Трое в Долине - Юрий Никитин

Рассвет застал Мрака в той же позе, разве что горка мясастала меньше. Олег и Таргитай, еще не открывая глаз, потянулись на запах, молчахватали и ели, за ушами трещало, а проснулись не раньше, чем челюсти усталидвигаться

Олег открыл глаза, отыскал все еще мутным взором Мрака:

— Доброе утро.

— Утро доброе, — ответил Мрак саркастически. — А ведь всамом деле доброе, верно?

Олег кивнул, рот и глотка набиты мясом до развилки, помычал.Он, как и Таргитай, за ночь посвежел и даже чуточку худобу стряхнул, а сейчасоба и вовсе на глазах округляются, впалые щеки наливаются соком, скулы торчатне так остро.

— Доброе утро, — сказал и Таргитай. — Мрак, Олег... нампешком уже нельзя. Не успеваем!

Олег помрачнел, даже челюсти задвигались медленнее:

— Сколько дней минуло?.. Это ж завтра... нет, уже сегодня вполдень великий Род явит свою волю!

— На Змее надо, — сказал Таргитай ясным голосом. — А то ивовсе на Стратим-птице или Рухе.

Мрак замычал, ударил кулаком по голове. Олег встревожился:

— Что с тобой?

— Мне кажется, если мне не удалось превратиться навеки вволка... то теперь превращаюсь в круглого дурака.

— Почему?

— Все, что говорит Таргитай с самого утра, мне кажетсяразумным!

Олег озабоченно покачал головой, но травы вытащил сготовностью. Лечить он любил больше, чем трясти горами или делать из людеймокрые пятна.

Мрак отпрянул с отвращением:

— Опять?.. Не-е-е-т!.. У меня, пока я волком бегал да бедныхзверей для этих... ловил, все перепуталось. Если это сегодня, то нам конец.

— Но ты ж сам говорил: надо выслушать Таргитая и поступитьнаоборот...

Мрак зло оскалил зубы:

— Это чтобы поступать мудро! А кто сказал, что я лезу вмудрецы?

Таргитай ничего не понял, сказал просительно:

— Олег, ты того... запряги что-нибудь... Нам отсюда слазить— сапоги стопчем. Нам бы на чем-нибудь таком... только не на Змее, дует сильно.И не на птице — перья колются, а потом чешусь... В вихре не надо — головакружится, а в глазах метелики... Вот бы...

— Вот бы на летающей печи, — процедил Олег ненавидяще. — КакМрак тебя еще не прибил, понять не могу.

Таргитай радостно закивал:

— Ага, на печи!

Олег обернулся к Мраку:

— Может быть, ты волком, а я птицей?

— Можно, — согласился Мрак, — а этому не мешает пробежаться.А то спит на ходу. Что, магия ослабела?

Олег отвел глаза в сторону:

— Мрак... Я просто не знаю, что получится. Когда б я что ниделал, обязательно что-то случается еще... Ты ничего не заметил, когда я впрошлый раз сотворил гуся?

— Нет, — ответил Мрак с недоумением. — Разве что правоекрыло было пережарено, но что за мелочь?

— Мрак... А то, что лес полег на версту к югу? Ты думал,ураган? Ладно, окромя зверья там людей не было, но что еще стряслось где-нибудьза тридевять земель? Кто знает, какой город рухнул под землю, какая короваотелилась, почему вокруг луны встали два огненных столба?

Мрак подумал, сказал хладнокровно:

— Если все предусматривать, то и жить нельзя. Обязательнокому-то солнце застишь. Ну и черт с ними! А что из-за гуся где-то городрухнул... Знаешь, гусь здесь дороже, чем город где-то там!.. Кто знает, какихгусей там жрали, что вчера такой дождь с грозой был, почему у сестры Боромирихиродилось что-то двухголовое, почему вон та гора стоит к нам не тем боком?.. Плюнь,не суши голову. Колдуй, ничего не страшись. Лишь бы нам боком не вышло.

— Я этого тоже побаиваюсь, — признался Олег. — Ладно...Только потом на меня не пеняй.

— Если не получится, — сказал Мрак невесело, — никто ни накого пенять не сможет.

Он встал, огляделся. Деревья вокруг высоченные, ветвираскинули широко, бедной птице Рух брюхо пропорют сучками, да и тяжелый Змейесли проломится, то крылья изорвет, уже не поднимется.

Таргитай затоптал костер, пока Олег собирал свой мешок слекарскими травами, а Мрак уже нетерпеливо побежал, выглядывая место, чтобыЗмей мог не только сесть, но и взлететь, а для разбега ему нужна свободная отдеревьев полоса широкая, как село, и длинная, как язык Боромирихи.

Таргитай уложил за спиной меч, догнал Олега, тот почему-тостал меньше ростом, сгорбился и тащился, как больной старик. Лицо пожелтело,под глазом дергалась кожа, будто изнутри дергали за невидимую жилку.

Таргитай на ходу легонько ткнул плечом:

— Ты чо?

— Отстань, — процедил Олег.

В голосе волхва прозвучала вражда, чуть ли не ненависть.Таргитай не обиделся, другу плохо, пихнулся сильнее:

— Нет, ты чо?

— Отстань, дурак, — рыкнул Олег, став чем-то похожим наМрака.

— Дурак, — согласился Таргитай, — но я ж друг?

Олег бросил на него неприязненный взгляд, Таргитайпочувствовал, как будто горячим хлопнули по его румяному лицу, всегда румяному.

— Да, друг... черт бы тебя побрал!

— А тебе не жалко будет, если черт заберет?

Олег стиснул зубы, но дударь смотрел такими чистыми любящимиглазами, что Олег невольно сказал теплее, чем собирался:

— Да жалко, жалко... Черт, ты даже не понимаешь!

Таргитай сказал убито:

— Да, не понимаю. Но ты ж сам говорил, что не обязательнопонимать, можно чувствовать...

— Это не я говорил, — рыкнул Олег. — Это Мрак глупости плел.Человек обязан понимать!.. А злит меня, Тарх, эта дурь, что с намиприключилась. И страшит меня это куда больше, чем когда дрались с каганами,магами или даже богами. Ни Мрак с его удалью и секирой, ни я со своей мощью...Мы ничего не смогли! Мы даже не сопротивлялись! О нас вытирали ноги, на насплевали, нас использовали, как... как даже не знаю, боюсь и подумать...вспомнить... но тебе все как с гуся вода!