Чёрные зеркала - Анна Бахтиярова

Я вернулась в поселок и несколько дней под впечатлением «сообщения» ведьмы ходила, как пыльным мешком огретая. Габриэла не потрудилась объяснить, с какого перепуга решила, что дни Рашель Фаули сочтены. Отмахнулась от меня, будто от надоедливой мухи, а я понятия не имела, что предпринять: срочно потребовать от четы Ван-се-Росса денно и нощно охранять тайную подругу Элиаса или принять слова ведьмы за очередную проверку и ни во что не вмешиваться.

А потом мы получили письмо от мамы, заставившее меня напрочь забыть и о Габриэле, и о Рашель. Письмо пришло на имя Дот, не на моё. Ренет Вейн оповестила сестру, что вышла замуж в другом герцогстве и планирует остаться там жить насовсем. Но, где именно располагается это «там», не уточнила. Послание прибыло без обратного адреса. Мы с Дот по очереди перечитывали лист бумаги, содержащий всего несколько строк, словно надеялись, что в следующий раз найдем там иной смысл. Но, разумеется, не находили. Как и упоминания обо мне.

Тетку, обычно бойкую и до бесконечности раздражительную, подменили на странную незнакомку. Она перестала выходить из дома, часами сидела у окна и смотрела на дорогу. Но вряд ли надеялась увидеть младшую сестру. Я не сомневалась, Дот глядит в никуда, поглощенная печальными мыслями. Закрались подозрения, что тетка чувствует себя преданной. Всю жизнь шли рука об руку, и вот, пожалуйста — сюрприз. Что до меня, то я ничего не ощущала, кроме пустоты. Будто всё пламя, что бушевало внутри, разом погасло. Я опасалась, что это временный эффект, и за затишьем последует взрыв…

— Надо срочно что-то предпринять, — объявила Дот на шестой день.

Я как раз завтракала холодным пирогом и чуть вместе со стулом не кувыркнулась. Она разговаривает? Да еще со мной? К вечеру точно пойдет снег. Зеленый!

— Что именно? Попросить герцогов воспользоваться семейным даром для поиска нашей «пропажи»? — не удержалась я от колкости.

— Нет. Надо придумать, где достать деньги. Я экономила, как могла, но монет осталось всего ничего, а на работу меня не берут.

Стул повторно качнулся.

Деньги! Вот об этом аспекте нашего будущего я не подумала. А зря.

Тетка права. Прежде работала только мама. Следила за растениями в замке Ван-се-Росса — и комнатными, и уличными. Не ухаживала за ними, а именно следила. Проверяла, хорошо ли о них заботятся садовники, не требуется ли магическая подпитка. Параллельно она отслеживала, как продвигаются работы на полях. Мы с Дот оставались нахлебницами: тетка из-за характера, я благодаря происхождению. Поэтому обе брали на себя все домашние дела.

— Скоро и на еду не останется, — продолжила Дот уныло. — А надо в зиму запасаться, чтоб в морозы с голоду не помереть. Ты уедешь в колледж свой, а я…

Она махнула рукой и всхлипнула. Я поспешила отвернуться. Плачущая тетка — это что-то новенькое. Невероятнее внезапно подобревших основателей.

— Когда приезжают торговцы? Те, что ткани и платья привозят? — спросила деловито.

— На следующей неделе. А что?

— Продадим им часть моих платьев. Всё равно не ношу. Здесь их некому предложить, а торговцы по всему Многоцветью ездят.

Тетка вмиг перестала хныкать. Поглядела с ужасом и спросила зловещим шепотом:

— Какие платья? Те, что Её светлость подарила?

— Угу.

Она замотала головой.

— Нельзя! Ни в коем случае. Это подарок герцогини. Коли узнает…

— Ничего эта хвостатая притворщица не сделает. Она сама мне должна. До конца дней не расплатится за всё содеянное. Не хочешь нести платья торговцам, я сама отне…

Я замолчала на полуслове, сообразив важную вещь. Кто виноват в мамином отъезде и в ее нежелании возвращаться домой? Правильно, герцогиня Виктория. Вот путь и решает наши денежные проблемы.

— Пойду прогуляюсь, — объявила я, вставая из-за стола.

Схватила косынку, чтобы повязать на голову (без умений Рашель попробуй уложи куцые волосы), и бодро зашагала в сторону замка на холме. Сама удивлялась проснувшейся наглости. Но мы, правда, остались без средств к существованию, и проблему необходимо решать. Любыми доступными способами.

…Герцогиня, встретившая меня в гостиной, явлению не удивилась. Лишь заметила насмешливо:

— Неужели, ты вспомнила о наших уроках.

Я конфужено кашлянула.

Проклятье! А ведь обещала регулярно обучаться у герцогини, хотя мы и не обговаривали график «встреч».

— У меня к вам иное дело, — проговорила я, отчаянно стараясь не растерять спесь. — У нас с теткой сложности.

— Что натворила эта корова? Только не говори, что раскрыла кому-то мой секрет?

На молодом лице герцогини мелькнула ярость. Такая, что я едва удержалась от желания припуститься с холма подальше. Да не домой, а в лес.

— Вообще-то натворили вы, — отчеканила я, молясь, чтобы зубы не застучали. — Когда рассказали маме правду обо мне. Она уехала, а теперь вышла замуж и не намерена возвращаться назад. А у нас финансовые трудности. По вашей милости. Я не прошу денег. Но хочу, чтобы вы придумали, как устроить Дот на работу. С достойной оплатой. В Бирюзовом и окрестностях ее не жалуют.

Но, кажется, во всей моей пламенной речи герцогиня услышала исключительно первые три предложения.

— ЧТО Ренет сделала?!

— Прислала письмо с последними новостями. О! Вижу вас, как своего работодателя, она в известность не поставила. Что ж, придется искать нового хранителя трав и цветов.

Ее светлости не пришелся по душе мой ироничный тон. Она покачала головой и проговорила сквозь зубы:

— Ты вся в мать. Столько же гонора.

Щеки запылали от гнева. Ибо герцогиня имела в виду вовсе не Ренет Вейн.

Я пересилила себя и сдержала вертящуюся на языке гадость. И зря. Лучше б поупражнялась в искусстве пикировок. Ваза с букетом роз — изящная и, без сомнения, дорогущая — разлетелась на мелкие острые осколки, которые едва не задели нас. Рассыпались по ковру на «радость» прислуге.

Лицо герцогини осталось каменным.

— И как с тобой вообще о чем-то разговаривать? — поинтересовалась она холодно и, не дождавшись ответа, добавила: — Хорошо, я придумаю занятие для твоей… тетки. Взамен ты прекратишь отлынивать от уроков. Будешь являться сюда каждый день. С котом. Есть и второе условие. О нем чуть позже. А сейчас приступим к занятию.

— Но… Урсул остался в Бирюзовом.

— Так позови его. Он обязан подчиняться, коли сумеешь установить связь. Это твое сегодняшнее задание. Вперед, Лилит. Вернусь через час.

Но не сложилось. Я умоляла Урсула явиться, ругала последними словами и даже грозила отречься от него навсегда. Никакой реакции. Котяра не объявлялся. То ли не слышал призыва, то ли герцогиня ошибалась насчет обязанностей хвостатой «нечисти», и он попросту не считал нужным подчиняться. Разве я вообще была для него авторитетом? Вечно всё делает по-своему.