Глаз Голема - Джонатан Страуд

— С тех пор как… как моё лицо было изуродовано, — продолжал юноша. Голос у него задрожал от жалости к себе.

— Слушай, ты меня достал! — Напряжение Натаниэля обернулось негодованием. — Все у тебя нормально с лицом! Говорить можешь? Видеть-слышать можешь? Ну, вот и прекрасно. И прекрати ныть. Я видывал и похуже.

— Вот-вот, я ему то же самое говорил! — Джинн небрежно поднялся и беззвучно спрыгнул с комода. — Было бы из-за чего переживать! Взять хотя бы тебя — ты ведь тоже навсегда останешься таким, и тем не менее ты не боишься демонстрировать своё лицо всему свету. На самом деле что вас обоих по-настоящему портит, так это прическа. Честно говоря, я видывал барсучьи хвосты, которые выглядели куда опрятнее. Дайте мне ножницы и пять минут времени…

Натаниэль закатил глаза и попытался восстановить хоть какое-то подобие порядка. Он ухватил Гирнека за шиворот и развернул его прочь от окна.

— Ступайте на ваш стул! — рявкнул он. — Сядьте. А что касается тебя, — продолжал он, обращаясь к джинну, — то мой связной должен был передать девчонке адрес несколько часов назад. Она, должно быть, уже в пути, и почти наверняка с посохом, потому что это самое мощное оружие, какое имеется в её распоряжении. Когда она появится на лестнице, сторожевой шар это заметит и здесь раздастся сигнал тревоги. Ты должен разоружить её, как только она войдет в дверь, передать мне посох и предотвратить её бегство. Понял?

— Яснее ясного, босс! Более того, ты говоришь это уже в четвертый, если не в пятый раз.

— Главное, не забудь про посох. Это очень важная вещь.

— Кому это и знать, как не мне? Не забывай, я присутствовал при взятии Праги!

Натаниэль хмыкнул и снова зашагал взад-вперёд. И тут с улицы донесся какой-то шум. Он выпучил глаза и обернулся к джинну:

— Это что такое?

— Голос. Человеческий.

— Ты слышал?.. Вот! Снова!

— Хочешь, я взгляну? — спросил джинн, указывая на окно.

— Только чтобы тебя не заметили.

Мальчик-египтянин боком подошёл к окну и исчез. Под холстину прошмыгнул жук-скарабей. Тут где-то за окном полыхнула вспышка. Натаниэль нервно переминался с ноги на ногу.

— Ну?

— Похоже, пришла твоя девчонка. — Голос джинна звучал слабо, как будто издалека. — Почему бы тебе не взглянуть самому?

Натаниэль рывком отвел холстину и выглянул наружу, как раз вовремя, чтобы увидеть, как ближе к другому концу улочки встала невысокая стена пламени. Пламя тут же улеглось. Улица, ещё недавно такая пустынная, кишела бегущими фигурами. Одни передвигались на двух ногах, другие на четырёх, а третьи явно никак не могли решить, что предпочтительнее, но тем не менее тоже неловко скакали в ярком лунном свете. Послышался треск, потом вой. Натаниэль ощутил, как кровь отхлынула от его лица.

— О чёрт! Ночная полиция!

Ещё один небольшой взрыв. Пол под ногами слегка вздрогнул. Хрупкая и проворная двуногая фигурка метнулась через улицу и нырнула сквозь свежую дыру в стене дома. Один из волков погнался за ней, но его накрыло новым взрывом.

Жук-скарабей одобрительно присвистнул:

— Какое удачное использование шара с элементалями! Толковая девчонка. Но всё равно вряд ли она сумеет уйти от целого отряда.

— Много их там?

— Десяток, а может, и больше. Гляди, они бегут по крышам.

— Думаешь, они её поймают?..

— Поймают и сожрут живьём. Они теперь злы как черти.

— Ладно…

Натаниэль отошёл от окна. Он принял решение.

— Бартимеус, — приказал он, — отправляйся и забери её. Мы не можем рисковать тем, что её убьют.

Жук-скарабей возмущенно стрекотнул:

— Еще одна славная работенка! Чудесно. Ты уверен? Это значит, что ты, ни много ни мало, бросаешь вызов авторитету шефа полиции!

— Если повезёт, он даже не узнает, что это я. Отнеси ее…

Натаниэль стремительно пораскинул мозгами и щёлкнул пальцами:

— В старую библиотеку — ну, знаешь, в ту, где мы укрывались, когда за нами охотились демоны Лавлейса. А я заберу пленника и встречусь с тобой позже. Нам всем следует убраться отсюда.

— В этом я с тобой согласен. Ладно. Отойди подальше.

Жук отбежал по подоконнику как можно дальше от окна, встал на задние лапки и указал усиками на стекло. Сверкнула вспышка, дохнуло жаром. В стекле образовалась неровная оплавленная дыра. Жук расправил крылышки и с гудением вылетел в темноту.

Натаниэль обернулся в сторону комнаты, как раз вовремя, чтобы увидеть стул, летящий ему в голову.

Он неловко осел на пол, наполовину оглушенный. Глаза разъехались в разные стороны, и одним из них Натаниэль увидел Якоба Гирнека, который отшвырнул стул и бросился к двери. Натаниэль выкрикнул приказ на арамейском. У его плеча материализовался мелкий бес, который метнул молнию в отвислый зад Гирнековой пижамы. Послышался треск горящей материи и пронзительный вопль. Бес, сделав своё дело, исчез. Гирнек остановился, схватился за пострадавший зад, но тут же снова заковылял к двери.

Натаниэль уже поднялся на ноги. Он метнулся вперёд, пригнулся, поймал неуклюжим захватом одну из ног в вязаном носке и дёрнул её в сторону. Гирнек упал. Натаниэль навалился на него и принялся отчаянно лупить по морде. Гирнек отвечал ему тем же. Так они некоторое время катались по полу.

— Что за безобразное зрелище!

Натаниэль, дравший Гирнека за волосы, замер.

Потом медленно поднял голову.

В дверях стояла Джейн Фаррар, а за ней виднелись двое плечистых парней из ночной полиции. На Фаррар была отглаженная форма и угловатая фуражка ночной полиции. В её глазах читалось неприкрытое презрение. Один из стоявших за ней полицейских издал утробный рык.

Натаниэль попытался срочно сочинить какое-нибудь правдоподобное объяснение происходящему, но так и не нашёлся, что сказать. Джейн Фаррар печально покачала головой.

— Как низко пали сильные, мистер Мэндрейк! — сказала она. — Освободитесь, если можете, от этого полуодетого простолюдина. Вы арестованы за измену.