День Вампира - Олег Дивов

* * *

Это оказалось действительно похоже на вестерн. Двое посреди двора, в расслабленных позах, небрежно держащие оружие стволами вниз. И на них накатывается, вся в клубах пыли, банда. Первый наезд «тумстоунских ковбоев» на заговоренного от пуль шерифа Эрпа. Прилипший к биноклю Гош даже не гадал, какое сейчас у Белого выражение лица. И со спины было видно, что лидер объездчиков здесь хозяин и не потерпит на вверенной ему территории всякий сброд. Если не принимать во внимание, что Белый даже имени собственного не помнит, а «тупые» вообще не личности, то картинка могла показаться вполне правдоподобной.

«Но это всего лишь игра, – напомнил себе Гош. – Да, опасная, но игра. Обе стороны толком не понимают, из-за чего у них разногласия. Смутная неприязнь, расплывчатые требования. Если б всерьез нашла коса на камень, давно бы уж тупые нас поубивали. Или мы их? А так все грозятся оружием, и все стреляют поверх голов. Один я нашелся урод, одержимый жаждой крови… Б-р-р… Откуда она? Кем я был так обижен в прошлой жизни? Хотя в меня-то тупые стреляли на полном серьезе. Так я ведь сам их довел, по большому счету».

Гош насупился, раздосадованный на не вовремя проснувшуюся совесть. Отложил бинокль и взял на мушку стремительно приближающуюся тучу пыли, из которой высовывался тупой нос облепленного автоматчиками БТРа. Привычно нащупал пальцем спуск. Почувствовал, что успокоился и готов вести огонь. И в следующий же миг чуть от изумления не выстрелил. Широко открыл рот, оторвался от прицела и ошарашенно уставился на творящееся впереди. Там вестерн превратился в комедию.

Бронемашина, на всех парах влетев во двор фермы, резко дала по тормозам и встала как вкопанная. Нагло рассевшийся перед башней в обнимку с пулеметным стволом «тупой» не удержался и кубарем полетел Белому под ноги. Тот инстинктивно попятился. Шедший в опасной близости за БТРом «Ниссан» впаялся ему в зад с таким грохотом, что даже Гош расслышал. Еще через секунду двор окончательно заволокло пылищей, и вдруг откуда-то слева из нее выскочила громадная «Тойота» с надетым на «кенгурятник» солидным куском забора. Отчаянно вытормаживаясь, машина остановилась в метре перед обалдевшим Цыганом, который даже автомат не поднял. Две мощных перекладины и два обломанных столба по инерции сорвались с передка «Тойоты», опрокинули Цыгана навзничь и буквально вбили бедолагу в невысокий штакетник, ограждающий фасад дома.

Гош шумно выдохнул, помотал головой и взялся за бинокль. Как дальше реагировать, он попросту не знал. Из пыльной тучи доносилась многоголосая ругань, но даже сквозь нее слышны были частые и ритмичные удары железом по железу. Словно в продвинутой, но гордой традициями африканской стране лупили в тамтам – монтировкой по железной бочке.

На конюшне дико ржали перепуганные лошади.

Через минуту пыль немного рассеялась, и Гош выдохнул снова. На этот раз с облегчением. Поверженного Цыгана «тупые» в несколько рук вынимали из обломков забора. Белый стоял посреди двора и, судя по сотрясению плеч, яростно чихал. За кормой БТРа суетилась целая толпа, видимо, пытаясь вытащить пострадавших из разбитого «Ниссана». А на самом БТРе возвышался, широко расставив ноги, давешний сорвавшийся, и упоенно молотил прикладом автомата по крышке люка механика-водителя.

И что особенно Гоша порадовало, из «Тойоты» осторожно выбирался целый и невредимый Сан Сеич.

Бедлам продолжался где-то с минуту, а потом стих. Из-за БТРа появился «тупой» с разбитой в кровь мордой, и еще двое, щедро осыпанные белым. Гош догадался, что это тальк от сработавших подушек безопасности. Цыгана усадили на крыльцо, аккуратно положив рядом его оружие. Разъяренного парня сдернули с БТРа за ноги и принялись бить. Из люка высунулся обрадованный механик-водитель, его немедленно стащили вниз и тоже как следует отметелили. Из дома выскочил Большой с аптечкой в руках. Сан Сеич постоял немного, приходя в себя, а потом очнулся и начал руководить.

Для начала он что-то сказал Белому, и тот увел Цыгана в дом.

Потом Сан Сеич каким-то образом заставил «тупых» прекратить мордобой. Умыл раненого водой из принесенного Большим ведра и занялся его физиономией. Гош опустил бинокль и достал сигареты.

Добрых полчаса он наблюдал за тем, как «тупые» бесцельно слоняются по ферме, глупо озираясь и перебрасываясь короткими фразами. За это время между ними возникли еще две коротких ленивых драки. Наконец Сан Сеич закончил обрабатывать пострадавших. БТР, подав задом, вытолкал со двора раздолбанный «Ниссан». Гости с видимым трудом отодрали разбитый джип от своего броневика и спихнули металлолом с дороги, при этом поставив на крышу. Снова чуть не поцапались между собой, но все-таки расселись по оставшимся машинам и упылили в город.

Гош повалялся немного на мягкой траве под березами, а потом навьючил на себя рюкзак, повесил автомат на шею и неспешно двинулся к ферме. Домой. Обедать.

* * *

Белый, Цыган и Большой сидели за покосившимся столом в небольшом запущенном садике позади дома. Троица ела консервированные сосиски, по очереди выуживая их пальцами из узкой высокой банки, и запивала холодным молоком.

– Гошка! – обрадовался Большой. – Ты как?

– Ничего, спасибо. Думаю, лучше, чем некоторые.

– Ерунда, – буркнул Цыган с набитым ртом. – Пара синяков. Ваш Цыган – настоящий индеец.

– Я уж думал, тебе конец…

– Я тоже, – согласился Цыган, утвердительно мотая головой.

– Ты чего вернулся? – спросил Белый.

– Не понял? – удивился Гош, присаживаясь на край скамьи.

– Ну-ну… – пробормотал Белый неопределенно и потянулся за очередной сосиской.

– Я не хочу уходить, – сказал Гош мягко. – Я хотел бы остаться здесь. Мне, конечно, надо в Москву… Но это подождет. Думаю, я здесь нужнее. Извини уж меня за такую самонадеянность.

– Посмотрим, – обнадежил Белый.

– Я так и знал, что ты вернешься, – сообщил Цыган.

– Жуй, – сказал ему Белый. – Не тошнит?

– Да нет же! – рявкнул Цыган, усиленно кивая.

– Может, и не тошнит, – заметил Белый, – а симптомчики имеются. Опять у тебя началось…

– Чего?

– Ничего. Забыл? Месяц тебя переучивали…

– А-а… – Цыган заметно смутился. – Ты не знаешь, – объяснил он Гошу. – Это у меня странность какая-то. Была. Нужно сказать «да» – я, как дурак, головой мотаю. Нужно сказать «нет» – принимаюсь кивать. Ох, намучились со мной ребята…

– С чего ты взял, что ты цыган? – неожиданно спросил Гош.

Белый под столом крепко въехал ему башмаком в голень.

– В зеркало посмотрел, – ответил Цыган, настораживаясь. – А что?

– Да нет… Может, ты и на самом деле цыган. Одно другому не мешает. Хочешь быть цыганом – ради бога. – Гош схлопотал от Белого еще один пинок, на этот раз такой, что едва не взвыл от боли. – Счастливого пути, как говорится. На добър път!

Цыган вылупил глаза и резко выпрямился. Слова, произнесенные на странном языке, с неожиданным ударением и преувеличенно звучной артикуляцией, очень похожей на его собственную, ударили объездчика, будто током.