Без царя в голове - Сергей Шангин

— Никак нет, Ваше Величество, на дурака не похожи, — с неохотой признался Иван.

— Другого выхода не было, — пояснил граф, — царь мог стать их марионеткой, с ним гораздо легче и быстрее выполнить вторжение. Без него придется искать запасной вариант, что-то выдумывать с коронацией нового царя, а это время. Тут, как в шахматах, приходится жертвовать королем, чтобы провести пешку в ферзи.

— Получается, — подал голос полковник, — что я все это время под началом настоящего царя служил?

— Выходит, что так, полковник, — хмыкнул граф. — Ничего, голова не кружится от высот?

— Есть маленько, Ваше Величество, — признался полковник.

— Ну-у-у, ежели все так сложно, — замялся Иван, — выходит, что и я против вас ничего не имею, Ваше Величество, — вздохнул он. — Будем считать, что трещинки промеж нас нету.

— Вот и славно. Полковник, глянь в глазок, как там наши страдальцы?

— Да конца краю им не видно. Откуда их столько набралось, как муравьи прут и прут.

— Пусть прут, только не… — хохотнул граф.

* * *

Иногда все, что нужно от жизни — это глоток воздуха!

Иван вздрогнул от крика, ворвавшегося в сознание.

— Во-о-о-о-лгин! Отзовись! Ива-а-а-а-н, зараза, ты где-е-е-е? — самозабвенно орали друзья-товарищи словно мартовские коты.

— Волгин, выйди на связь, — строго приказывал полковник, выбиваясь из общего хора.

— Тут я, хватит орать, как потерпевшие. Доложите обстановку, архаровцы! Прошу прощения, господин полковник, с ними по иному не получается!

— Пристыковались мы и что толку? Шлюз открывать никто не спешит, а стучать железякой по корпусу как-то неловко, вдруг друзья Селима прибегут.

— М-да, ситуация. Дайте секундочку на размышление.

Иван задумался, наморщил лоб, почесал затылок, попытался напрячь воображение, но ничего хорошего в голову не приходило. Всякая ерунда всплывала, а нужной мысли не находилось.

— Крест! — вспомнил Иван. — Крестик нас выручит! — заорал он мысленно.

— Иван, может нам еще молитву сотворить? Я нашему богу буду молиться, Каха своему Аллаху, а господин полковник всем чертям? — ругался Семенов. — Так бы и сказал, что мыслей умных в голове нет, велика редкость господу молитвы возносить, отродясь только дурь в твоей башке водится, как с тем гиперскачком, — припомнил он Ивану геройский наскок на штурмовики пиратов.

— Семенов, рот закрой. Крестик не в этом смысле. Есть идея, сейчас вам откроют. Какой номер на входном шлюзе намалеван?

— Седьмой, — не веря в успех, отозвался Семенов.

— Волгин, что-то дельное или мечты? — вмешался в разговор полковник. — В любом случае лучше поторопиться, нас все-таки задели и кислорода тут минут на пять осталось, — пояснил он без тени паники в голосе.

— Понял, господин полковник, будем поспешать.

— Ваше Величество, гиперфон при вас? — шепотом спросил Иван.

— Кому звонить собираешься, если не секрет? — поинтересовался граф, суя в руку Ивану плоскую коробочку гиперфона.

— Швондеру, — коротко пояснил Иван, — наши застряли в шлюзе, нужно открыть изнутри, кроме Швондера сделать это некому. А где тут адаптер для шифроключа?

— Ого, ты и это знаешь? — удивился граф. — Сверху нажми посильнее, щель откроется, туда и суй свой шифроключ.

— Ага, нашел, алло, Миша? — практически тотчас же соединился он с абонентом.

— Швондер на связи, а это кто? — в голосе купца звучало искреннее недоумение.

— Волгин это, Миша, Иван Волгин, не забыл еще?

— Волгин? — создавалось впечатление, что Швондер напрочь забыл Ивана.

— Миша, друг, ты меня забыл? — удивился Иван. — А кисет черный, фляжку с водкой, крестик нательный помнишь? Ты ж мне сам подарил, забыл?

— А я думал сперли, — признался Швондер. — Когда ж это меня так угораздило? Кстати, а кто вам дал мой номер гиперфона, э-э-э…

— Волгин, лейтенант Иван Волгин, полиция, — перечислял без прежней уверенности Иван.

Похоже они тогда и впрямь перебрали, эвон как у купца память отшибло. И что теперь делать прикажете? Если он и в самом деле в беспамятстве, толку он него никакого, не будет незнамо кому шлюзы открывать, поостережется.

— Дядя Миша, контейнеры пустые куда складывать, в задний отсек или передний? — перебил разговор с купцом чей-то знакомый голос.

— Сеня, мальчик мой, сколько раз повторять? Не в передний и не в задний, по стеночке, по стеночке распределяй, а груз в середочке остается. Боже мой, Сеня, мама умерла бы от разрыва сердца, столько раз я талдычу одно и то же. Ты можешь записать в свою тетрадочку, как нужно складировать пустую тару? Таки сделай это и не мешай дяде говорить по гиперфону. Так на чем мы остановились, господин э-э-э…?

— Сеня?! Михаил, дайте трубочку племяннику! — взмолился Иван, вспомнив, что молодой человек в застолье участия не принимал, по этой причине помнить все должен отлично.

— С какой стати? Вам не с кем поговорить, э-э-э… никак не могу запомнить ваше имя, — признался он.

— Михаил, меня зовут Иван. Это простое русское имя и не нужно валять дурака. Сеня — умный мальчик, он не пьет, потому с памятью у него все в порядке. Дайте ему трубку и он вам все расскажет, если уж вы не помните и не хотите меня выслушать. Только ради бога скорее, у меня в запасе минуты три, не больше.

— Таки, Сеня, тебя тут хотят услышать в трубочку, сделай умное лицо и послушай, что этот дядя, хочет повесить на уши, — с этими ободряющими словами купец передал трубку племяннику.

— Сеня, — торопясь, заорал Иван в трубку, — помнишь, как пираты напали и мы вас отбили. Помнишь Ивана Волгина, лейтенанта Ивана Волгина? Мы еще с Михаилом Семеновичом песню тогда хором за столом пели, помнишь?

— Конечно помню, господин лейтенант, вы еще тогда на меня так гаркнули, что у меня планшетка из рук выпала, — обрадовался он Ивану.

— Вот-вот. Сеня, у меня для тебя есть очень важное задание, очень срочное и неотложное. Кратко, в нескольких словах напомни Михаилу Семеновичу этот эпизод. Только кратко, Сеня, я тебя умоляю. С богом! И трубку не выключай!

В течение минуты Сеня с пеной у рта, торопясь и сбиваясь, во многом привирая и приукрашивая собственную значимость, в красках описал битву при Вершалаиме. В итоге истории выходило, что благодаря исключительной храбрости Сени, полицейские одержали сокрушительную победу. А потом это все отметили праздничным обедом в гостиной «Вершалаима».

— Вы еще, дядя Миша, пели там… — Сеня фальшиво напел что-то на еврейском языке.

— Я это пел? — смутился Швондер. — Ах ты паскудник, а ты зачем слушал? Дай сюда трубку! Вот что, Иван, я склонен доверять своему племяннику, обычно он у меня много не врет. Вспоминается все с трудом, но будем считать, что все так и было. Кстати фляжка черная или синяя?