Источник миров - Генри Каттнер

В голове у меня тоже что-то щелкнуло. Значит, Лорна на днях возвращается в Нью-Йорк. «Ну, ну, — думал я, рассеянно глядя на погасший экран. — Значит, все мои усилия напрасны». Мне стало ясно, что происходило у машины, когда Лорна появилась перед жрецами. Я старался вспомнить, о чем именно шел разговор. Я помнил, что Лорна резко протестовала, а жрецы уговаривали ее. Зачем?

Можно понять отвращение Лорны к этой машине. Путешествие между мирами — крайне неприятная процедура, это я испытал на себе. Жрецы почему-то хотели добиться от Лорны добровольного согласия на нее. Вероятно, они планировали большую публичную церемонию возвращения ангела в Рай, и если будет заметно, что Лорна не хочет возвращаться, это может сильно испортить впечатление.

И все же она возвращается. В таком случае, чего я здесь жду? Мне надо добраться до Иерарха, уговорить его отправить меня вместе с ней, и все в порядке. Но так ли это просто?

Почесав ухо, я призадумался. Если бы действие происходило в мелодраме, я бы кинулся очертя голову в приключения, которые мне уготовил мой кузен, ведь это сулило неограниченные возможности помахать шпагой, поездить на разгоряченных клячах и покричать во весь голос. Однако я чувствовал, что не создан для подобных героических ролей.

Во-первых, герой никогда не задумывается о собственной выгоде, собираясь свергнуть очередное правительство. И, кстати, я не могу быть уверен, что большинство жителей Малеско действительно хочет свержения правительства. Полагаться только на слова Кориовла, значит видеть только одну сторону медали.

В любом случае, я не дотягивал до героя. Рассказ Кориовла о дядюшке Джиме глубоко запал мне в душу. Я понял, каковы настоящие герои, и убедился, что я не из их породы.

Прежде всего — нужно быть отчаянным. На эту роль скорее всего подойдет неудачник, человек, не сумевший приспособиться в обычной жизни. Но я не являюсь неудачником. Я молодой, подающий надежды актер шоу-бизнеса. Мне есть к чему возвратиться, если я смогу забрать с собой Лорну и снять с себя обвинения. Я подумал о том карманнике на улице. Нормальный герой кинулся бы его защищать, не выясняя, в чем дело.

Нет, прежде чем соваться в малескианские дела, нужно все хорошенько обдумать и взвесить.

Я решительно сказал себе: «Эдди, не надо романтизировать ситуацию. С дядюшкой Джимом произошла совсем другая история. Во-первых, он был прирожденным искателем приключений. Во-вторых, он знал, за что сражается: в Малеско у него были жена и сын. Для тебя же это — чужая игра».

Налив себе чашку холодной бурды, которая еще недавно была горячим чаем, я помешивал его, рассматривая, в какие узоры складывается осадок. Короче — гадал на кофейной гуще, пытаясь представить свое будущее.

Дверь снова щелкнула. Из клубов пара появилось озабоченное лицо Кориовла.

— Нужно пойти и выяснить, что произошло с Дио, — сказал он. — Может быть, этот дурак действительно его убил. Посидите здесь полчаса.

Это был не вопрос, а утверждение.

— Вы уверены? — спросил я.

— Да. Я оставил человека присматривать за вами. Понимаю, что это звучит как блеф, но это реально.

— Интересно, чего вы от меня ждете после того, как накинули мне петлю на шею? — поинтересовался я.

— У меня большие планы, — бодро заверил он. — Вы поможете мне избавиться от Иерарха.

— Да, да, — язвительно сказал я. — Ведь это так просто.

— С моей точки зрения, — заявил Кориовл, — не так уж и сложно. Нашим ребятам это не под силу, но вы-то из Рая. Вы смогли бы добраться до него. Мы уже и преемника ему нашли — одного из наших. Многие жрецы поддерживают нас. Если мы поторопимся, то Иерарх не сумеет нам помешать. Все будет в порядке. Вы нам поможете.