Королева крови - Сара Бет Дерст

Кабинет директрисы был залит солнечным светом. Он проникал сквозь окна в потолке и широкое окно, расположенное за ее столом. Стекло стоило немалых денег, потому что его доставляли с острова Белейн, но директриса Ханна считала, оно того стоит. Ее кабинет располагался на вершине академии – близко к кронам деревьев, где ветки не загораживали дневной свет. Сложив руки за спиной и расправив плечи в безупречной директорской позе, Ханна повернулась к окну и позволила солнечным лучам согреть ее.

Она ненавидела этот день, день вступительного экзамена. Все поступающие приходили исполненные надежд, а в ее задачи входило разрушение этих надежд, пока этого не сделала академия. Это все равно что быть жестокой по отношению к милому, пушистому котенку.

Дверь за ее спиной со скрипом отворилась, и послышалось шарканье чьих-то ног по ковру. Даже не глядя, она знала, что вошедшая пытается вести себя осторожно, чтобы грязь и вода из лабиринта не испачкала ковер. Прислушавшись, Ханна дождалась, пока девочка найдет такое место на деревянном полу, где ущерб от грязи не будет бросаться в глаза, но Ханна знала, что для этого нужно встать под палящим солнцем. Конечно, так было задумано, чтобы поступающие чувствовали себя дискомфортно и неуютно, но ковер действительно был дорогой.

– Значит, ты веришь, что можешь стать новый преемницей, – сказала директриса Ханна, не оборачиваясь.

– Моя младшая сестра верит, и я ее не подведу, мэм.

Ханна закрыла глаза.

«Только не самоотверженная героиня», – подумала она. Амбициозных легче всего сломать, разочарование их лишь злит. А самоотверженные всегда начинают грустить.

– Не имеет значения, во что она верит. Ее здесь нет. И не будет, если ты останешься. Ты не увидишься с семьей несколько дней, а то и месяцев. Будешь жить в академии, спать здесь, есть здесь, дышать здесь. Будешь трудиться, пока мышцы не превратятся в губку, а мысли в пыль. У тебя не будет ни времени, ни сил на беспокойство о том, что думает твоя младшая сестра. Придется искать силы внутри себя, а если не сможешь – не выдержишь испытаний.

– Я выдержу, – моментально ответила девочка.

Конечно, она была уверена, что выдержит. Все девочки так думали. Все они были оптимистичными, идеалистками-идиотками, понятия не имеющими о цене поражения. Мало кто, если вообще кто-то, видел своими глазами взбесившегося духа. Они не понимали, какой ущерб может нанести хотя бы один дух, не говоря уже о тысячах, которых необходимо контролировать королеве.

– Ты когда-нибудь видела, на что способен вышедший из-под контроля дух?

– Да, мэм. Духи уничтожили мою деревню.

Ханна была рада, что до сих пор смотрела в окно, так что девочка не могла увидеть выражение ее лица. Деревни уничтожались редко, очень редко, но, когда такое происходило, духи обычно делали все тщательно. Она никогда не видела выжившего. А чтобы таковой пришел сюда… Взяв эмоции под контроль, директриса развернулась и посмотрела на девочку.

Стоящая под солнцем, она выглядела ужасно. В волосах засохла грязь, а одежда насквозь промокла. У ее левой ноги собралась мутная лужа. Среднего роста, среднего размера, среднего всего. Без грязи ее волосы должны быть прекрасны – они отливали и рыжим, и золотым, и оранжевым, словно осенние листья, – но сейчас они слиплись в коричневое месиво. На щеках у нее до сих пор оставался детский румянец, а руки были загорелыми – знак того, что она много времени проводит на улице. Ногти очень коротко подстрижены. Она выглядела слишком юной для той, кто видел подобную трагедию. Но опять же, все студенты выглядели юными.