Ореховый посох - Джей Гордон

Когда алмор, словно вырвавшись из тьмы, вдруг возник прямо над ними на тропе, сердце у Марка ушло в пятки. Возвышаясь над каменистой осыпью жутковатой стеной какого-то сверкающего жидкого тумана, алмор с пронзительным криком навис над ними, и Марку показалось, что он видит его глаза — пустые, сулящие страдания и смерть.

— Стой! — крикнул ему Саллакс. — Ни шагу дальше!

Со смехом — следствием испытанного только что унизительного страха — Марк ответил:

— А я и не собирался шагать к нему в объятия, Саллакс.

— Нет, просто здесь ему нас не достать.

— Откуда ты знаешь? — спросила Бринн дрожащим голосом.

Но Марк сразу понял, что Саллакс имел в виду.

— Потому что иначе он бы нас уже достал, — тихо пояснил он девушке. — Нам нужно быть настороже и продержаться здесь как можно дольше.

— И надеяться, что не пойдет дождь, — чуть слышно прибавил Саллакс.

* * *

Впервые с тех пор, как он провалился сквозь дальний портал из Айдахо-Спрингс в Элдарн, Марк был рад, что сутки здесь на четыре часа короче. Прижимаясь к щеке горы и чувствуя, как онемели руки и ноги, он мог только молиться и надеяться, что если не будет двигаться, то, может быть, не сорвется и не разобьется насмерть — ведь сорвавшись, он мог бы увлечь за собой и ронцев. По его прикидкам, прошло уже часа три с тех пор, как они в последний раз видели алмора, и он попросил Бринн сказать, сколько сейчас времени по его часам.

— Но я не могу, Марк! Я не знаю, как это делается. — В голосе Бринн звучало такое отчаяние, что больше всего на свете ему захотелось сейчас перенести ее в безопасное место.

— Ну, Бринн, ты меня разочаровываешь, — нарочито пожурил он девушку, стараясь хоть немного поднять ей настроение. — Мы ведь столько раз с тобой этому учились, а ты опять говоришь «не могу»!

— Ну, я могу описать, где сейчас стрелки, — сказала Бринн. — Это тебе поможет? Длинная стрелка стоит совершенно прямо, а маленькая с нею рядом.

— Справа или слева?

— Слева. На той руне, которую ты называешь... дин-цать.

— Одиннадцать, — поправил ее Марк. — Отлично, ваше сообщение получено. Интересно, каковы будут заголовки в вечерних газетах. — Напрягая зрение и пытаясь разглядеть Саллакса, который находился чуть ниже Бринн, Марк крикнул: — Эй, ты как там, внизу?

— Со мной все в порядке. — Голос Саллакса, впрочем, звучал не слишком уверенно. — Но я не знаю, долго ли мы сумеем так провисеть.

— Зато я знаю, — ответил Марк. — Попробуйте сделать вот что: упритесь как следует ногами и по очереди потрясите в воздухе каждой рукой. Это позволит мышцам немного расслабиться и облегчит боль, вызванную перенапряжением.

— Я не смогу, Марк, — заявила Бринн со слезами в голосе. — Я упаду.

— Да нет, ты отлично все сможешь, — уверенно подбодрил он ее, — это же совсем нетрудно. Гораздо труднее следующее: повиснуть на руках и по очереди потрясти в воздухе каждой ногой. Но это тоже нужно сделать.

— Нет! — с отчаянием выкрикнула она. — Я просто не могу, и все!

Марк понимал, что особого выбора у него нет. Прикинув свои возможности и проглотив готовое сорваться с губ ругательство, он крикнул Саллаксу:

— Не дай ей упасть, Саллакс! Я быстро вернусь.

— Конечно не дам, — откликнулся великан, но особой надежды в голосе у него не слышалось.

Впрочем, Марк знал, что Саллакс будет держаться до последнего.

— Бринн, — сказал он девушке, — я постараюсь вернуться еще до того, как длинная стрелка на твоих часах доберется до цифры «три».

— А я не помню, как эта «цифра три» выглядит. — Голос у Бринн был совсем испуганный.

— Она похожа на груди спящей на спине женщины.

— Знаешь, Марк, я тоже должен научиться твоим рунам, — проворчал Саллакс с насмешливым восхищением.

— Ладно, а пока просто постарайтесь продержаться до тех пор, пока длинная стрелка не доберется до цифры «три». И я обязательно вернусь.

Марк с помощью встряхиваний по очереди размял онемевшие руки и ноги и, весьма опасаясь того, что в любую минуту может потерять равновесие и свалиться с утеса спиной вниз, стал торопливо ползти по осыпи наверх, к тропе. Минут через пять крайне тяжелого подъема он обнаружил, что впереди еще футов пятьдесят очень сложной поверхности — сплошная мелкая щебенка и ни одного выступа — и лишь после этого начинается относительно приемлемый участок, по которому можно подниматься довольно уверенно.

К тому времени, как он достиг тропы, он уже придумал, как будет вытаскивать своих спутников, и, стараясь не думать о возможности нового нападения алмора, рысью бросился туда, где неподалеку от тропы росла довольно высокая, но тонкая сосенка, исхлестанная безжалостными ветрами. И хотя казалось, что корни у нее не особенно глубоки, но ветви были жилистыми и крепкими. Марк не был уверен, что длины ствола этой сосны хватит, чтобы Бринн могла ухватиться за ее макушку, но времени подвергать сомнениям собственную стратегию у него не было: Бринн и Саллакс попросту сорвутся вниз, если он начнет придумывать что-то еще. И Марк принялся, постепенно наклоняя дерево, спускаться по осыпи.

На часах Марка, судя по описаниям Бринн, было примерно 11.22, когда он добрался почти до своего прежнего места и, опершись покрепче ногами о выступы скальной породы, крикнул Бринн:

— Я сейчас еще наклоню к тебе сосну, а ты постарайся за нее ухватиться, да покрепче, и не выпускай. Я тебя наверх втащить попробую.

Ответа не последовало.

— Бринн! — снова крикнул он, чувствуя, как бешено колотится его сердце. — Бринн, хватайся за дерево! Тебе нужно будет только ногами перебирать и подниматься вверх по склону. А у самой тропы подъем намного легче.

— Я попробую, — донесся до него ее слабый ответ. — Но ты пришел значительно позже!

— Извини, зато теперь-то я здесь и собираюсь незамедлительно доставить тебя в безопасное место. Это дерево оказалось куда крепче, чем я ожидал. — И Марк снова крикнул: — А ты, Саллакс, пока держись. Мне всего несколько минут нужно, и я снова дерево нагну.

— Ничего, я могу подождать, — ответил Саллакс. Марк как можно сильнее пригнул сосну к земле, опасаясь, что руки Бринн могут соскользнуть с хрупких зеленых веток на макушке; потом снял с себя рубаху и обвязал ею верхушку дерева, чтобы наверняка и самому удержаться, не упасть и не выпустить согнутое дерево из рук.

Но веса Бринн он по-прежнему не ощущал и хотел уже снова крикнуть ей, когда снизу донесся ее голос:

— Марк, я не достаю!

— Вот сволочь! — не выдержав, выругался он во тьму ущелья и, быстро обдумав ситуацию, попросил: — Ты повиси еще немного, Бринн, ладно? Я сейчас снова его к тебе нагну.

Прижав дерево к земле, Марк быстро снял башмаки и стянул с себя джинсы и свитер, привязал рукава свитера к штанинам джинсов, а сами джинсы с помощью ремня прикрепил к дереву.