Защитник - Александр Лидин

— ?..

— Я бы на твоем месте попытался выяснить что-то о ней, кто она, откуда… Может, казачок засланный.

— И как ты предлагаешь это осуществить?

— Проведем ментальное сканирование.

— А может, лучше расчленить ее и посмотреть, вдруг она микрофон проглотила.

— Я бы на вашем месте, Артур, не ерничал, — в голосе моего покемона появились назидательные нотки, чего я терпеть не мог. — Прозондируй ее. Узнай, кто она, на кого работает, реально работает, а не жопой крутит. А потом сделаешь соответствующие выводы и примешь правильное решение.

— Хорошо! — согласился я.

Вновь я послушал своего ангела-хранителя, хотя внутри меня все говорило: «Не слушай». Но… Тогот с детства выручал меня. Он сделал из меня проводника, научил величайшему в мире искусству — Искусству черной магии и… я не мог просто так отмахнуться от его совета, тем более что в совете покемона не было ничего зазорного.

* * *

Второе событие, о котором я вспоминаю, столь тесно связано с первым, что мне, видимо, не удастся разделить их. Тем не менее, рассказывая о том, что случилось, я должен четко разделить события, те, что были до того, как я ментально сканировал Фатиму, и те, что случились после.

Итак, с одной стороны, на руках у меня была странная, на вид забитая девушка (девочка), безумно боявшаяся прежних хозяев, с другой — Мясник, с которым портить отношения мне не хотелось. Магия магией, но, судя по всему, проблем у меня и без того хватало.

Однако продолжим но порядку.

Ментальное сканирование ничего не дало. Фатима оказалась не шпионкой, не подсадной уткой, а, как я и подозревал, несчастным человеком. Дочерью Востока с искалеченной судьбой. Человеком, который видел в жизни только плохое. Родители ее погибли во время развала СССР. Не стану описывать те гадости, которых я насмотрелся, заглянув в ее голову. Поверьте, не стоит. В свои годы она изведала все мерзости, которые только может сотворить бессердечный маньяк над беспомощной нищей. Проще уж посмотреть хорошую немецкую порнушку — по крайней мере, это кино, а не фрагмент чьей-то судьбы.

Однако вечером второго дня мы должны были отправиться в гости, а для этого «моей даме» как минимум стоило сменить гардероб. Поэтому, прихватив добрую пачку из кейса Арамыча, я с утра пораньше поднял свою «гостью» и вытащил ее из дома, пока она вновь не столкнулась с Тоготом или Игорем.

Было еще очень рано. Солнце только-только поднималось над горизонтом, сквозь морозную дымку окрасив часть неба в тона ядреной охры. Но любоваться рассветами у меня времени не было. Впрочем, как и настроения. Для меня утро по-прежнему осталось «хмурым», а от ночи, проведенной в кресле, ныла шея. Нет, если честно, то в какой-то момент у меня возникло желание разделить ложе с моей новой… домоправительницей (назовем это так), но мысль о лекции про вред педофилии в исполнении Тогота уничтожила малейшее желание использовать нежданный дар восточной диаспоры…

Выскользнув из парадной, мы какое-то время ежились на холоде. Фатя куталась в пушистый воротник своей куртки и бросала на меня неодобрительные взгляды. А я стоял, подставив лицо ледяному ветру с залива, и вдыхал морской воздух. На мгновение мне даже показалось, что я перенесся на Силд — мир мелких островов и гигантских океанов, мир белоснежных пляжей и колючих пальм.

Наконец, поняв, что пауза слишком затянулась, я кивнул Фате.

— Сегодня вечером у нас светский визит, так что придется пройтись по магазинам.

Фатя обреченно кивнула. Видимо, в прошлом ей не раз приходилось совершать подобные рейды, и ничего хорошего от них она не ждала. А я, как всегда, пренебрег предупреждением… И… понеслось… Мы шли из магазина в магазин, из отдела в отдел. Фатима примеряла наряды, украшения, если мне нравилось, я платил. Но все это не вызывало у девушки радости. И я никак не мог понять, в чем же дело. В какой-то момент я решил попытаться разговорить ее.

— У тебя такой вид, словно мы на похоронах. Девушкам обычно нравится, когда им покупают обновки.

— Я не девушка. Я — ваша вещь.

— Даже в Америке рабство отменили давным-давно…

Фатя лишь печально покачала головой.

— Вы смеетесь, сами не понимаете, что говорите…

— Послушай, что в самом деле у нее в голове?

— Да ничего особенного, просто ее сломали, как порой ломают игрушки… Раз… и…

— При чем тут это…

— При том, что она не понимает даже того, что кто-то может ей купить что-то просто так. Что какая-то вещь может и в самом деле принадлежать ей, а не ее господину.

— Но я…

— Я предупреждал тебя, что ты ищешь себе дембель. Ты не послушал…

Я вновь повернулся к Фатиме.

— Послушай, девочка, — я попытался говорить строго, почти официально. — Все эти вещи, что мы тебе покупаем, они — твои. Сегодня вечером нам предстоит один визит, после чего ты будешь совершенно свободна. Ты сможешь пойти куда пожелаешь…

— Господин хочет завтра прогнать меня? — в ее голосе чувствовался испуг.

— Хочет, хочет…

— Ничего подобного, — все тем же вкрадчивым тоном продолжал я, сообразив, что выбрал неподходящее время и место для выяснения отношений. — Я хочу, чтобы ты поняла, что свободна в своих поступках.

— Если я и в самом деле свободна, то я хочу остаться в услужении молодого господина, если только он не станет пугать меня всякими чудовищами.

— А вот этого обещать не могу…

— Но молодой господин…

В этом обращении было что-то несоответствующее, что-то анимешное. Прямо девочка-рабыня из японского мультсериала.

— Послушай, нет никаких чудовищ… Они странно выглядят, но это мои друзья…

— Аморф — раб…

— …Которые живут со мной… Пусть даже выглядят они не слишком приятно.

— Это демоны, господин. Наш мулла, преподобный Айрадин, всегда говорил: «Если увидишь демона, сразу его распознаешь».

— А существа с…

— Нет иных существ, кроме как созданных Аллахом, а все остальное — демоны. — И Фатя вновь потупила взгляд.

— Вот так, пидор зеленый, для нормальных людей ты чудовище.

— А ты — рабовладелец!

На этом ментальный диалог с Тоготом, впрочем, как и диалог с Фатимой, закончился.

Может, в этот раз все бы и вышло хорошо, но только на ступеньках обувного универмага «Платформа» — в женщине ведь все должно быть хорошо, даже обувь — мы натолкнулись на группу кавказцев. Их было человек десять. Кепки-аэродромы, кожаные куртки, спортивные штаны, золотые зубы. Я тащил пакеты с покупками, Фатима, понурив голову, плелась позади, когда нам навстречу вырулила эта компания. И, судя по всему, кто-то из них узнал мою спутницу. Нам заступили дорогу. Один из кавказцев оттеснил охранника, который попытался было вмешаться, а остальные подступили ко мне, размахивая руками у меня перед носом и бормоча что-то на своем. При этом все они то и дело указывали на Фатю.