Сияющая цитадель - Дэвид Эддингс

— Во имя Бога, Спархок, — выдавил Эмбан, —сними ее оттуда! Она сведет меня с ума!

Флейта засмеялась и довольно бесцеремонно опустилась прямона колени толстяка-священнослужителя, покрыв поцелуями его побледневшее лицо.

— Обожаю проделывать такое с людьми! — радостнохохоча, объявила она. Эмбан отпрянул. — Ай, да не будь ты глупцом,Эмбан! — фыркнула она. — Я не причиню тебе вреда. На самом деле ятебя очень люблю. — Хитринка промелькнула в ее глазах. — А можетбыть, согласитесь послужить мне, ваша светлость? Я не настолько напыщена, какваш эленийский Бог, и нам будет весело.

— Афраэль! — резко сказала Сефрения. —Хватит! Ты же знаешь, что этого делать не должна!

— Я только дразню его, Сефрения. Я не собираюсь крастьЭмбана. Он слишком нужен эленийскому Богу.

— Ну как, ваша теология существенно пошатнулась, вашасветлость? — спросил Вэнион у патриарха Укеры. — Эта маленькаядевочка на ваших коленях, пытающаяся увести вас по усыпанному цветами путиереси — Богиня-Дитя Афраэль, одна из тысячи младших богов Стирикума.

— Как мне приветствовать ее? — В голосе Эмбанапроскользнули испуганные нотки.

— Нескольких поцелуев будет достаточно, —предложила Флейта.

— Хватит! — снова одернула ее Сефрения.

— А как полагаете вы, ваше превосходительство? —спросила Флейта у Норкана.

— Я в смятении, ваше… хм…

— Всего лишь Афраэль, Норкан, — подсказала она.

— Но это не соответствует этикету, — ответилНоркан. — Я — дипломат, а самый дух дипломатической речи — официальныеобращения. Я перестал называть по именам кого-то, кроме коллег, когда мнеисполнилось десять лет.

— Ее имя и есть официальное обращение к ней, вашепревосходительство, — мягко сказала Сефрения.

— Совершенно верно, — изрекла Афраэль, слезая сколен Эмбана. — Тиниен и Эмбан отправляются в Чиреллос за рыцарями церкви.Норкан отправляется на остров Тэга помочь Спархоку лгать моей… хм… его жене,вот так. Остальные отправляются снова добывать Беллиом. Спархок, кажется,считает, что Беллиом ему может пригодиться. Я думаю, что он недооценивает своисобственные способности, но я пойду с ним в это приключение — хотя бы простопотому, чтобы уберечь его от нытья и жалоб.

— Мне ее так не хватало! — рассмеялсяКелтэн. — И что же ты собираешься делать, Флейта? Седлать стадо китов,чтобы они привезли нас к тому побережью, где мы бросили Беллиом в море?

Ее глаза загорелись.

— Даже и не думай, — твердо сказал ей Спархок.

— Вечно ты все портишь!

— Ты меня разочаровал, Спархок, — объявилКелтэн. — Я никогда раньше не ездил на китах.

— Может, хватит о китах? — не на шутку огрызнулсяСпархок.

— Что это ты такой раздражительный, Спархок? Чем тебене угодили киты?

— Это наше с Афраэлью личное дело, — сухо ответилСпархок. — Я не смогу переспорить ее во многих вопросах, но уж в вопросе окитах я ее точно переспорю!

Стоянка корабля на Тэге была вынужденно короткой. Отлив уженачался, и капитан был всерьез обеспокоен понижением уровня воды в гавани.

Спархок с друзьями наскоро совещались в главном салоне, в товремя как Халэд отдавал матросам распоряжения относительно выгрузки лошадей ипровианта.

— Эмбан, тебе не кажется, что лучше всего будет датьСарати понять всю серьезность ситуации? — спросил Вэнион. — Иногда онбывает упрям как осел.

— Я думаю, он будет рад узнать, какого ты о нем мнения,мой дорогой Вэнион, — ухмыльнулся толстый церковник.

— Говорите все что хотите, ваша светлость. Я никогда невернусь в Чиреллос, так что все это не имеет значения. Обязательно расскажиему, как всплыло имя Киргона. Возможно, тебе захочется умолчать о том, чтосвязь Киргона с нынешними событиями подтверждается лишь словами Крегера. Вконце концов, в причастности к ним Троллей-Богов мы совершенно точно уверены, ановое столкновение с языческими богами может отвлечь внимание Сарати отРендора.

— Не расскажешь ли еще о чем-нибудь, что я и так знаю?

Вэнион рассмеялся.

— Ладно! Я, похоже, лезу не в свое дело?

— В народе это называется «во все дырки затычка». Ясделаю все что смогу, но ты знаешь Долманта. Он всему дает свои собственныеоценки и выносит собственные решения. Он взвесит Дарезию и Рендор и будетрешать, которую из этих стран он хочет спасти.

— Расскажи ему, что я здесь, со Спархоком, —посоветовала Флейта. — Он знает, кто я такая.

— Знает?

— Тебе совершенно незачем осторожничать с Долмантом. Он— не фанатик, как Ортзел, и вполне готов признать, что ваша теология неотвечает на все вопросы мироздания. То, что я участвую во всех этих делах,поможет ему прийти к правильному решению. Передай ему, что я его люблю. Иногдаон кажется занудным стариком, но я все равно без ума от него.

Глаза Эмбана округлились.

— Нет, когда все это кончится, я уйду в отставку!

— Не глупи, — улыбнулась она. — У тебяповодов уйти в отставку не больше, чем у меня. Ты не сможешь отказаться оттакого развлечения. Кроме того, ты нам нужен. — Она повернулась кТиниену. — Не перетруди свое плечо. Дай ему полностью зажить, прежде чемстанешь его разрабатывать.

— Слушаюсь, сударыня, — ответил он, ухмыляясь еенаставительной манере.

— Не смейся надо мной, Тиниен, — пригрозилаона. — Если ты будешь позволять себе такое, то однажды утром ты проснешьсясо ступнями навыворот. А теперь поцелуй меня.

— Хорошо, Афраэль.

Она рассмеялась и залезла к нему на колени, чтобы получитьпричитающиеся ей поцелуи.

Они сошли на берег и стояли на причале, глядя, кактамульский корабль медленно отплывает из гавани.

— В любом случае, они отплыли в нужное времягода, — сказал Улаф. — Для ураганов сейчас еще рано.

— Это обнадеживает, — заметил Келтэн. — Кудатеперь, Флейта?

— На противоположном краю острова нас ждеткорабль, — ответила она. — Обо всем остальном я расскажу тебе, когдамы выйдем из города.

Вэнион передал Норкану пачку столь трудолюбиво написанныхписем Спархока.