Все арестованы! - Галина Черная

— Ты не позвонила. Я бы тебя встретил.

— А я зашла в парк и решила, что найду тебя сама. Что лишний раз звонить? Телефон могут прослушивать.

— Угу. И Льюи так говорил.

— Льюи?! Я до сих пор в шоке, что ты случайно с ним столкнулся!

— Давай о нём позже, сейчас о главном. За тобой не следили?

— Думаю, нет, но если что, я умею заметать следы. Я всё-таки профессиональная журналистка, мне уже самой приходилось выслеживать кое-кого, оставаясь незамеченной.

— Помню-помню… в день моего приезда в Мокрые Псы. Никогда не забуду, как впервые увидел тебя.

— Так мы и познакомились, — мечтательно улыбнулась она, беря меня за руку. — И ты меня оба раза заметил. Но сейчас на самом деле мне даже ничего делать не пришлось, наблюдения не было. Хотя Маклак объявился буквально перед моим уходом и стал расспрашивать о тебе, но я ему сказала, что со вчерашнего дня тебя не видела и не слышала. Думаю, он мне поверил, я умею врать, когда нужно. Потом он почти сразу куда-то уехал, сказав, чтобы я никуда не выходила. Типа в городе бои, и без него меня подстрелят, ранят, возьмут в плен, будут пытать и прочие больные фантазии, а он вернётся через два часа.

— Ясно. Значит, у нас не так много времени.

И я поведал ей свою историю, всё, что со мной произошло с момента, как мы расстались вчера в аэропорту. Единственное, о чём пришлось умолчать, это об обстоятельствах, при которых я встретил манерного вампира, спасшего мне жизнь.

— Круто, — выдохнула она, выслушав мой рассказ. У неё были круглые глаза и вид лисицы, вышедшей на след самого крупного зайца в лесу. — И что ты теперь намерен делать? Какой у нас план?

— Мне нужно найти Пиява.

— Он в тюрьме, и к нему никого не допускают, — мотнув головой, фыркнула Эльвира. — А его самого только на пресс-конференцию выпустили, в наручниках, но и тогда его охранял с десяток полицейских.

— А эксклюзивное интервью?

— Эксклюзивное? Ха, как же! — поморщилась она. — Мне разрешили задавать только те вопросы, которые заранее просмотрел Маклак, и сократили их с шестнадцати до четырех. Хорошенький эксклюзив на четыре вопроса! Давай уж лучше о твоих планах, то есть о том, чего нет.

— Почему сразу нет? — смутился я. — Планы есть, просто они в разработке.

— Ага, и эта разработка наверняка включает в себя лишь применение грубой мужской силы. Предположим, ты сломаешь ворота лбом, перебьёшь охрану рогами, взорвёшь дверь его камеры (уж не знаю чем, боюсь предположить…) и наговоришься с Пиявом по душам. А что всё это время буду делать я?

— Отвлекать Маклака.

— Между прочим, он строит мне глазки.

— Тем более. Отвлекай, но будь осторожна. Он опасен. И что-то скрывает.

— А это уже интересней. — Моя любимая журналистка, похоже, поймала свою волну и призадумалась. — «Грязная тайна офицера Маклака». Звучит неплохо, по-моему, но можно ещё поискать. Ладно, я в теме! Мне пора бежать, милый.

— Я тебя провожу, — предложил я. — Там вампиры, а подростки могут не сразу обратить внимание на твой беджик. Если вообще обратят…

— А, плевать, моё такси уже должно было подъехать, пусть лучше нас не видят вместе.

Но я всё-таки настоял на том, чтобы довести её до ворот, стараясь оставаться незаметным для таксиста, решил подождать, пока она сядет в машину и уедет. И, к своему удивлению, увидел Льюи, любезно распахнувшего ей дверь со словами:

— На лайнере мы, кажется, договаривались об интервью?

Не успел я подбежать и спасти Эльвиру от его приставаний, как он сел в такси следом за ней, и машина сорвалась с места. Похоже, Эльвира сама решила его о чём-то расспросить, а это значит — вмешиваться бесполезно. Ладно, после всего случившегося я уже начинал немного доверять этому типу. Пусть она с ним сама разберётся.

Я набрал на сотовом номер Чмунка.

— Блестящая Бляха? — холодно отозвался в трубке вождь теловаров. — Ты очень поспешно покинул сегодня наше стойбище.

— Так вышло. — Я не стал заострять внимание на том, что он сам прекрасно знает, почему я это сделал, ни к чему нам сейчас новые разбирательства. — Нам надо встретиться. Кажется, я знаю, каким образом прекратить эти разборки в Порксе. В данный момент звоню тебе из городского парка Святого Валентина, ты сможешь…

Я не успел договорить, потому что увидел Маклака, выходящего из машины, стоящей через дорогу, и, похоже, она стояла здесь уже достаточно долго. Но до этого момента её закрывало такси. Сержант, одетый в штатское, двигался в мою сторону. С ним были два рослых полицейских, тоже в штатском.

— Ну что, Брадзинский, попался? — злорадствуя, громко прокричал Маклак и вдруг остановился, как и его сопровождающие. Они почему-то не решались войти в парк, но старший сержант достал револьвер и взвел курок.

Индеец уже в который раз спрашивал в трубке, почему я замолчал.

— Маклак меня всё-таки нашёл. Извини, я не могу больше говорить. — Я прервал связь и бросился в кусты цветущих роз. От их невыносимого благоухания у меня зачесался нос и заслезились глаза. Теперь понятно, почему это место пользуется такой дурной славой. Аллергия на сладкие запахи — это ещё хуже ужасных статуй и свисающих с деревьев сердечек.

Из моего укрытия было хорошо видно, как Маклак пинками втолкнул подчинённых в парк. Один из них, тот, что повыше ростом, дважды вдохнул аромат алых цветов, схватился за сердце и рухнул с пеной на губах. Однако сам Маклак и второй его бугай оказались выносливее. Они помогли товарищу, дотащили его до машины и куда-то позвонили, наверное, в «911» или за подкреплением.

Пользуясь заминкой, я короткими перебежками, прячась за деревьями, кустами и жуткими статуями амуров (вспомнил наконец имя этого божка), кинулся в глубь парка.

— Стой! Я тебя вижу! Тебе от нас не убежать, Брадзинский! — торжествующе крикнули мне в спину, и предупредительный выстрел громыхнул в воздухе.

Наркоманы повскакивали с мест и убежали, а я не знал, что делать дальше. Ведь в конце концов он меня здесь найдёт. Чтобы прочесать парк, больше часа не понадобится. А если он вызвал подкрепление, то и полчаса за глаза хватит. Кстати, я не был уверен, что всё полицейское отделение в курсе его тёмных делишек, скорее всего только какой-то узкий круг сообщников.

Добежать до забора я просто не успею, впереди была большая площадка со скамейками по кругу — слишком открытое пространство, да и перелезть через трёхметровую ограду не так просто. Выглянув из своего укрытия, я увидел Маклака достаточно далеко от себя, несмотря на свои угрозы, он высматривал меня совсем в другой стороне. Его подручных не было видно, но вдруг сзади раздался шорох, и один из них бросился на меня со спины. Маклак лишь отвлекал меня…

Я ловко вывернулся, перехватил нападавшего чёрта за шею и недолго думая ударил головой о постамент статуи святого Валентина, за которой он до этого прятался. Несчастный опрокинулся навзничь, а сверху на него упал ещё и тяжелый чугунный нимб из сердечек и, дополнительно стукнув, обломал один рог. Я перебежал влево и притаился за толстым стволом дерева. Старший сержант Маклак, оставшись один, просто озверел.