Космобиолухи - Андрей Уланов

Проморгавшись, Череп обнаружил, что из ловушки, кажется, удалось вырваться кому-то еще.

— Эй, как там… — До абордажника дошло, что этот бронескафандр ему незнаком, а значит, и начинка в нем вражеская. — Ты кто?!

Опешивший Винни пальнул в пирата из подствольника, но промахнулся. Ракета оглушительно лопнула в кухонном шкафу, среди бутылей с рапсовым маслом. Оно чудом не загорелось,[70]но теперь было везде.

— Сдавайся! — потребовал бывший сержант, держа врага на мушке плазмомета. — А не то…

— А не то что? — буркнул Череп, барахтаясь в липкой жидкости. — Пальнешь в меня — тут все заполыхает!

— Не то я тебя, — Винни аккуратно положил оружие на поднос и, сжав кулаки, двинулся вперед, — и без оружия так отделаю, что мать родная не опознает!

— Уже боюсь, ага, — фыркнул абордажник, наконец сумевший принять вертикальное положение. — Жду тебя с распростертыми объятиями, хе-хе-хе!

Бой начался с обмена кулачными ударами. Череп сумел дотянуться до Винни хуком справа, но тут же получил встречный удар в корпус и, выдохнув: «Ой-ей…», отлетел назад, на уже знакомую стену. С полок посыпались банки с чем-то коричневым и липким, напрочь залепившим левую обзорную камеру. Винни с победным воплем кинулся закреплять успех, но поскользнулся и уехал под разделочный стол, попытался вскочить, опрокинул его и что-то еще и снова рухнул.

Кое-как поднявшись, враги опять двинулись навстречу друг другу. Точнее, заскользили — медленно, с опаской, выжидая, кто первый решится атаковать.

— Ну чего же ты не подходишь? Боишься? — попытался раззадорить противника Череп. — Что, носик разбили, сразу к мамочке захотелось?

Бывший сержант не отвечал, и абордажник перешел на ругательства, смачно описывая интимную близость Винни с представителями наиболее мерзких инопланетных рас. Провокация опять не удалась, и тогда Череп сменил стратегию: поднял какой-то обломок и запустил им в противника. Это сработало, Винни с возмущенным ревом: «Твою ж мать, и этот кидаться!» — бросился на врага. Тот попытался провести контрприем, но в итоге оба выполнили по лихому пируэту на масле и единой кучей рухнули под стеной. Секундой позже на них хряснулась последняя уцелевшая (уже нет!) полка, на которой стояло несколько огромных жестяных кастрюль и мешок с мукой. Пшеница, из которой ее смололи, оказалась настолько геномодифицированной, что ее не взяли ни жук, ни время. Мешок, напротив, был сделан из экологического пластика и от удара о спину Черепа лопнул сразу в нескольких местах.

Мука кипенным грибом взметнулась до потолка и расписала его абстрактными узорами, повторяющими масляные пятна. По мере того как она оседала, обстановка кухни все больше напоминала ядерную зиму: повсюду обломки цивилизации и хлопья снега, а в нем борются за последнюю батарейку поработившие мир роботы.

Битва шла примерно на равных, пока Черепу не удалось метким пинком заклинить коленный сустав вражеского скафандра. Сильно потеряв в подвижности, Винни схватился за соломинку, то есть ручку сковородки. Серия ударов по шлему в стиле «разгневанная жена» слегка поубавила Черепу боевого пыла.

— Слышь, мужик, — выдохнул он, чувствуя себя колоколом, — может, разойдемся, пока целые?

— Еще чего! — Винни от души хряснул его прямо по лицевому щитку.

Скафандр выдержал, сковородка — нет, но пират рефлекторно отшатнулся, пропустил кулачный удар в грудь и отлетел на пару метров.

Из очередной груды обломков медленно поднялась жуткая белая фигура.

— У-у-убью! — провыла она, слепо шаря руками.

Адская смесь муки, масла и черт знает чего еще так качественно залепила щиток и все камеры, что система очистки работала на пределе, возвращая зрение буквально по миллиметру.

Осененный идеей Винни кое-как поднялся и, подпрыгивая, как одноногий воробей, обошел пирата сзади и со всего маху насадил ему на голову одну из кастрюль. А потом обмял, как бутылочную пробку.

Ошарашенный Череп попытался сорвать «железную маску», но измазанные маслом пальцы бесплодно скользили по гладкой жести. Окончательно ослепший и взбешенный абордажник растопырил руки, с ревом рванулся туда, где, по его расчетам, находился противник, и красиво впечатался в стену. Для разнообразия — в другую, но не менее жесткую.

— Ну, — насмешливо поинтересовался Винни, заламывая врагу руку, пока тот не успел очухаться. — Будешь еще трепыхаться?

— Черт с тобой, сдаюсь, — обессиленно прохрипел Череп. — Только поскорей выпусти меня из этой консервы!

* * *

— Слышали?! — Трехглазый резко остановился, тормознув группу. — Там, похоже, стреляют!

Пираты напряженно прислушались. Пальба быстро стихла, но почти сразу где-то неподалеку (возможно, на этом же этаже) началась какая-то возня с глухими ударами, сотрясающими, казалось, всю базу.

— Айда на подмогу, парни! — махнул рукой командир. Не то чтобы он сильно переживал за здоровье Черепа и Марта, но лучше поддержать их сейчас, чем потом в одиночку столкнуться с победившим врагом.

Захватчики ворвались в коридор — и снова врезались в спины друг другу.

— Это чего за дрянь?! — озадаченно спросил самый резвый, осторожненько сдавая назад.

Леска блестела под световыми панелями, как паутина пьяного паука, бессистемно скакавшего со стенки на стенку.

— Да вроде обычная леска, — присмотрелся другой пират. — И как будто просто к стене приклеена. Силиконом.

— «Просто!» — фыркнул Трехглазый. — Какой идиот будет «просто» клеить к стене леску?! Это какая-то ловушка! Может, сигналка, а может, чего похуже.

Командир нагнулся, прикидывая, нельзя ли как-то пролезть между нитями, не задев их, но на это способен был разве что Шшипших.

— Эй, гляньте, что там впереди! — изумленно воскликнул третий член команды.

Трехглазый быстренько подкрутил визор на увеличение и ахнул: коридор был до потолка закупорен какой-то пористой массой с пологим скатом.

— Не стоит туда и соваться, парни, — с облегчением заключил командир. — Там тупик.

— А может, плазмометом удастся…

Трехглазый так посмотрел на инициативного подручного, что тот съежился и промямлил: «Впрочем, вряд ли».

Оставался только один вариант: продолжать спуск на четвертый этаж, к заветной цели и тем, кто умудрился грохнуть катер и остановить абордажников в бронескафандрах.

— А давайте захватим пятый этаж! — подал голос все тот же изобретатель, надеясь реабилитироваться. — Зажмем их в клещи.

— Лучше вернемся на второй, — решительно сказал Трехглазый. — Пройдем через него и поглядим, что там с группой Марта случилось.