Магия Отшельничьего острова - Лиланд Экстон Модезитт

— Нельзя ли прикупить несколько штук?

— Не надо денег, бери так. У нас есть свежее зерно и сено.

— Нет, так я не могу.

Шерван пожал плечами:

— Тогда... тогда сделаешь потом подарок. Баррабре.

— Непременно, — пообещал я, подумав, что понял его правильно. Вообще-то мне едва ли стоило обременять себя обязательствами, но выбора, похоже, опять не было.

Послышался перестук копыт.

— А вот и Пендрил.

Второй солдат был старше Шервана, шире в плечах, а его физиономию украшали длинные черные усы.

— Ну что, Шерван, в путь? Если хочешь попасть в Мелтозию, пока не закрыли Парлаан, лучше не мешкать! А он что, собирается проделать весь путь на этом потешном пони? Впрочем, о чем я... Чародей и на курице куда хошь доскачет, — Пендрил покачал головой.

Шерван подмигнул мне.

Мне хотелось пожать плечами, но вместо того я щелкнул поводьями, и Гэрлок вынес меня на полуденное солнышко.

Дорога на Кифрин оказалась такой же, как и та, что привела меня к перекрестку — жаркой и пыльной.

Шерван ехал на своем Пабло, жеребце золотистой масти с белым хвостом и гривой, а Пендрил — на черном в белых яблоках мерине. Рядом с обоими скакунами Гэрлок казался совсем крошечным.

— Для пони у него неплохой аллюр, — заметил Пендрил.

— А маг совсем неплохо сидит в седле. Для чародея.

— А ты уверен, что он настоящий чародей?

— Еще какой! Ты только послушай...

Прежде чем мы одолели первые пять кай, Шерван рассказал историю с извлеченной из воздуха лепешкой, по меньшей мере, трижды. И всякий раз с новыми подробностями.

Тем временем солнце ушло за облака, жара стала спадать, и прогулка начала доставлять мне удовольствие. Я приметил, что холмы вокруг сделались более плоскими и не такими каменистыми. Кое-где паслись козы, но только на огороженных участках.

— По указу самодержца животное, пасущееся вне ограды, считается диким, — прозвучал ответ на мой невысказанный вопрос. — Каждый может подстрелить его или просто забрать себе. Правда, если животное не клейменое. А клейменое, если кто приберет его к рукам, хозяин может получить назад, но за выкуп в два медяка. Чтоб следил за своей скотиной.

Я нахмурился и хотел спросить, справедливы ли такие строгости, но Шерван опять предугадал мой вопрос.

— Видишь ли, у нас разводят в основном коз, а козы поедают все подряд. Дай им волю, после них останется пустыня. Козы нам нужны, мы любим козлятину, но деревья, особенно оливки, лимоны и апельсины, нужны не меньше.

— А буйволов у вас нет?

— Для них в Кифросе слишком жарко, разве что у подножья Закатных Отрогов, — пояснил Пендрил, говоривший тише и медленнее, чем Шерван. — Но желающих поселиться близ Колдовской Горы нынче немного.

— Колдовской Горы?

— Того самого места, откуда приходят грозовые тучи. Там обосновались Белые чародеи, и люди очень часто пропадают бесследно. Сейчас, чтобы попасть из Кифриена в Сарроннин, лучше ехать в объезд, через южные перевалы. Даже путь через Галлос предпочтительнее этой горы. Прямая дорога слишком опасна.

— Отец говорил, что Сарроннин — чудесный зеленый край. Там не так жарко, как в Галлосе, а женщины приветливы и любят чужестранцев, — промолвил Шерван, окидывая взглядом бегущую по холмам пыльную дорогу. — Мой отец перегонял подводы для Вистара, но это было, когда средняя дорога была открыта для всех и на путь до Сарроннина уходила не восьмидневка, как нынче, а всего четыре дня. Подводу тянула четверка лошадей, и она вся блестела, что твое красное золото. Помню, он сажал меня на козлы и давал подержать вожжи.

Шерван оглянулся, но позади, я это уже проверил, никого не было. Хотя нам недавно случилось обогнать груженую плетеными корзинами маленькую повозку и повстречать почтового курьера, но в принципе этой дорогой пользовались мало.

— Никого не вижу. А хотелось бы приметить кого-нибудь из Наилучших.

— Здесь? Так далеко от холмов?

— Но будет обидно, если маг их не увидит.

Я заподозрил, что уже видел кое-кого из этих Наилучших — пленниками в Фенарде, но предпочел на этот счет не распространяться.

Кони несли нас дальше, и в конце концов мы достигли Мелтозии. Конечно, «Дом Мамы Парлаан» трудно было назвать гостиницей даже в сравнении с приснопамятным трактиром «Уют», но комнаты были прохладными, а постели на узких топчанах — чистыми. На ужин подали острое и пряное мясо. Думаю, на сей раз козлятину.

Встав сразу после рассвета, мы подкрепились не слишком мягкими булочками. Шерван проснулся таким же словоохотливым, каким и лег.

— Кто рано просыпается, тот жизни удивляется, — тараторил он. — Глянь только, как розовеет небо над холмами! А роса на юкке — это же чистый жемчуг! Путь до Кифриена еще не близкий, но денек, по-моему, будет погожий. Что скажешь, Пендрил?

Пендрил буркнул что-то нечленораздельное.

К обеду мы добрались до крепостцы в местечке, название которого в моей памяти не отложилось. Укрепление было устроено у переправы через первую увиденную мною в Кифриене речку — извилистую протоку не более пятнадцати локтей в ширину.

— Но в половодье бывает, что вода разливается на несколько кай, — сообщил Шерван, верный своей привычке отвечать на вопросы, которых я и не думал задавать.

В тот же день мы прибыли в Кифриен.