Путешествие тигра - Коллин Хоук

Несколько долгих секунд Рен внимательно всматривался в мое лицо:

– Хорошо. Я проявлю ангельскую кротость и буду терпим даже к Кишану. До тех пор, пока он не будет распускать руки.

– В таком случае держи и свои руки при себе.

Рен обжег меня взглядом.

– Отлично! – Он улыбнулся. – Но ты будешь скучать.

– Я уже говорила тебе, что у тебя самомнение в милю шириной?

Он встал, обошел вокруг стола, поднял меня на ноги, поцеловал нежным, волшебным, отнимающим разум и силы поцелуем и отошел.

– Маленький сувенир на память обо мне.

С этими словами он удалился, а я прислонилась к стене, чтобы не упасть. Нет, он определенно опасен! Я честно пыталась прогнать наваждение, но вскоре сдалась и всю дорогу наверх думала только о Рене.

Когда у меня перестали подгибаться ноги, я поплелась разыскивать Кишана. Он оказался на прогулочной палубе, на носу.

– Вот ты где!

Он не ответил.

– Кишан! – Я дотронулась до его плеча. – Кишан! Как ты добрался сюда? Тебя Рен привел?

Не отвечая, он невидящим взглядом смотрел прямо перед собой.

Испугавшись, я затрясла его за руку.

– Кишан! Ответь мне. Ты в порядке? Что с тобой?

Он медленно, как зомби из фильма ужасов, повернул ко мне голову. Его лицо было пустым, как маска. Оранжевое пламя плясало в черных глазах.

– Надвигается шторм, – чужим голосом проскрипел он. – Я укажу путь. Иди. Предупреди остальных.

Когда он снова отвернулся, я тоже посмотрела в океан и увидела, что небо на горизонте подернулось серым. Волны били о борт, темные тучи ползли над океаном. Стало холодно, запахло дождем.

– Я сейчас вернусь, – торопливо сказала я. – Никуда не уходи, слышишь?

Он остался безучастен. Я повернулась и бросилась бежать.

– Рен! Мистер Кадам! – Я ворвалась в рубку и врезалась головой в грудь Рену.

Он поймал меня за плечи:

– Что? Что случилось?

Задыхаясь от быстрого бега, я с трудом выдавила:

– Кишан. Он стал оракулом. Стоит на носу и говорит, что будет шторм. Кажется, он собирается как-то провести нас через него.

– Отлично, помоги Нилиме. Я пойду к нему.

Когда Рен ушел, в рубку вбежал мистер Кадам:

– Шторм, говорите?

Я как раз заканчивала пересказывать ему слова Кишана, когда Рен вернулся:

– Кишана нет. Он исчез. Я иду его искать. Оставайся здесь, Келси. Ты меня слышишь?

– Я поняла. Иди, ищи его!

Мистер Кадам склонился над приборами, его пальцы забегали по кнопкам. Я подошла к окну. Если несколько минут назад океан выглядел мрачным, то теперь он был поистине грозен. Серые тучи почернели и теперь громоздились, пихаясь пузатыми боками, как исполинские сумоисты. Тяжелые капли дождя застучали по стеклу, редкий перестук вскоре превратился в грохот тысяч барабанов. Волны сердито бросали корабль в разные стороны.

Рен просунул голову в дверь рубки. Он был насквозь мокрым, струи дождя стекали по его волосам на шею и потемневшую от воды рубашку.

– Он на мостике! – прокричал Рен, перекрикивая рев ветра. – Его срочно нужно привязать! Он ничего не хочет слушать!

– Я за Шарфом! Он у меня в комнате! – проорала я, бросаясь к двери. В борт ударила волна, я поскользнулась в луже и врезалась в Рена.

– Нет. Я сам. – Он оттолкнул меня и исчез.

Я закусила губу. Тревога за Кишана сводила меня с ума. Когда еще одна волна с грохотом положила яхту на бок, я не выдержала, выскочила за дверь и бросилась наверх. Мостик превратился в каток. Кишан, как столб, стоял посреди площадки. На разъезжающихся ногах я кое-как добралась до него, обвила одной рукой за пояс, а другой ухватилась за перила.

Он даже не глянул на меня. Корабль завалился на правый борт. Я уперлась ступнями в железяку, за которую цеплялись канаты, и изо всех сил вцепилась в Кишана. Его тело окоченело, сделалось неподатливым, я едва не рычала от натуги, пытаясь удержать нас обоих от падения. Наконец яхта снова выровнялась, и я смогла хотя бы на секунду перевести дух. Как оказалось, ненадолго. Железная рука Рена обхватила меня за пояс, а над самым ухом прогремел его рассерженный голос:

– Кажется, тебе было велено сидеть внизу! Почему ты все делаешь наперекор?

– Он мог упасть в океан! – прокричала я.

– Лучше он, чем ты!

Я возмущенно пихнула его локтем в живот, но он только крякнул, а через секунду прочные нити Волшебного шарфа крепко-накрепко примотали Кишана к перилам.

– Все. А теперь я провожу тебя.

– Нет! – Я была вся мокрая, с носа у меня капало, голые руки покрылись мурашками и тряслись от холода. – Кто-то должен за ним присмотреть! – проклацала зубами я.

– Я присмотрю. Но сначала отведу тебя.

– Может, просто привяжешь меня к перилам рядом с ним? – Я звонко чихнула и кротко посмотрела на Рена из-под мокрых ресниц, прекрасно зная, что ничего не добьюсь.

Рен зарычал:

– Нет, это не обсуждается! Марш в рубку, если не хочешь, чтобы я забросил тебя на спину, как мешок с картошкой, и не отнес туда! Шевелись!

Он схватил меня за руку, и мы вместе сошли по трапу, тесно прижимаясь друг к другу. Когда я вошла в рубку, Рен окинул меня мрачным взглядом, захлопнул дверь и ушел.

Тем временем шторм усиливался, увенчанные гребнями волны превратились в водяные валы. Теперь я умирала от страха за обоих тигров. Это было ужасно. Мистер Кадам и Нилима были заняты, а мне не оставалось ничего, кроме как молиться за тех, кто остался наверху.

Примерно через полчаса мокрый Рен заглянул в рубку. Убедившись, что я в безопасности, он довольно хмыкнул и сказал:

– Мы должны идти за молниями.

Почти сразу после его ухода багрово-синюю пелену над океаном прошили две ослепительные вспышки, и две молнии обрушились в океан справа по борту. Ударил гром, гулкое эхо прокатилось по рубке, а я с визгом зажала уши. Мистер Кадам повернул вправо – и мы начали взбираться на гребень чудовищной волны. Вода ударила в окна, пенные потоки захлестнули открытые палубы. Я никогда не слышала, чтобы яхты такого размера тонули в шторм, поэтому горячо надеялась, что все обойдется.

Снова полыхнула молния. На этот раз вспышка раскидистой веткой расцвела чуть левее. Нам оставалось только следовать по пути молний. Каждые пятнадцать-двадцать секунд новые всполохи слегка корректировали наш курс. Вскоре я почти привыкла и даже перестала выглядывать в окно при каждой вспышке. Волны становились все выше, тучи – все чернее, и мне было очень страшно. Не столько за себя – я полностью полагалась на мудрость и искусство мистера Кадама, – сколько за двух мужчин, стоявших на залитом водой мостике посреди бушующего шторма. Какими беспомощными должны были чувствовать себя мои тигры, какими маленькими и беззащитными, ведь любой неверный шаг мог закончиться для них мгновенной смертью.