Западня для ведьмы - Антон Орлов

Потом его растолкал Лис: ты отдохнул, пора отсюда валить, сейчас для этого самое подходящее времечко. В первый момент Дирвен решил, что вряд ли сможет подняться с койки, но потом ощутил, что силы вернулись. Вылечили его амулеты, а то кто-то сомневался! Окинув взглядом полутемную обшарпанную комнатушку с учебниками на столе, он не стал спрашивать у провожатого, где сейчас жилец этого чердака. Лучше не знать. Лучше думать, что тот до утра остался на какой-нибудь студенческой пирушке, а потом вернется, обнаружит некоторый беспорядок и решит, что это приятели над ним подшутили.

– Я опять обернусь шубой, – предупредил Лис. – Буду подсказывать дорогу и заметать следы. Слыхал, в сказках говорится, что лиса бежит, хвостом след заметает? Уж это я умею, только не хвостом, а иначе. Если скажу: скинь меня – сразу сбрасывай, понял?

Утренний Абенгарт окутывал туман – драпировал кисеей дома, приглушал звуки, топил в белесой хмари переулки, размывал строгие линии, как будто насмехаясь над овдейским пристрастием к порядку и определенности: нет в тумане ничего определенного, и почем знать, что окажется за углом – то, что было там еще вчера, или что-то другое?

В этой зыбкой молочной мгле серебристая шуба была наилучшим маскировочным одеянием. Казалось, будто крадется по своим владениям туманное существо, которое вместе с туманом и растает до следующего раза.

А за углом Дирвен встретил грабителей. Судя по речным запахам и смутным очертаниям, он дошел до сквера на набережной, тут-то и нарвался на засаду.

Их было трое. Все в мешковатых куртках с надвинутыми капюшонами, лица до глаз закрыты темными повязками. Стоявший посередке высокий парень умело поигрывал ножом, но это была скорее демонстрация, чтобы взять на испуг: зачем ему нож, если он амулетчик? Уж это Дирвен определил сразу. И недомерок справа от него тоже амулетчик. Оба приготовились пустить в ход какие-то оглушающие штучки, если жертва не испугается по-хорошему. Только они еще не поняли, на кого напали.

– Сударь, проявите великодушие, угостите завтраком, – заговорил простуженным голосом высокий худой парень – видимо, главный в шайке, – явно подражая какому-то благородному разбойнику с театральных подмостков. – Водить нас в трактир необязательно, давайте ваш кошелек – и мы сами туда сходим. Мы будем сыты, а вы останетесь целы, разрешим этот вопрос к обоюдному удовольствию.

Ага, эти придурки, поглядев на шубу, приняли его за богатого! Вроде бы никого больше рядом не видно, так что сейчас он им покажет, где крухутаки зимуют.

– Дохлый чворк вам на завтрак! – злорадно выпалил Дирвен и вслед за этим вмазал «Веселым градом», одновременно перехватывая контроль над их защитными артефактами.

Вожак был сильнее, чем правый недомерок, и частично удержал свой «щит», а его подельников сбило с ног. К такому обороту трое любителей дармовых завтраков оказались не готовы. Правый скорчился на боку и всхлипнул от боли. Левый, который не был амулетчиком, с неожиданным для битого проворством откатился – только не к ровно подстриженному кустарнику, дурень, а на открытое место, на песчаную дорожку. Или его так приложило, что совсем перестал соображать?

– Берегись! – взвизгнула лисья голова.

Одновременно с сигналом «Правдивого ока», предупредившего о магическом присутствии: тот, который откатился, не амулетчик, зато маг.

Он всего-навсего швырнул в Дирвена горсть зачерпнутого с дорожки песка, однако в воздухе этот песок свился в жгут и хлестнул, норовя попасть по лицу. Дирвен успел отпрянуть и закрыться «щитом», но в следующую секунду перед ним взметнулся новый песчаный бич.

– Уходите, я прикрою! – тонким голосом крикнул парнишка своим приятелям.

Вожак подхватил и не без труда взвалил на плечо сбитого с ног недомерка. Пригибаясь под его тяжестью, попятился в туман. Окликнул:

– Таль, идем! Это амулетчик, и он крут, не связывайся!

Дирвен ощутил мстительное удовлетворение: придурки признали его превосходство и собираются задать стрекача.

– Он амулетчик – я ведьма. Идите, я догоню!

Глаза Таль недобро сверкали над воровской повязкой. Словно у нее есть повод на него злиться, словно это он попытался ее ограбить!

Бичи, свитые из песка, пыли и уличного сора, плясали вокруг Дирвена, но натыкались на сотворенные его амулетом «щиты» и проскальзывали мимо или осыпались прахом. Хотя несколько раз его все же зацепило – однако досталось не ему, а Лису: шуба защищала не хуже, чем доспех.

Дирвен, со своей стороны, тоже не мог вломить как следует этой повелительнице уличного мусора, всякий раз ему что-то мешало.

– Да хватит уже! – взвыла, не выдержав, лисья голова. – Сколько можно?! Кому сказано, хватит! Ну вот, опять… Я вам кто?! Мне же песок в шерсть набился, а ну, перестаньте!

Глаза ведьмы – кошачьи, с приподнятыми к вискам уголками, совсем как у Хеледики, только другого оттенка – удивленно расширились. Потом она молча развернулась и во все лопатки припустила туда, где маячили темным пятном в водянисто-молочной мгле ее сообщники. Испугалась говорящей шубы! Спину ей прикрывал крутившийся волчком вихрь из подножного сора, пронизанный магией, которая погасила посланный вдогонку импульс боевого амулета. В придачу этот импульс сам по себе вышел слабый, совсем не характерный для Дирвена Корица.

– Это ты мешаешь?! Зачем?

– А не надо ее трогать. Я эту ведьму знаю.

– Откуда знаешь?

– Я много кого знаю, – ушел от ответа Лис. – Ты глянь, аж в подшерсток набилось, колется, зараза… Она тоже меня признала, потому и ушла. А ты сам прикинь: я вот-вот утянусь в Хиалу, дальше будешь самостоятельно отсюда выбираться, так зачем тебе со здешними почитателями Ланки ссориться? Тебе надо завести среди них полезные знакомства. А ты второй барышне врезал хуже чем кирпичом, эти ребята тебя запомнят.

– Мелкий амулетчик – тоже девчонка?

– Парень и две девки, забавная шайка.

– Вот придурок, – с чувством превосходства процедил Дирвен. – Нашел, с кем связаться! Все девчонки – предательницы, чуть что подведут.

– То-то эта ведьма только что своих подвела, ага?

– Подумаешь, исключение подтвердило правило… Нельзя им доверять.

– Тебе виднее. Сбрось меня, пора прощаться.

Когда он скинул шубу, та превратилась сначала в большую серебристую лисицу, потом в уже знакомую ему разбитную красотку с замысловатой прической.

– Ну, бывай, дружок! – она развязно потрепала его по щеке и подмигнула. – Главное, не забудь, что для тебя всегда найдется теплое местечко среди моих подлиз и прихвостней.

В воздухе у нее за спиной как будто пробежала извилистая трещина не толще волоса, и Серебряная Лиса мигом исчезла в ней, словно подхваченная сквозняком бумажная фигурка.

Дирвен моргнул: вот уже и нет никакой «трещины», и незадачливые грабители смылись. Он здесь один, вокруг туман, похожий на холодное молоко, и к горлу подступают рыдания – совсем как в детстве, когда ты потерялся.