Дочь для волка - Ханна Уиттен

У Рэд брови на лоб полезли:

– Раффи?

Он отвел взгляд от капель, с самым угрожающим видом срывающихся с ложки Файфа, и удивленно уставился на нее. Затем Раффи схватил ее за плечи и крепко обнял:

– Он тебе что-нибудь сделал?

– Нет, конечно нет. – Рэд попятилась, нахмурившись в замешательстве. – Что ты…

– Я был бы безмерно благодарен, если бы ты убрал руки от моей жены, – в дверном проеме, почти заполнив его собой, появился Эммон, глаза его полыхали, как раскаленные угли.

– Тени нас всех раздери, я в порядке. Слышите, вы, оба! – Рэд сняла руки Раффи с плеч. – Эммон, это Раффи. Мой друг из Валлейды. Раффи, это Эммон, – и добавила после паузы: – Волк.

– Я так понял. – Пальцы Раффи дернулись, словно он хотел все-таки взяться за рукоять кинжала. – Что ты сделала с Нив? – почти закричал он.

У Рэд отнялись руки.

– О чем ты говоришь?

– Она исчезла, Рэд.

Рэд моргнула. Все поплыло у нее перед глазами, края предметов стали тусклыми и размытыми.

Нив. Вся буря чувств, ужас, разрывавший ее вчера, снова обрушилась на нее. Тогда Эммон помог ей успокоиться, сказал, что они разберутся с этой ситуацией, и она поверила. А что еще ей оставалось? Но теперь, когда Раффи, измученный и усталый, смотрел на нее в упор, и еще это выражение беспомощности на его лице…

У Рэд начали подгибаться ноги.

– Ты проделал весь этот путь через Диколесье, чтобы бросаться обвинениями? – Эммон успокаивающе положил руку на плечо Рэд, как будто понял, что еще немного – и она рухнет без чувств. В тусклом свете было видно, как перекатились желваки у него на скулах. – Королевы здесь нет.

– Я ему это уже говорил, – мрачно произнес Файф, махнув ложкой в сторону Раффи. – Он и слушать не стал.

– Ее нет ни в Валлейде, ни во Флориане. Она исчезла. А с тех пор как Рэд отдали лесу, она только о том и говорила, чтобы вернуть ее. – Раффи глянул на руку Волка на плече Рэд. В глазах его пылала ярость. – Мало тебе одной сестры?! – рявкнул он.

– Раффи. – Звук собственного голоса привел ее в чувство, и Рэд высвободилась из-под руки Эммона. – Я даю тебе слово, что ее здесь нет. Расскажи мне, что случилось. – Голос ее дрогнул. – Пожалуйста.

Раффи перевел взгляд с Рэд на Эммона, поняв наконец, в каких они отношениях.

– Он мог ее где-то спрятать, – резким от недоверия голосом произнес Раффи. – Он – Волк, Рэд, и что бы он тебе ни наговорил…

– Я знаю, кто он, Раффи.

– Он не… – Раффи стиснул зубы и шагнул вперед. Но тут он заметил что-то за спиной Рэд. Ярость в его взгляде сменилась недоверием, а затем удивлением.

Лира стояла в дверном проеме с обнаженным тором в руке. Свет осеннего солнца бил ей в спину, полыхал золотистым ореолом над ее темными кудрями. Она увидела Раффи, глаза ее сузились, губы сложились в нечто среднее между яростным оскалом и ухмылкой.

– Пожалуйста, продолжай, – с вежливостью придворной дамы произнесла она. – Если я захочу, чтобы ты прекратил свои речи, ты узнаешь об этом тут же.

Глаза Раффи стали круглыми, как луна. Губы его беззвучно шевелились, словно он разучился складывать звуки в слова. Он медленно поднес ко лбу сжатую в кулак руку. Рэд не сразу сообразила, что это. Раффи приветствовал Лиру на медусийский манер, так, как один благородный человек приветствует другого.

– Изгнавшая Чуму, – пробормотал Раффи. – Ты выглядишь… тени меня раздери, один в один как та статуя!

Файф и Эммон обменялись быстрыми взглядами. На лицах обоих отражалось осторожное понимание. О чем бы это сейчас Раффи ни говорил, их это не удивило. Они чуть сместились, изменив позы – теперь они готовы были защищать Лиру, если бы Раффи только дернулся в ее сторону.

Спустя одно очень долгое мгновение Лира убрала тор в ножны. Небрежным жестом поднесла кулак ко лбу, затем скрестила руки на груди.

– Я и не знала, что ту историю все еще рассказывают.

Рэд нахмурилась. Изгнавшая Чуму… это была часть мифа о Чумных Звездах. Созвездие, появившееся на небе, чтобы указать дорогу домой заболевшим в пути купцам. Звезды исчезли так же внезапно, как и появились, после того, как все заболевшие чудесным образом выздоровели. Знак на руке Лиры… Что ответил Рэд Файф, когда она спросила, ради чего Лира заключила свою Сделку? «Ее история длиннее и благороднее моей».

– Ее уже не все знают, ту историю, – глядя на Лиру, как завороженный, произнес Раффи. – Но многие в Медусии еще помнят о тебе и почитают так же – если не больше, чем Королей. Алтарь все еще стоит там же, на скалах у гавани. Они оставляют тебе там золотые монеты и молятся об исцелении от болезни. – Раффи потряс головой. – И мой отец однажды пожертвовал тебе несколько монет. Я тогда был еще маленьким, я заболел… После того как он помолился, мне стало лучше.

Лира скривила губы. Лицо ее оставалось непроницаемым.

– Сомневаюсь, что это моя заслуга.

– Но все же. – Раффи сделал неуверенный шаг вперед, наклонил голову, словно хотел поклониться, но передумал. – Как ты это сделала? Как остановила Чуму?

В отблесках несгораемых свечей глаза Лиры казались медово-коричневыми. Она стиснула руки на груди.

– Я заключила Сделку, – резким, но ровным голосом произнесла она. – Мой брат… – Она едва заметно запнулась, сглотнула и продолжила: – Мой младший брат заразился. И я заключила Сделку. Связала себя с Диколесьем в обмен на лекарство.

По лицу Раффи ничего нельзя было прочесть. Он перевел взгляд с Лиры на Эммона и обратно, обвел взглядом Крепость.

– И теперь ты живешь здесь, – медленно произнес он. – С Волком. В Диколесье.

– С нами. – Файф чуть шагнул вперед. Ложка в его руке больше не выглядела глупо.

Лира пожала плечами.

– Бывают места и похуже. – Она изогнула тонкую бровь и продолжила: – И раз уж ты спрашиваешь, королевы здесь нет.

Взгляд Раффи заметался между Лирой и Эммоном. Потом он закрыл глаза, ссутулился, как будто гнев был единственным, что позволяло ему до сих пор держаться на ногах.

– Тогда я понятия не имею, где она может быть.

У Рэд пол начал уходить из-под ног. Рука Эммона на ее плече – вот что не позволило ей упасть, что хоть немного уравновесило хаос мыслей в ее голове. Нив исчезла. Рэд покинула ее, потому что корни Диколесья, пронизывающие ее кости, утянули ее обратно. И теперь сестры нет. Горло словно набили иглами.

– Что произошло? – спросил Эммон.

Раффи опустился на нижнюю ступеньку лестницы, сел прямо в мох.

– Никто во дворце не видел ее со вчерашнего утра, – хрипло, с трудом выталкивая слова, произнес он. – Ни разу после того, что случилось в Святилище. Говорят, что Вторая Дочь тоже была там…