Жените нас, ректор! - Ксения Власова

Зря я на это надеялась.

— В подвале есть прачечная. Стоимость ее услуг по карману всем, но, если предпочтете стирать вещи самостоятельно, ванная комната в конце коридора в вашем распоряжении.

Намек на мой более чем скромный внешний вид не прошел мимо меня. Я хмыкнула, выдержав многозначительный взгляд сопровождающего — высокого тощего старика-ключника в тщательно отутюженном костюме серого цвета. Его спина была настолько прямой, что мне хотелось спросить, все ли с ним в порядке, не защемил ли он какой-нибудь позвонок. Поджатые тонкие губы, дорогие часы на металлической цепочке, выглядывающие из кармана пиджака, зализанные назад седые волосы — во всем его внешнем виде сквозила какая-то надменность. Я невольно отметила, что имя ему подходит. Такое же прямое и претенциозное, как и его обладатель.

Впрочем, будучи в благодушном настроении, я не стала спорить или осаживать старикана. Да что там, я с трудом сдерживалась, чтобы не обнять его. Подумать только, я вырвалась из деревни! Прощай комары, жара и удручающая бедность.

— Ваша спальня.

Нортроп толкнул дверь из темного дерева, и передо мной возникла просторная светлая комната. В ее центре стояла кровать на четырех деревянных столбиках с пологом. Сейчас он был приподнят, обнажая темно-синий плед и россыпь белоснежных подушек. На прикроватной тумбочке скромно пристроился медный подсвечник с одинокой оплавленной свечой. Чуть левее я заметила туалетный столик, который без батареи баночек выглядел одиноко и заброшенно. У большого окна, прикрытого тяжелыми портьерами, возвышался массивный стол. Потертые ручки письменных ящиков почти утратили позолоту, но сохранили необычную форму. Они были выполнены в виде чьей-то хищной лапы. Я перевела взгляд вправо, к высокому платяному шкафу. Чудь дальше, занимая весь правый угол, обнаружился камин. Его черная металлическая решетка, несмотря на усилия горничной, была покрыта копотью. Рядом стояла кочерга и еще несколько неизвестных мне предметов.

— Неплохо, — прокомментировала я.

— Рад, что вам понравилось.

Я проигнорировала его слова и задрала голову: над нами покачивалась медная люстра. В ее изящных рожках застыли все те же тонкие свечи.

— Жаль, что до электричества здесь еще не додумались, — пробормотала я.

— Простите?

Нортроп так демонстративно выгнул бровь, что я даже восхитилась его актерскими талантами: не каждый владеет мимикой настолько искусно!

— Забудьте, — отмахнулась я.

— Непременно, — с достоинством пообещал он и протянул мне ключ на тонкой цепочке. — Теперь это ваше. Не стану больше отнимать у вас время.

Последнее было сказано с невозмутимостью, за которой угадывались другие чувства: снисходительность, легкая насмешка — всего и не разобрать. Впрочем, я и не стремилась этого сделать.

— Всего доброго, Нортроп, — откликнулась я и тут же спохватилась: — Подождите!

Он, уже переступив порог, все с тем же каменным лицом медленно обернулся.

— Что дальше по коридору?

— В конце, как я уже говорил, ванная комната, а до нее — спальни, предназначенные для студентов. Из них заняты только две.

Я удивилась:

— Почему?

Он пожал плечами.

— Женская часть академии весьма… малочисленна.

Эта фраза прозвучала слишком многозначительно. Я подобралась, как гончая, поймавшая след зайца.

— И сколько же девушек учится в академии?

— С вами трое.

Я подумала, что неправильно поняла его.

— Это только на первом курсе, верно?

Нортроп позволил себе что-то, отдаленно напоминающее вежливую улыбку.

— Нет, на первом курсе вы — единственная девушка.

Я нащупала за спиной стул и потрясенно плюхнулась на него.

— Всего трое… Надо же! Но почему?

Я требовательно вскинула глаза на Нортропа. Тот явно был не рад необходимости объяснять, с его точки зрения, элементарные вещи, но, видимо, не нашел приличного предлога, чтобы улизнуть от разговора.

— Не всякий родитель отпустит свою дочь учиться в академию.

— Но ведь обучение бесплатное! — настойчиво вставила я.

Впрочем, мой аргумент едва ли впечатлил Нортропа.

— После его завершения каждый обязан отработать не менее пяти лет на благо короны.

Я почесала кончик носа, по-прежнему не улавливая, в чем загвоздка.

— А почему девушки не могут этого сделать?

Нортроп, утратив свою рыбью холодность, посмотрел на меня с подозрением. Видимо, подумал, что я его разыгрываю.

— Потому что святой долг женщины — выйти замуж и родить детей. Какой же муж потерпит, чтобы его жена работала?

Вопрос патетично повис в воздухе. Нортроп еще больше расправил плечи (хотя куда уж еще больше!) и с удовлетворением человека, победившего в споре, покинул комнату. Я скептично посмотрела ему вслед. Пожалуй, не все так радужно в этой академии, как я думала изначально.

Я утвердилась в этой мысли, когда на мой настойчивый стук соседки и не подумали открыть двери. Решила, что попросту не застала их дома, но с той стороны порогов доносились шорох и негромкие шаги.

— Здравствуйте! Я тут новенькая, хотела с вами познакомиться! — прокричала я сначала в одну замочную скважину, затем — в другую.

Тишина и там, и там.

Странно, очень странно…

Озадаченная, я вернулась к себе. Не прошло и пару минут, как раздался стук уже в мою дверь. Я выдохнула с облегчением и подскочила с кровати.

— Значит, все-таки будем знакомиться?

Улыбка замерла на моих губах: в коридоре стоял Оуэн. Он успел переодеться и теперь щеголял в костюме изумрудного цвета. На его груди я приметила значок, обозначающий принадлежность к академии магии.

— Можно и познакомиться, — неуверенно согласился он. — Я Оуэн, наследник Лингов. А вы Ариана Роук, верно?

Я кивнула и посторонилась, пропуская парнишку. Тот шмыгнул за мной, прикрыл дверь и принялся выворачивать карманы, из которых посыпались разноцветные камни — артефакты.

— Я хотел поблагодарить тебя… то есть вас, Ариана. Если бы не твоя… ваша помощь, меня бы сожрали речные монстры!

— Ко мне можно на «ты», — откликнулась я, с интересом наблюдая за его манипуляциями.