоралась огненно-золотым цветом.

Селина опустила взгляд вниз, с любопытством глядя на его занятие. И с каждой секундой ее глаза становились все шире.

Словно она видела то, что он делает.

А вот это было уже странно.

Невозможно.

Колдовские печати заметны только обладателям четвертого уровня магии. Среди людей таких магов не встречали уже лет двести.

Впрочем, скорее всего, ей просто любопытно.

Айден встряхнул головой, влил в нарисованную печать еще больше силы, заставив ее активироваться, и убрал руку.

Селина мягко выдохнула, словно какая-то невидимая тяжесть упала с ее плеч.

И в тот же миг он снова раздвинул ее ноги и вошел. На этот раз резко и глубоко, так, как ему и хотелось.

Девушка распахнула губы, явно приготовившись к новой порции боли и дискомфорта, вот только их больше не было. Не могло быть.

Вся боль исчезла под действием магической печати. Осталось только единение тел, жар, который с каждым новым толчком вспыхивал с новой силой. Айден глядел на девушку, и она смотрела на него в ответ, не отводя взгляда. Словно не понимая, что происходит. Ее дыхание становилось все более рваным и неровным, все сильнее, чем глубже он входил в нее, на миг останавливаясь, оказавшись внутри, чтобы их тела дольше соприкасались друг с другом. Чтобы почувствовать…

Руки принца подрагивали, потому что ему все хуже и хуже удавалось держать себя в рациональном сознании. Голодное пламя пульсацией крови разливалось по его телу, будоража кровь, вырывая раз за разом новый и новый низкий стон из горла.

Сдерживаться было все труднее.

Им обоим.

Но они продолжали глядеть друг на друга, словно от этого зависели их жизни. В какой-то момент Селина начала мелко вздрагивать, мягко изгибаясь под ним и снова кусая губы, словно пыталась сдержаться.

Но она все еще смотрела на него.

Перед глазами Айдена потемнело. Забывая все, о чем думал минутами раньше, он схватил женские руки и переплел их пальцы, задрав ее ладони над головой. А затем наклонился и накрыл ее губы своими, мешая кусать, сдерживать то, что рвалось из груди.