Я и мой король - Ксения Никонова

Король в свой черед выдвигал аргументы, что мы собираемся ходить с крупной суммой денег, оставлять их в квартире он не собирается, если в наше отсутствие спокойно может нагрянуть хозяйка. И все его инстинкты просто кричат о необходимости иметь при себе пару-тройку лезвий на всякий случай. И вообще, без оружия он чувствует себя раздетым.

Наконец мы сошлись на том, что он возьмет с собой один из ножей, который можно абсолютно незаметно скрыть под курткой и который не будет прощупываться при контакте с людьми (например, в переполненном автобусе). Я лично проверила результат, но подозреваю, что он все же меня надул, потому что активно лапать его я не решилась. Под насмешливым взглядом короля слегка похлопала его по спине и бокам и обреченно вздохнула:

– Ну пошли. И пожалуйста, не делай круглые глаза, если увидишь что-то из ряда вон в твоем понимании, и тем более не вздумай рваться в бой. Лучше потихоньку спроси меня, я объясню, что к чему.

– Ладно, заботливая ты моя. Я же не ребенок, с эмоциями справиться смогу.

– Ну-ну, – только хмыкнула я, – ты просто не представляешь все гримасы нашего общества. Так что не надо быть столь самоуверенным. Ой, еще забыла. Сними, пожалуйста, свои перстни.

– А их-то зачем?

– Во-первых, в глаза бросаются своей дороговизной. Мужики в побрякушках только очень богатые ходят, а ты сейчас одет на среднем уровне. А во-вторых, – я втянула голову в плечи, – опять же за голубого могут принять.

Гневно сверкая глазами, Даанэль яростно сорвал свои драгоценности, вытащил мешочек – другой, не тот, где лежали монеты, – и ссыпал их туда.

– Так лучше?

Одно кольцо, печатка абсолютно черного цвета, осталось на среднем пальце левой руки. Исподлобья взглянув на меня, пояснил:

– Это символ королевской власти. Его я снять не могу просто физически. Оно надевается при коронации и снимается только после смерти короля. Это моя единственная надежда на возвращение трона.

– Ладно, одно можно, с печатками парни часто ходят, хотя странное оно какое-то.

– Все правильно, это же не просто украшение, а мощнейший артефакт. Если бы он не был под завязку заполнен магической энергией, я бы не пережил неожиданного перехода через Врата. Сейчас он пуст, – грустно закончил Даанэль.

При выходе из квартиры мы опять столкнулись с соседями, которые откуда-то вернулись. Тетя Лена как-то странно посмотрела в нашу сторону – победно и ехидно – и что-то хотела сказать, но король демонстративно отвернулся от нее и, схватив меня за руку, потащил на лестницу.

– Ты что? – тихо спросила я. – Поехали на лифте.

Но парень только мотнул головой и еще крепче вцепился в мою руку. Выйдя на улицу, мы обнаружили, что значительно потеплело. Даанэль закрутил головой по сторонам:

– Куда нам?

– Прямым ходом на остановку. Туда.

После недели морозов идти было приятно. На душе стало легко. На том месте, где мы встретились позавчера, Даанэль попросил меня задержаться, закрыл глаза и замер на добрые пять минут. Прохожие с подозрением косились на нас. Я пробовала растормошить парня, но он полностью ушел в себя. Потом открыл глаза:

– Можем идти.

– А что ты делал?

– Искал след своего пути сюда.

– Нашел что-нибудь?

– Очень слабый след, размыло его сильно, в мире с нормальным фоном такого бы не случилось. А жаль, я надеялся его использовать для обратного перехода.

Чем ближе мы подходили к основной дороге, тем тревожнее озирался Даанэль, наконец не выдержал:

– Что за гул? Мы к нему приближаемся.

– А, так это с дороги, машин много. Привыкнешь – перестанешь замечать. Я первое время тоже нервничала, у нас в городке нет такого количества автомобилей. Сейчас увидишь, вон за теми домами остановка.

Зрелище бесконечного ряда машин, движущихся по дороге, произвело на короля неизгладимое впечатление. Он замер с расширенными глазами, я дернула его за рукав и потянула к остановке. Ну да, по телевизору сегодня мы не наткнулись на передачи с наших дорог, да и изображение в стареньком «Рубине» оставляло желать лучшего.

– Ну как, Дэн, эмоции в порядке? – не удержалась я.

В ответ он дернулся, но промолчал. Выражение лица стало более спокойным. Пока ждали автобуса, Даанэль внимательно всматривался в окружающую действительность. Губы его что-то тихо шептали на родном языке. Но вообще он держался молодцом. Не паниковал. Я вспомнила свои первые впечатления от большого города, когда мы с мамой в прошлом году приехали поступать. Я была потеряна. Едва выйдя из здания аэропорта, предложила немедленно купить обратный билет и поступать в наш родной технарь. Потому что обитать в таком городе с его сумасшедшей жизнью казалось мне недостижимым умением.

Я объявила: «Наш автобус» – и подбодрила парня взглядом.

Автобус, в который мы сели, на удивление оказался полупустым. В смысле, что стоящих не было. Мы заняли последние свободные места. Оно конечно, лучше бы на маршрутке доехать, но район у нас проездной, маршрутку можно и не дождаться, все мимо проходят полные. Я искоса поглядывала на короля – шока нет? От такого способа передвижения. По его лицу ничего было не прочитать. Я уж хотела извиниться за неудобства, но тут началось…

На очередной остановке в автобус залезли две бабульки, точнее, одна еще с пыхтением поднималась по крутым ступеням, а вторая бодренько пыталась проскользнуть мимо нее в надежде на свободное место. Моего короля как пружиной подбросило. Он подал бабке руку и подвел ее к своему месту. Я тоже встала, обратилась ко второй:

– Садитесь.

Даанэль нахмурился и громко произнес:

– Здесь достаточно сидящих мужчин, чтобы уступить место женщине!

Слишком громко сказал. В ответ – тишина. Народ оглянулся, мужички демонстративно уткнулись в окошки. Я дернула его за рукав:

– Дэн, не надо. Я постою, меня сидя укачивает.

Тот в ответ внимательно оглядел пассажиров, скорчил презрительную мину:

– Да, похоже, мужчин-то здесь и нет! – На весь автобус.

Я зашипела:

– Перестань!

Но тут с заднего сиденья раздался голос:

– Ты за базар-то отвечай, понял?

Дэн усмехнулся:

– Похоже, я задел ваши нежные чувства… дамы?

Ну все, песец. Весь автобус уставился на нас.

– Дэн, не надо. Я же говорила…

Но король меня не слышал. Он пристально следил за реакцией двух гопников в конце салона.

– Ты че, в натуре! Повтори, че сказал?

– Я сказал, что МУЖЧИНА не станет сидеть в присутствии стоящей женщины, – раздельно произнес он. Я была в ужасе. Да он нарочно, что ли?! – Похоже, что все сидящие здесь – женщины.