Королева Тьмы - Энн Бишоп

Лицо Гекаты исказилось злобой.

— Пришла пора тебе выучить один урок, Повелитель.

Она подняла руку, и в тот же миг Доротея с извращенной радостью, написанной на лице, повторила ее движение.

Люцивар когда-то пытался объяснить мальчикам, почему Кольцо Повиновения могло заставить сильного мужчину покориться, поэтому Сэйтан наивно полагал, что готов к этому.

Но ничто не могло бы приготовить его к обжигающей боли, наполнившей член и яйца, а затем распространившейся по всему телу. Нервы словно горели, между ног прошла судорога боли. Он не мог сопротивляться ей, не мог даже связно мыслить.

Его сыновья вынесли боль. Более того, боролись с Доротеей, зная, что после каждого акта неповиновения их ждет это. Они переносили этот кошмар много веков. Как мог мужчина вытерпеть такое и остаться самим собой, избежать извращения? Как…

Сэйтан закричал — и продолжал кричать до тех пор, пока тело не отключилось полностью.

19. Кэйлеер

Сюрреаль бродила по гостиной Карлы, с каждой минутой злясь все больше. Она так и не поняла, почему решила излить свои терзания Королеве Иннеи. Возможно, потому, что эта девушка казалась совершенно безразличной к тому, что происходило вокруг.

Ну хорошо, возможно, это несправедливо по отношению к ней. Возможно, так казалось потому, что она искренне оплакивала своего кузена, Мортона, не говоря уж о медленном исцелении от страшных ядов. Но даже в этом случае…

— Ублюдок говорил так, словно это «досадное неудобство» могло испортить его маникюр! — бесновалась Сюрреаль, бегая туда-сюда по комнате перед Карлой. — «Мы посмотрим, на какие уступки можно пойти»! Огни Ада, речь ведь идет о его отце и брате!

— Ты же не знаешь, что он намерен сделать, — отрешенно произнесла Карла.

Эта безразличность заставила Сюрреаль разъяриться еще больше.

— Он ничего не планирует сделать!

— С чего ты взяла?

Сюрреаль зашипела, выругалась и продолжила метаться по комнате:

— Можно Подумать, они с Джанелль хотят, чтобы мы проиграли эту войну!

— Не будь идиоткой! — Впервые за все это время в голосе Карлы прозвучал гнев.

— Послушай, дорогуша…

— Нет, это ты послушай! — рявкнула Карла. — Пора бы вам всем уже оглядеться вокруг, пораскинуть мозгами и вспомнить несколько простых вещей. Инстинкты мальчиков, разумеется, велят им как можно быстрее вступить в бой. Этого они не в силах изменить — как и свой пол. А ковен состоит из Королев, чьи инстинкты, в свою очередь, подталкивают их защитить свой народ.

— Именно этим они и должны заниматься! — заорала Сюрреаль. — И похоже, у тебя такой проблемы нет, — ядовито заметила она и, взглянув на прикрытые пледом ноги Карлы, пожалела о вырвавшихся словах.

— Когда Джанелль было пятнадцать лет, — задумчиво произнесла Карла, — Темный Совет попытался заявить, что дядя Сэйтан не подходит на роль ее официального опекуна. Они решили назначить кого-то другого. На что она ответила, что это их право и они вольны поступить по-своему, «когда в следующий раз встанет солнце». Знаешь, что случилось?

Наконец остановившись, Сюрреаль молча покачала головой.

— Солнце не поднималось три дня, — кротко произнесла Карла. — Оно не поднималось до тех пор, пока Совет не пересмотрел свое решение.

Сюрреаль обессиленно опустилась на пол.

— Мать-Ночь… — прошептала она.

— Джанелль не хотела учреждать двор, не хотела править. Единственная причина, по которой она стала Королевой Эбенового Аскави, заключается в том, что только так можно было остановить терриллианцев, вторгавшихся в Края родства и убивавших их обитателей. Неужели ты в самом деле считаешь, что женщина, способная поступить так, провела последние три недели заламывая руки и надеясь, что все пройдет, как дурной сон? Я так не думаю. — Карла помолчала немного, успокаиваясь. — И я скажу тебе еще кое-что, только между нами. Иногда друг должен стать врагом, чтобы остаться другом.

Карла определенно говорила о Деймоне. Сюрреаль обдумала ее слова и покачала головой:

— То, как он ведет себя…

— Деймон Сади полностью предан Ведьме. Что бы он ни сделал, он делает это для нее.

— Ты не можешь знать этого наверняка.

— Разве? — вкрадчиво уточнила Карла.

Черная Вдова. Эти слова внезапно разрослись в сознании Сюрреаль так, что больше не осталось места для других мыслей. Черная Вдова. Возможно, Карла не так уж и безразлична к тому, что происходит вокруг. Вероятно, она действительно видела что-то в спутанной паутине.

— Ты уверена в том, что сказала о Сади?

— Нет, — ответила Карла. — Но я готова рассмотреть вероятность того, что его слова могут разительно отличаться от действий.

Сюрреаль запустила пальцы в волосы:

— Огни Ада, если Джанелль и Деймон действительно запланировали что-то, они могли хотя бы сказать об этом своему двору.

— Меня отравила женщина, служившая при дворе, — тихо произнесла Карла. — Не будем забывать о бабушке Джанелль, потому что я лично уверена, что наша Королева о ней помнит. Так скажи мне, Сюрреаль, если бы ты пыталась найти способ уничтожить окончательно этих двух ведьм, кому бы ты доверилась?

— Она могла бы сказать Повелителю.

— И где он сейчас? — вкрадчиво уточнила Карла.

Сюрреаль промолчала, потому что они обе знали ответ.

20. Террилль

— Полагаю, пора уже дать Джанелль знать, что ты здесь, — произнесла Геката, хищно кружа вокруг Сэйтана. — Думаю, следует послать маленький подарок.

Повелитель почувствовал, как мерзкая ведьма схватила его за мизинец на левой руке. Ощутил, как нож проходит через кожу и кость. И глубокий гнев, когда Геката опустилась на колени и прижалась губами к ране, чтобы напиться крови. Крови Хранителя.

Собрав всю свою силу, он послал облако жара по руке, ментального огня, который мгновенно закрыл рану. Геката с воплем отпрянула прочь. Это дало возможность Сэйтану обратиться к незначительному исцеляющему Ремеслу, чтобы очистить рану и запечатать плоть. Теперь можно было не бояться заражения.

Геката продолжала кричать. Доротея выскочила из своей хижины. Отовсюду сбежались стражники.

Наконец надрывные вопли прекратились. Он услышал, как Геката ищет что-то на земле, а затем медленно поднимается на ноги. Когда она вновь принялась кружить вокруг пленника, он увидел, что с ней сделал выброс ментального огня. Так как ее рот был прижат к ране, призванный Сэйтаном жар не остановился, запечатав поврежденные сосуды, а расплавил часть ее челюсти, придав лицу ужасающий, гротескный вид.

В одной руке Геката держала его мизинец. В другой — нож.

— Ты заплатишь за это, — неразборчиво произнесла она.