Чарли Бон - Дженни Ниммо

Спринтер-Боб радостно затоптался на пакете и лизнул Чарли в нос.

– А ну брысь сейчас же! – велел Чарли. – Это ценная вещь.

Тут к ним подбежал запыхавшийся Бенджамин:

– Из… ви… ни… Я е… го… не… удер… жал.

– Ты что, следил за мной? Вообще-то Чарли обрадовался появлению друга.

– Да нет, просто я повел его на прогулку. А он, наверно, взял твой след. Учуял. – Бенджамин с интересом посмотрел на внушительный черный пакет. – Ой, а что это?

– Твой подарок, – объяснил Чарли. – Но тебе придется помочь его тащить. Тяжелый, как слон.

– Ух ты. А что там? Ой, нет, мне не полагается спрашивать. – Бенджамин застеснялся.

Чарли пришлось сознаться, что кроме подарка в пакете еще кое-что, и весьма таинственное, но Бенджамин сунул в пакет нос и честно сказал, что он не в обиде и его вполне устроит небольшая картонная коробка, а не здоровенный металлический ящик.

– Ну и местечко ты выбрал, чтобы ходить за подарками, – заметил Бенджамин, оглянувшись на огромный темный собор.

– Я сначала даже не думал найти тут подарок, – признался Чарли. – Вообще-то я искал фото Спринтера-Боба. – И он рассказал Бенджамину про странную даму из книжного магазина и про таинственный ящик, который ей прислал ленивый изобретатель.

Мальчики взялись за ручки черного пакета и потащили его домой. Они и не заметили, что кое-кто следует за ними по пятам. Оглянись приятели, они бы увидели пронырливого рыжего мальчишку, неубедительно загримированного под старика, который то прятался в подворотнях, то крался следом.

Спринтер-Боб тихонько заурчал и ткнул носом пакет, как будто хотел поторопить мальчиков. Пакет нервировал пса. В пакете было что-то непонятное, что-то скверное, а еще что-то непонятное и скверное маячило позади.

Как только Чарли с Бенждамином свернули на Филберт-стрит, пес вдруг развернулся и с яростным лаем кинулся на соглядатая. Рыжий мальчишка отшатнулся и бросился наутек.

– В чем дело? – спросил Бенджамин, когда пес прискакал назад.

Но ответа от Спринтера-Боба, конечно, не получил.

Уже у самого Бенджаминова дома Чарли спросил, возьмет ли тот пакет к себе. Чарли не хотелось, чтобы Мейзи или бабушка Бон совали в пакет нос.

Бенджамин замялся:

– Ну, я не знаю… А куда я его положу?

– Под кровать запихаешь. Или еще куда-нибудь. Ну, Бенджи, ну пожалуйста! У меня в комнате все время крутятся бабушки, а к тебе-то никто не лезет.

– Ладно, – согласился Бенджамин.

– Только, чур, не открывать подарок, пока я не приду, – сказал напоследок Чарли. – Ну все, я помчался, а то мне влетит.

Чарли уже повернулся, чтобы бежать, но тут из пакета донеслось явственное гулкое постукивание. Бенджамин испуганно вытаращил глаза, но Чарли сделал вид, будто ничего не заметил, и взлетел на свое крыльцо. В кухне он наткнулся на бабушек. Бабушки яростно препирались. Стоило Чарли появиться на пороге, как обе бабушки воззрились на него.

– Чарли Бон! – воскликнула Мейзи. – Что ты наделал! Безобразник! Как это случилось? – И она ткнула в шеренгу дохлых мышей. Мышиная эпопея успела вылететь у Чарли из головы.

Он поспешно объяснил, что мистер Комшарр и коты проскользнули в дом прежде, чем он, Чарли, успел их остановить.

– А потом мне надо было бежать менять фото. – Чарли помахал оранжевым конвертом. – Я совсем забыл про мышей. Извините, пожалуйста.

– Коты? Оранжевые и желтые? – Голос бабушки Бон дрогнул.

Да она испугалась, понял Чарли.

– Ну что ж, по-моему, поработали они на славу. – Мейзи смягчилась и уже не сердилась на Чарли. – Так, надо тут прибрать.

А вот бабушка Бон смягчаться и не думала.

– Так я и знала! – мрачно буркнула она. – Это ты привел их сюда, несносный мальчишка. Притянул, как магнит. Дурная кровь, смешанная с магическим даром. Скверное сочетание. Я не буду спать спокойно, пока тебя не запрут у Блура.

– Как это запрут? Меня что, выпускать оттуда не будут?

– На выходные, – отрезала бабушка Бон. – К сожалению.

И она замаршировала вон из кухни, стуча каблуками черных башмаков.

– Но меня никто не предупредил! Не предупредил, что запрут! – вскричал Чарли.

– И меня тоже, малыш, – пропыхтела Мейзи, деловито сгребая мышей веником на совок. – Думаешь, я знала, какие порядки в этих фасонных школах? Охо-хо, и зачем только твоя мама приносит домой столько зелени. Ума не приложу, как это служба по уничтожению грызунов про нас прознала. Я им не звонила.

– Коты, – объяснил Чарли. – Они все знали.

– Ну конечно, ты мне еще скажешь, что коты летать умеют, – проворчала Мейзи.

Может быть, эти коты и умеют, подумалось Чарли. Ведь Феникс, Везувий и Саламандр явно не походили на обычных кошек. И у Чарли возникло подозрение, что бабушка Бон об этом знала. Но отчего она так их боится?

Чарли отправился в свою комнату клеить открытку. Но сосредоточиться не получалось. Открытка вышла кривая, «с днем рождения» он написал через «а» вместо «о», а облачко со словами, вместо того чтобы висеть у Спринтера-Боба над головой, съехало псу куда-то за ухо. Чарли сердито отшвырнул ножницы. С тех пор как выяснилось, что он умеет слышать голоса с фотографий, вся жизнь Чарли пошла наперекосяк. Надо было смолчать про голоса, подумал он, тогда бы не пришлось идти в эту жуткую школу! И никто бы его не запер на неделю с кучей чокнутых вундеркиндов, которые занимаются всякими чудными вещами.

Он слышал, как пришла домой мама и позвала Мейзи. Вот если бы мама взяла его сторону и поборолась с тетушками! Но она, похоже, их боится. Так что придется ему самому с ними бороться, понял Чарли. Только вот непонятно как.

На ужин Мейзи приготовила овощное рагу. Чарли подумал было про мышей в кладовке, но вслух ничего не сказал. Мама принесла ему сапфирово-синий плащ и сразу после ужина заставила примерить. Плащ доходил Чарли почти до колен. По бокам были прорези для рук, а за плечами большой мягкий капюшон.

– Только я на улицу это не надену, – заявил Чарли. – И не уговаривайте. А то надо мной все потешаться начнут.

– Но, сыночек, там же будут другие ребята в таких накидках, – взмолилась мама. – А еще в зеленых и фиолетовых.

– Все равно, они не из нашего района. – Чарли стянул плащ. – Они все с Вершин.

Вершины располагались на склоне лесистого холма над городом. Там стояли роскошные большие дома, а в домах жили состоятельные люди. Вокруг домов цвели шикарные сады – чуть ли не круглый год.

– Да я точно знаю, что в эту школу ходят не только дети с Вершин, – возразила мама. – Я видела в списках фамилию одной девочки, которая живет через две улицы от нас. Оливия Карусел, она записана на театральное отделение, так что придет в фиолетовом плаще.