Стратегия. Колония - Вадим Денисов

Шар ещё хранит температуру, найдём быстро. Решено, идём. Трава высокая, в такой даже днём непросто найти артефакт столь малого размера и неброского цвета, да и будет ли утром время для спокойных поисков…

Щёлк.

— Наблюдаем, спокойно. «Тунгус», направление помнишь?

— Примерно. Выходим.

Предательски скрипнули открывающиеся ворота. На улице гулял ветер — первый, короткий, и пока слабый норд-вест очередного северного циклона. Я поднял ладонь, капнуло. Ладно, промокнуть не успеем.

Ставшим родным шар-глобус нашёл не Гоблин, держащий в руках тепловик, а я, и не иначе, как по наводке из космоса. Индикатор весьма необычным способом был обнаружен под неизвестным растением, похожим на папоротник, с зелеными, подвяленными на солнце кончиками длинных листьев. Не заметив под ногами торчащего корня, я зацепился и полетел на мягкую землю. Кряхтя в темноте от боли, сдобренной лёгким матом, я помассировал ушибленное колено и осторожно встал. Присел, проверяя работу сустава, а заодно потрогал рукой коварное препятствие. Арматура! Сучья бета-версия! Я наклонился ниже, чтобы разглядеть этот кусок железа и тут же увидел свой шар. Иди ко мне, родненький! Истосковался тут, поди.

Щёлк.

— Нашёл, возвращаемся.

— Чисто в секторе.

Но это было не совсем так.

Гоблин на мой зов не откликнулся, продолжая глядеть куда-то в сторону. Я начал вставать, когда он тихо молвил:

— Федя, дичь.

Да… Концепцию собственной безопасности нужно срочно пересматривать.

Косматое чудище сидело под звёздами, припав к земле, — видно, что оно готовится к прыжку, но отчего-то медлит, не нравится ему общая обстановка. Думает. Может, признал в нас записных охотников на его собратьев? Удивляется, откуда мы на этом материке взялись?

— Млять, пещерник…

Старый знакомый прятался за чёртовой пирамидой, выжидая, когда представиться случай напасть на ничего не подозревающую жертву. И тут мы, такие смелые.

Супергризли-убийца сейчас был похож на кучу земли. Шерсть у него с коричневым отливом, хорошо помню, но в темноте этот морфированный медведь казался просто чёрным. И как в прошлый раз, на меня повеяло чем-то древним и страшным. Силуэт пещерника был словно наспех вылеплен из чернозёма, даже не вылеплен, а накидан лопатой. В эти долгие секунды, разглядывал фигуру гиеноподобного кошко-мишки, я изумлялся всё больше и больше, — земляных дел скульптор был явно пьян. Пасть пещерника была слегка приоткрыта, мне хорошо были видны мощные острые клыки. Сейчас он и бросится… От одной только мысли об этом по спине пошли крупные мурашки. Как мне показалось, приподнимая силой страха бронежилет.

— А-атас!! — заревел Гоб, и мы, даже не подумав вскинуть бесполезные сейчас стволы, синхронно пошли на спурт, набирая стоху за секунды.

И никаких проблем с коленкой! Влетая во двор, я машинально отметил, что ворота закрывать смысла нет, разве они Зверя удержат! Конечно же, мы не оглядывались, и всё произошедшее накладывали на личные впечатления позже, из красочных описаний Кастета.

Вот кто «универсалку» караулил!

Нас опять спасла сила «Удара».

Бум! — рявкнул на втором этаже ствол главного калибра. И тут же Zicke начала всаживать в тушу длинные, патронов на десять каждая, очереди из ПКМ.

Бум! — раздался второй выстрел, Лунёв работал быстро.

— В дверях стоп, не пройдёт! Тут запинаем! — бодро крикнул осмелевший Сомов, ловко разворачиваясь с «шайтан-помпой» в руках.

Но стрелять нам не пришлось, группа огневой поддержки уже добивала тварь.

Как рассказали ребята, пещерник уже после первого попадания из «Удара» остановился, затряс башкой в поисках того паровоза, который только что в него врезался. Что и дало возможность поисковой группе скрыться в здании.

Непросто тут разведкой заниматься.

А если бы он во двор ворвался! Что стало бы с нашей техникой…

В эту ночь, которую смело можно было бы назвать «Ночь после трудного дня», нормально, глубоко, то есть продуктивно и качественно, спал один лишь Гоблин. Усталость у него накопилась такая, что ни наши разговоры, ни шастанья по углам и запах кофе не могли ему помешать. У Мишки разболелась рука, Ленни дала ему обезболивающее, и сталкер уснул первым. Все устали. Долгие сборы и комплектация снаряжения, бессонные новогодние посиделки, путь-дорога со многими новыми впечатлениями, постоянная настороженность и готовность к засаде… И сам Город, тот ещё успокоитель нервов. Но Сомова я решил пока не будить, пусть мужик наберётся сил, как известно, сон лечит. Меня колено не беспокоило, повезло, что там была земля, а не камни. Я, в отличие от сталкеров, не пользуюсь наколенниками, неудобно в них, мешают. Самое время пересматривать привычки.

Кастет связался с Башней, доложил обстановку, после чего мы вдвоём начали пресекать попытки Вотякова экстренно собрать группу спасателей с Катрин на белом коне. Какие спасатели, ночь-полночь во дворе! Да и обвыклись мы тут, прижились.

Дежурили по очереди. Сомов спал, лёжа на пенке в углу, Ленни молча дремала, уткнувшись в угол. Я никак не мог отрубиться. Узкий серп луны на миг показался из-за туч, но тут же вновь спрятался. Пойду, составлю компанию Лунёву. Взяв термос с кофе, я вышел к посту N1, огневой точке второго этажа над лестницей.

— Никак не свалишься?

— До сих пор колотит, — признался я.

— Заколотит, — понимающе кивнул Кастет, обрадовавшийся возможности поговорить, но при этом исправно осматривающий местность в «соньку». — Народец-то тут бывал. Я вообще сомневаюсь, что есть хоть одна целая локалка, кто ж про них не знает. И находить просто. Пещерный Джо сколько в горах живёт? Во… Наверняка и раньше сюда наведывались, кто пошустрей, откуда ему знать. Герильяс могли, полканы из западного анклава. Даже пятнашки. Кому-то везло, чаще нет. Это мы такие упёртые и въедливые, а для остальных набеговая тактика самое то.

— Ага. Судя по черепам и обломкам мотоциклов, набегальцы огребали по полной.

— Не без этого. Но локалка напротив подметена чисто, а там было, это факт.

Мы поговорили ещё немного, и я почувствовал, что клонит в сон. Все выяснения и выводы буду делать потом — дома, в форте, в безопасности, в привычно спокойной обстановке. Пока же… Минут сорок до заступления на пост у меня было, и я, вернувшись в комнату, положил голову на ноги подруги и быстро ушёл в перезагрузку. Ребята говорили, что ночью выли собаки, кто-то опять орал и, как показалось Ленни, вдали раздался одинокий выстрел.

Ничего этого я не слышал.

С дороги открывалось много нового.

Впереди, сразу за ангаром текла река, и на ней таки был мост, — каменный, чуть выгнутый, в три арки. На последней четверти территории комплекса отдельной группой вдали стояли двухэтажные каменные дома и две локалки. Плотность застройки здесь была очень низкой, не то, что на местной «золотой миле». Ближе к мосту, среди низкой зелени уныло серели развалины крошечного форта или передового бастиона — ни стен, ни башен, их контуры лишь угадываются, каменные блоки вывернуты и обвалены. От моста к развалинам вела всё та же древняя мощеная дорога. Продолжаясь после моста, она уходила к выселкам.