Попаданки рулят! - Ольга Янышева

— Да, Юлий?

— Мне так тут нравится! Очень здорово… но… боюсь, я ничего не знаю о садоводстве.

— Экий ты молодец! — хохотнул седовласый мужчина, довольно блеснув глазами. — Не боись! Всему научу!!! А чему не научу, так книги помогут! Ты же умеешь читать?

— Конечно! — чуть ли не возмутилась я, тут же резко захлопывая рот. — Эээ… то есть… — растерялась, понимая, что мир-то другой. Понимаю тахур, понимаю дарксан, но не факт, что их письменность мне доступна! — Надо проверить, — смутилась окончательно, тревожно выдохнув.

«Весело будет, если я окажусь безграмотной здесь! Это будет полное фиаско! Все библиотеки мира окажутся бесполезны перед моим любопытством…»

«А оно тебе надо?» — не вовремя проснулся внутренний голос разума. — «Оставила дитя и вали к ближайшему мудану! Развернула тут чуть ли не боевую операцию!»

— Проверим! — перебил мои мысленные самокопания садовник, останавливая повозку, объехав замок, где раскинулись небольшие аккуратные домики прислуги и широкая конюшня. — Отдохнёшь с дороги… поешь, с новым домом познакомишься, с его хозяйкой, тогда и проверим. Давай помогу?

— Спасибо.

Оказавшись на твёрдой поверхности, переступила с ноги на ногу, разминая конечности.

Из замка, навстречу нам, вышла пухленькая женщина, около пятидесяти лет. Пышная юбка, белоснежный чепец на голове… доброе лицо, которое сейчас выражало тревогу.

— Юлий! Милый… кого это ты привёз? Нам, вроде же, никого не надо… это что? Ребёнок!?

— Дафния… родная… я привёз тебе детей.

Мужчина так мило смутился, что я не сдержалась от улыбки, умиляясь их разговору.

— Что?

— Я… прости меня за смелость… Юлий и Мира — сироты. Они бы пропали в Мабле. Квик очень хороший малый! Родители погибли, а он не бросил свою сестру, взяв на себя ответственность! Это говорит о многом!

— Я… я… — Дафния с трудом сглотнула, окончательно теряясь.

Переплетя пальцы ладоней на уровне груди, женщина будто пыталась взять себя в руки.

… и тут Скай зарыдала.

— Ой, ты ж! Ёжики колючие!!! — всплеснула жена садовника руками, переведя на меня перепуганные глаза. — Она плачет! Наверное, голодная, а я тут вас у порога держу!!! Ну-ка, парнишка, дай мне свою сестричку! У нас Алесса только-только коров подоила! Молоко — тёплое, парное! — Юлий, стоящий рядом со мной, наконец, расслабился, робко улыбнувшись и смешливо мне подмигнув.

Скрепя сердце, передала Скай Дафне… или Дафнии, я так и не поняла. На душе ощущалась тяжесть, но я её глушила, уговаривая себя: «Девочку всё равно отдавать, Юлька! Смирись!»

Женщина заворковала над малышкой, с неимоверной нежностью разглядывая кроху, которую ей «подарил» муж. От благодарного взгляда старушки, брошенного на садовника, у меня защипало в носу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍«Хочу так же!!! Так же любить! До самой старости!!! С полным доверием и пониманием! Без примесей чванства и гордыни! Без навесов принципов и мнимого превосходства!»

— Как тебя-то зовут, парнишка? — сияя улыбкой, спросила Дафния, поднимая на меня свои, наполненные слезами счастья глаза.

— Юлий Квик. А сестру — Мира, — напомнила на всякий случай, понимая, что представление нашей странной парочки самим мужем женщина пропустила, находясь под эмоцией растерянности.

— Отлично. Меня называй Дафнией… можно Дафной. У нас, обычных людей, всё по простому. Идём!

«Обычных людей»!? Как это понимать?» — мы с дедом двинулись следом за его женой, что-то тихо бормочущей Скай, которая довольно быстро успокоилась, так же внимательно разглядывая новое лицо.

Ручки девочки во всю игрались с седыми кудряшками её новой знакомой, которая с охотой приняла на себя роль любящей опекунши.

«Хотя… не важно!» — вернулась к своим мыслям, поглядывая на идиллию мужа и жены. — «Девочку пристроила! Можно идти до куста!» — вещал разум, но ноги послушно шагали навстречу неизведанному.

«Уйти всегда успею! Тут столько всего интересного! Неизведанного!» — оправдывала себя, категорически не желая возвращаться в душную столицу России, кроме суеты и вечной борьбы за своё место ничего мне не принёсшей! — «Быть бизнес-вумен — это не прогулка по замку! О! А что? Это идея! Возьму себе недельный отпуск! У меня всего шесть дней, чтобы надышаться здешними просторами, чистым воздухом и открытым горизонтом! А ещё… ещё я могу нахапать у старичка неведанных моему миру цветов, кустарников… да, даже черенков деревьев! Так сказать — создам фурор на Земле! Всех селекционеров поставлю в тупик!» — довольная собой, успокоенно улыбнулась, наконец, найдя повод, который бы меня оправдал перед самой собой.

— Проходи, — снова подмигнул дед Юлий, пропуская меня вперёд. Пройдя через чёрных ход красивого дома герцога, едва успевала за шелестящей юбкой бабушки Дафнии.

Жена садовника остановилась только тогда, когда вошла в огромную кухню, где гремели сковородками и кастрюлями повара.

Я насчитала пятерых.

— Здравствуйте, — поздоровалась первой, останавливая конвейер пищевой промышленности.

— Здравствуй, коли не шутишь…

— Дафна… а кто это с тобой пришёл? — пышнотелая женщина отошла от плиты, быстро вытирая руки о передник.

Румяное лицо кухарки, явно хозяйки этой вотчины, светилось любопытством.

— Это…

— Это племянники мои. Дети Генриетты, Клара. Помнишь мою сестру? — пришёл на помощь жене садовник, приобняв её за талию, заглядывая через плечо на малышку Скай.

— Нет, Юлий… теперь это наши дети… — тихо промолвила Дафния. Оторвав взгляд от Скай-Миры, старушка с вызовом посмотрела на своих коллег по труду и обороне.

Клара подняла руки, чётко заявляя о своей позиции:

— Я рада за вас! Сам Всевышний смилостивился над вами! Да хранит душу Генриетты верховные ахуры в обители богов — вы заслужили эту радость!

Так, под всеобщие поздравления, мой живот заявил о своих потребностях, заставляя меня покраснеть от смущения.

— Матушки святы! — хлопнула в ладоши Клара, хватая меня за локоть и усаживая за стол. — Голодный на моей кухне!? Неслыханное безобразие!!! Алесса! Кирайя!!! Быстро сюда! Несите молока! Пироги! Только что сварилось рагу, — обратилась уже ко мне очаровательная шатенка, чьи кудряшки обрамляли полное лицо, выглядывая из-под чепца так же, как у жены садовника.

— Спасибо… — поблагодарила от души, принимаясь за румяный пирог, внутри которого оказалась картошка с мясом, и пододвигая к себе миску с горячим рагу, внутри которого плавали аппетитные кусочки мяса.