Хранительница - Елена Кондаурова

Он завертел головой.

– Рил, почему я тебя не вижу? Почему все это происходит? – Не дождавшись ответа, он почти застонал. – Рил, прикоснись ко мне, прошу тебя! Я хочу убедиться, что не схожу с ума!

Рил стало жаль его. Но как она могла к нему прикоснуться? Только слегка дунуть на сильно заросшую щетиной щеку. Князь вздрогнул и зашарил вокруг себя руками, словно надеялся схватить ее. Рил накрыла волна застарелого отвращения, ей стало нехорошо, и она тут же вылетела из палатки.

Кубарем, с трудом понимая, где верх, где низ, пронеслась по поляне и остановилась у одного из костров. Пока пыталась восстановить привычную картину слетевшего с катушек мира, в уши влился негромкий разговор двух мужчин, сидевших у этого костра.

– Ты как хочешь, Багин, а я тебе больше не помощник. За ведьмой, которая любого может размазать одним мизинцем, я ходить не буду. Я, может, и псих, но не настолько!

– Ну, так уж и любого! – хмыкнул этот Багин. Впрочем, довольно невесело.

Тот ответил такой же невеселой ухмылкой.

– По-твоему, положить за один раз десяток боевых магов во главе с отцом-настоятелем ничего не значит? А развалить этот свигров храм? – На это Багину возразить было нечего. – Нет, с меня хватит. Пусть за этой ведьмой кто-нибудь другой гоняется, а я – пас!

– А как же «крючок», Зойт? – тихо спросил Багин. – Все документы, конечно, теперь пропали, но кто поручится, что в Вангене нет копий?

– Да плевать! – резко сказал Зойт. – Я не вернусь в Ванген.

– А куда? – не менее резко поинтересовался Багин. – Обратно в Саварнию? Особенно после того, как ты там наследил?

– Если бы я там не наследил, нас бы с тобой уже давно в живых не было! – нехорошо блеснул глазами Зойт.

– Да ладно, не злись! – сбавил тон Багин. – Это я к тому, что тебя все равно в покое не оставят. Сам же понимаешь, рано или поздно...

– Не глупее тебя, – буркнул снова впавший в апатию Зойт. – Живым не дамся, пусть попробуют взять!

– Ты спятил, – нехотя констатировал Багин.

– Ничего не спятил. Хоть пару лет поживу нормально. Может, жену заведу, ребенка... Хоть что-то после меня на земле останется.

– Точно, спятил! – покачал головой Багин. – Ты – и жена?! Насмотрелся на этих? – Он кивнул головой в сторону болота.

– А что? – опять взвился тот. – Что он, что она – ходят по краю и не боятся! Я – каждую минуту боюсь, а они – не боятся!

– Да откуда ты знаешь? – устало возразил Багин. – Молод ты еще, не понимаешь ни хрена. Они еще больше нашего боятся. – Зойт упрямо покачал головой. – Ну ладно. Хочешь идти – иди! Не держу. Но и прикрывать не буду, у меня своих проблем выше крыши.

– Да ладно! – махнул рукой Зойт. – Спасибо и на этом.

Рил постояла еще немного рядом с ними, вглядываясь в их лица, а потом решила, что на сегодня с нее хватит, пора домой.

* * *

Хозяйка молча стояла над ней, ожидая, когда она придет в себя. Рил открыла глаза, в которых еще играли зеленоватые сполохи, и спросила:

– Что?

– Есть хочешь?

– Есть? – переспросила Рил, садясь на постели. – Да.

Нога уже не болела, и она смело встала и, чуть прихрамывая, сделала несколько шагов. Уварда смерила ее удивленным взглядом, но комментировать такое быстрое выздоровление не стала.

– Тогда садись. – Она кивнула на уже накрытый стол у окна.

Рил добрела до него и уселась, сразу потянув к себе тарелку. Есть после всего хотелось зверски. Но только она приступила к еде, как Уварде приспичило начать разговор.

– Рил, послушай, – как-то неуверенно, что было совсем ей не свойственно, начала она, – мне нужно сказать тебе кое-что.

– У? – спросила Рил с набитым ртом.

– Пока ты спала, я посмотрела твои руки. И твою родинку.

– У-у?! – не поняла Рил.

– Ты очень необычная. – На это Рил просто пожала плечами. – И силы у тебя столько, что я тебе и в подметки не гожусь.

Тут Рил удивленно округлила глаза.

– У-у-у?

– Вот наивное дитя! Ты не поняла, что я – ведьма?! Франя понял это с первого взгляда, Таш – с десятого, а ты вообще не поняла? Ну ладно, оставим это. Но ты хоть знаешь, что родинка такой формы – это знак богини? – Рил покачала головой. – А линии у тебя на руке говорят, что у тебя в этой жизни есть цель.

– Ну, и что? – спросила наконец-то дожевавшая Рил. – У каждого человека в этой жизни есть цель. Так же, как и линии на руке!

– Глупая! – рассердилась Уварда. – Таких, как у тебя, ни у кого нет!

– А вы что, всех на свете проверяли? – прищурилась Рил. Очень похоже на то, как это делал Таш.

Уварде пришлось пойти на попятный.

– Рил, послушай! Это серьезно! Мне трудно говорить, потому что не каждый день я встречаю на своем пути божью посланницу!

Рил чуть не поперхнулась.

– Вы бредите, Уварда? Да я ни разу в жизни толком не молилась! Я эти храмы ваши просто ненавижу за то, что они делают с изгоями! А уж сколько у меня от этих сволочей-жрецов неприятностей было, я вообще молчу! Какая богиня? Да я вообще... – Рил хотела сказать: из другого мира, но вовремя остановилась. – Короче, Уварда, ты ошибаешься, – завершила она, незаметно для себя переходя на «ты».

Находящаяся в шоке от богохульных речей Рил Уварда этого даже не заметила.

– Как же так, Рил? – как-то беспомощно спросила она. – Неужели я правда ошиблась? Скажи мне, когда ты бывала в храме, неужели ты ничего не почувствовала?

– Да почти ничего! – Рил уже надоел этот разговор. – А когда увидела, как наша всемилостивейшая загоняет изгоев в огненную речку, то и совсем ничего! Уварда, не сердись, что я не такая, как ты ожидала. Я такая, какая есть, и если это кому-то не нравится, пусть даже богине, ну что ж... Давай лучше выйдем на улицу, Таш скоро придет. Они уже близко.

– Откуда знаешь?

– Ой, ну я не знаю, просто знаю и все!

Уварда, смирившись, помогла ей выйти на улицу. Ее грызли разочарование и сожаление. Такая сила при куриных мозгах, вспыльчивом характере и полном отсутствии даже намека на религиозность! Да разве эта глупышка найдет ей достойное применение? И куда смотрела богиня? Поняв, что святотатствует, обсуждая дела богини, Уварда поспешно начала молиться и просить прощения за непрошеные мысли. Рил между тем уселась на завалинке и стала ждать Таша.

* * *

Ждать пришлось недолго. Они вскоре вышли из леса грязные и воняющие тиной, как самые настоящие болотники. Таш и Франя перебрасывались шутками, молчаливый и мрачный Венк шел позади, не принимая участия в разговоре.

Увидев их, Рил вскочила с завалинки и похромала навстречу любимому. Соскучившийся Таш мигом оказался рядом, первым делом ощупал раненую ногу, потом обнял и стал целовать. Франя отпустил несколько насмешливых комментариев, за что Таш молча показал ему кулак. Венк, в первый раз толком увидевший Рил, застыл на месте, давая повод Фране для очередных издевательств. Впрочем, он зря старался, потому что Венк их даже не услышал, равно как и приглашение Уварды к ужину. Он бы, наверное, так и остался голодным, если бы Франя не смилостивился и не утащил его за шиворот в дом. Там Уварда уже накрыла на стол, что для голодных мужиков, почти целый день бродивших по болотам, было очень кстати. Венк сразу набросился на еду, а Франя со вздохом вышел на порог позвать Таша.