Охотник за смертью. Честь - Саймон Грин

– Значит, вы получили бессмертие? – спросил Валентин.

– Почему нет? – откликнулся голос Лайонстон.

– У нас есть и другие голоса, к которым вам стоит прислушаться, – изрек первый собеседник Валентина. – Вот, например, Якоб, ваш отец. Хотите поговорить с ним?

– Нет, не стоит, благодарю вас, – торопливо отказался Валентин. – Даже когда он был жив, мы с ним редко находили общий язык.

– Тогда, возможно, вы хотите поговорить с вашим братом Дэниэлом? Он был у нас с визитом, и мы щедро одарили его. Теперь он наш агент и в данный момент возвращается на Голгофу.

– Отлично, – усмехнулся Валентин. – Милый Дэниэл. Пожалуй, стоит устроить ему теплую встречу.

– Нет, не стоит, – отрезал механический голос. – Сейчас Дэниэл для нас более важен, чем вы. Оставьте его в покое. До поры до времени.

– Как пожелаете, – легко пошел на попятную Валентин. – Месть становится лишь более сладкой от того, что ее приходится отложить. Боюсь показаться вам алчным, мои дорогие металлические друзья, но все же осмелюсь спросить: что еще вы мне предлагаете?

– Защиту от врагов. Высокое положение в новой Империи, которую мы построим на руинах старой. Неужели вы хотите чего-то еще?

– У меня всегда была маленькая мечта – стать повелителем Голгофы, – скромно потупившись, изрек Валентин.

– Это место занято, – вступила Лайонстон. – Как насчет Виримонда?

Припоминая этот разговор, Валентин улыбнулся. Тогда он торговался довольно долго, но в результате согласился-таки стать агентом Шаба, заклятого врага человечества. Первой его миссией в этом качестве стал нынешний полет на Локи, где собрались влиятельные люди, заинтересованные в контактах с Шабом. Валентину предстояло послужить связующим звеном. При этом следовало учитывать, что сами заговорщики тешили себя мыслью, что они собрались здесь во имя всеобщего мира и безопасности и хотят объединиться с Шабом лишь против общих врагов.

Валентин не мог опуститься на поверхность Локи, так как опасался, что, несмотря на всю маскировку, его все-таки засекут. Было условлено, что корабль останется на одной из отдаленных орбит, а собрание посетит голографическое изображение Валентина. Новые повстанцы сообщили ему необходимые координаты, и в назначенное время голографический образ Валентина отправился на встречу.

Вследствие никогда не прекращающихся бурь, сотрясающих атмосферу планеты, прием прошел не слишком гладко, и голографическое изображение Валентина предстало перед собравшимися в виде потрескивающей полупрозрачной фигуры. Впрочем, это входило в замысел Валентина. Он гордился тем, что при любых обстоятельствах умеет организовать эффектное появление.

Его голографическое изображение находилось в потайной комнате, около круглого стола, за которым сидели четверо. Чуть поодаль виднелась еще одна фигура, пятая. Валентин с первого взгляда узнал ее. Но сначала решил сосредоточиться на четверых, сидевших за столом. Он всегда предпочитал точно знать, с кем имеет дело.

– Что ж, наконец-то мы под надежной крышей, а сам я, как всегда, играю роль привидения на празднике. Как же теперь нам следует себя величать – изменниками, повстанцами или, может быть, предателями Империи?

– Мы не предатели, – немедленно возразил один из сидевших за столом. – Мы просто люди практического склада, которые делают все возможное, чтобы выжить. Об этом говорит хотя бы то, что мы готовы вступить в контакт с отребьем вроде вас.

– Ах, зачем же так грубо, – промурлыкал Валентин. – Разумеется, сэр, у вас есть передо мной масса преимуществ. Но, возможно, вы снизойдете к моему ничтожеству и окажете мне честь, сообщив свое имя.

– Я Таркил Вомак, член парламента от округа Восточный Грейлейк на Голгофе. Здесь я представляю могущественных и влиятельных людей. Каждый, кто нанесет оскорбление мне, нанесет оскорбление им.

– О, это чрезвычайно удобно. Таким образом оскорбитель сэкономит уйму времени, – протянул Валентин. – Не будете ли вы любезны представить мне своих почтенных коллег?

Вомак фыркнул, явно давая понять, что представлять кого-либо ниже его достоинства.

– Ну что ж, – все же буркнул он. – Слева от меня – леди Донна Сильвестри. Она представляет Блю Блок, который и собрал нас для встречи с вами. Напротив – Мэтью Тэллон, в прошлом Планетарный Инспектор на Локи, и Терренс Джеке, в прошлом мэр. А там, в углу, наш товарищ Кит Саммерайл. Уверен, вы его узнали.

– О да, – кивнул Валентин. – Мы хорошо знакомы с Малюткой Смертью.

Он неспешно окинул заговорщиков взглядом. Член Парламента Вомак, крупный, тяжеловесный мужчина, был облачен в просторное одеяние, багровый оттенок которого прекрасно гармонировал с его щеками. Он мог бы считаться вполне привлекательным мужчиной, но впечатление портила оттопыренная нижняя губа. Имя Донны Сильвестри было смутно знакомо Валентину – если память не изменяла ему, именно она управляла финансами Клана Сильвестри. Вид у этой кругленькой пухлой женщины, закутанной в серый шерстяной плащ, был домашний и уютный. Возможно, никто, кроме Валентина, не замечал, что, хотя на губах ее играет ласковая приветливая улыбка, выцветшие голубые глаза остаются холодными и непроницаемыми. Если эта женщина действительно представляет Блю Блок, именно она здесь главная сила, отметил про себя Валентин. Тэллон и Джеке очень походили друг на друга. Вероятно, жесткий климат Локи накладывал отпечаток на каждого, и все, кто провел здесь долгое время, отличались потрепанным видом и упрямым выражением лица. Тэллон, старший по возрасту, казался более мрачным, Джеке был моложе и нетерпеливее. И, наконец, Кит Саммерайл. Малютка Смерть, улыбчивый убийца. Стройная фигура в черных с серебром доспехах, длинные белокурые локоны, ледяные голубые глаза.

– Привет, Кит, – расплылся в улыбке Валентин. – А я слышал, что ты стал героем-повстанцем и оплотом нового режима.

– Привет, Валентин, – откликнулся Кит своим обычным, равнодушным, словно бы скучающим голосом. – Я никогда не был и не буду оплотом какого-либо режима. Цивилизованное общество нагоняет на меня тоску. Я люблю убивать, и я с теми, кому это требуется.

– На Виримонде ты потерял своего друга, Дэвида. Мне очень жаль.

– Никого тебе не жаль.

– Что ж, признаю – ты прав. Я просто пытался быть вежливым, Кит. Тебе трудно это понять, мальчик мой, хотя хорошие манеры пошли бы тебе только на пользу. Скажи, а что такой прославленный убийца, как ты, делает в таком захолустье?

– Блю Блок сообщил, что здесь меня ожидает славная работенка. Предательство и смерть всегда идут рука об руку.

– Разумеется, – кивнул головой Валентин. Растянув губы в широчайшей улыбке, он еще раз оглядел сидящих за столом. – Возможно, кто-нибудь из вас окажет мне любезность и объяснит, что именно я должен передать Шабу. Что заставило нас собраться здесь?

– Необходимость, – откликнулась Донна Сильвестри. – У человечества много врагов, и Возрожденные – лишь последние в этом списке. Борьба с Шабом отнимает у нас слишком много людей и ресурсов, которые разумнее направить против более насущной угрозы. Альянс с Шабом – разумеется, временный и строго ограниченный – послужит интересам обеих сторон. Для того чтобы сражаться против общего врага, вовсе не обязательно питать друг к другу теплые чувства. А впоследствии... возможно, у нас появится достаточно общих интересов, и прежний антагонизм будет забыт.