Анклав - Ольга Грон

Корнел поднялся и вышел в кабину пилотов, Стайген последовал за ним. Они остановились в коридоре, где также имелся иллюминатор.

– Здесь всё иначе, не так ли? – вдруг спросил его Корнел.

– Да! Я никак не могу привыкнуть к этому миру. У меня перед глазами стоят золотые огни Урсула. Я даже не хотел возвращаться в Тармену. Если бы не смерть Хальдремона, всё могло бы быть совсем иначе. – Стайген замолчал, на его лице не было никаких эмоций, но глаза выдавали волнение. – Корнел, скажи, мы найдём Нику?

– Думаю, нам не стоит опускать руки. То, что мы встретились, не может быть простым совпадением. Я мог бы относиться к тебе иначе, но я не выходит. Ты для меня друг, невзирая на то, что ты арнианец. Я чувствую, что твоя душа открыта, и ты ничего не скрываешь. Каждый из нас выполнял свой долг в своё время, но теперь мы вместе и сможем всё изменить. Главное действовать сообща.

– У меня нехорошее предчувствие. Мне стоило бы быть в Арниане со своим народом. А теперь я не могу вернуться без Ники. Или без её помощи, – поправился Стайген.

– Наберись терпения, друг. Знакомый Пола уже проверил все доступные базы США, но ничего не нашёл. Сейчас занимается Канадой. Мы обязательно найдём Нику, будь уверен. В поисках задействовано много людей. Это просто дело времени, – ободрительно ответил Корнел, потом вспомнил: – А я смотрю, Виктория с тебя глаз не сводит. Ты ей нравишься.

– Да, я уже заметил. Что мне с ней делать?

– Это только тебе решать, – ухмыльнулся Корнел. – Думаю, ты поступишь правильно.

Переговоры в Париже зашли в тупик.

Уже три дня Джейк Коллинз со своей командой пытался прийти к консенсусу с французской компанией, но пока дальше слов дело не заходило.

Корнел прекрасно говорил по-французски. Стайген не увлекался его изучением. Да у него и не было в этом необходимости, потому как Викторию приставили к нему в качестве личного переводчика.

Они жили в красивом отеле в центре Парижа. Этот город оказался ближе Стайгену: в нём было больше старины, и это напоминало ему о родине. После шумного Лос-Анджелеса Стайген чувствовал себя здесь более уютно. Окна номера выходили на Сену, набережная которой никогда не оставалась безлюдной – в это время года сюда потоком спешили туристы со всего мира.

Сухая прохладная погода внезапно сменилась затяжным дождём, но снег так и не шёл. На днях предстоял большой праздник, и все магазины были забиты людьми, покупающими подарки. Акциями пестрели разноцветные витрины, народ суетился. Это возбуждение было понятно всем, кроме того, кто впервые видел подобное. Корнел конечно объяснил, что праздник связан с местной религией и наступлением Нового года. И если всё сложится хорошо, они встретят его здесь.

Главной задачей пока оставалось подписание контракта, важного как для «Aircraft-JC» в целом, так и лично для Джейка Коллинза в жестокой борьбе с конкурентами.

Стайген находился в своём номере. Они только недавно поужинали в местном ресторане, наступил тёмный вечер, когда, несмотря на дождь, город зажигался огнями реклам, и включалась новогодняя иллюминация.

Завтра предстоял трудный день. Хотелось отдохнуть, но сон не шёл. И Стайген ан Эрикс упорно терзал ноутбук, приобретённый с личных, заработанных в компании Корнела денег. Макс уже подготовил презентацию, от показа которой многое зависело. Стайген пересмотрел её ещё раз, запоминая сложные термины. Услышал стук в двери. Захлопнул крышку компьютера. Открыл. Он не ошибся в предположении.

– Виктория, что ты здесь делаешь? – холодно улыбаясь, спросил он.

– Стив, я войду? – произнесла она.

Виктория хороша, с этим трудно спорить. Ан Эрикс увидел в её руке бутылку красного вина.

– Входи. Мы же виделись с тобой два часа назад.

Он поднял бровь, впуская девушку в свой номер. Достал бокалы и поставил на стол, после чего, ловко открыв бутылку, налил вино, подал один бокал Виктории.

– А ты быстро соображаешь, что делать.

Она присела в кресло и улыбнулась. Лёгким движением отбросила назад золотистые волосы. Короткая юбка, чёрные чулки и шёлковая голубая блузка привлекли взгляд, но Стайген знал, что нужно держать себя в руках. Чем-то она ему не нравилась, и дело было даже не в верности супруге.

– У меня есть опыт общения с женщинами. – Он улыбнулся в ответ, пытаясь разгадать её мотивы.

– Поделишься опытом? Ты такой таинственный. Не знаю даже, как найти к тебе подход. Расскажи о себе.

Она показательно расстегнула верхнюю пуговицу блузки. Стайген заметил, но вида не подал. Сделал глоток вина и поставил бокал обратно.

– Виктория, я не собираюсь обсуждать с тобой подробности своей жизни. Я думаю, Джейку не понравилось бы то, что ты сейчас делаешь.

– Мне плевать на его мнение! Он давно меня бросил. Джейк не хочет меня заменять на работе лишь потому, что я с ним много лет. Только я знаю, какой кофе ему сварить, кому он будет звонить через пять минут. И я терплю его любовниц, которые пытаются дозвониться в офис. Я давно привыкла к его странностям и не задаю лишних вопросов. – Она замолчала и откинула голову на спинку кресла.

Стайген прекрасно понимал, чего она добивается. Ещё когда он находился при власти, многие любовницы – а их было немало – вели себя так же. С появлением в его жизни Ники всё изменилось. Ещё не понимая, что влюбился, Стайген уже не мог представить рядом других женщин.

– Я так и знала, что ничего не добьюсь от тебя. Но хотя бы поцеловать меня ты можешь? – С этими словами Виктория пересела к нему на колени, и её губы приблизились ко рту Стайгена.

Сам не зная почему, он ответил на поцелуй, хоть и без особой страсти. Он понимал, что такая, как она, – продуманная до мелочей особа – не станет вешаться на шею просто так. В её поведении крылось нечто большее, но разгадать секрета он пока не мог.

Виктория ловко расстегнула пуговицу на его рубашке. А потом ещё одну. Она покрывала шею и грудь Стайгена краткими поцелуями, а после вновь возвращалась к губам. Он чувствовал приятный аромат её духов. Терялся в ощущениях, ведь организм упорно требовал продолжение и развязку.

Но разум всё же взял верх над желаниями. Он не мог так поступить с Никой. Ему нужно её прощение. Он обещал себе быть с ней честным. Как он потом будет смотреть ей в глаза?

Он снял Викторию с колен, поднялся сам. На душе скребли кошки. Стайген залпом допил вино в бокале и с невозмутимым видом застегнул рубашку.

Виктория смотрела с неким возмущением и злостью. С ней так никто не поступал. Никто. Кроме Джейка Коллинза. Они что, сговорились?

– Что с тобой? Всё же было хорошо!

– Извини, но я не собираюсь ничего объяснять. У нас завтра переговоры, надо выспаться. Возможно, мы встретимся в следующий раз. Но только, если я сам этого захочу.

Стайген не знал, почему так сказал. У него не было ни малейшего желания спать с ней. Однако интуиция подсказывала, что надо придержать Викторию рядом. Что-то с ней было не так – слишком уж навязчиво она пыталась выяснить подробности его биографии.