Дочь для волка - Ханна Уиттен

Слезы прочертили дорожки на ее покрытом грязью и пылью лице.

– Арик, что ты натворил?

– То, что он должен был. – Солмир стоял как тюремный надзиратель, скрестив руки на груди и сдвинув брови. – Он увидел шанс и воспользовался им. Мы все совершаем глупости из любви. Чтобы почувствовать, что у нас есть цель.

Он кивнул Кири. Та подняла с пола щербатую чашку, края которой были покрыты засохшей кровью.

– Давай, Арик, расскажи ей. Уверен, она хочет услышать всю эту гнусную историю.

Арик закрыл глаза, уперся лбом в решетку.

– Я заключил Сделку, – тихо сказал он.

Кири взяла его руку и пустила ему кровь небольшим кинжалом.

– Я отправился к Диколесью, нашел белое дерево рядом с границей. Оно клонилось, как будто вот-вот упадет. Как будто земля вот-вот уйдет у него из-под корней. Поэтому я и смог прикоснуться к нему. Дотянулся едва-едва до одной его ветки. – Арик медленно покачал головой. – Там все так гудит, мне было прямо больно, как будто кто-то вгрызается мне в ребра. Но я смог подобраться достаточно близко.

– Зачем? – Рэд потрясла головой, слезы сверкали в ее глазах, как звезды. – Как? Диколесье больше не заключает Сделок, у него не хватает на это сил.

– Но хватает у тех, кто заперт в Тенеземье, – не хвастаясь, а скорее устало произнес Солмир, прислонившись спиной к стене.

– Живая кровь, принесенная в дар. – Кири блаженно улыбнулась. – Жертва, прямо из вены.

Черно-алые струя хлынула из ладони Арика. Клубы тени окутывали ее, пока она стекала в чашу.

– И как только с Тенеземьем была заключена Сделка на крови, – продолжала Кири, – эту кровь стало можно применить против Диколесья. Кровь этого парня, пропитанная тенями, разбудила обломки страж-древ в Святилище. Теперь они стали служить более благородной цели. И все, кто после этого так же жертвовал свою кровь, получили в обмен могучую силу – то, что мне обещали неоднократно за те долгие годы, что я провела в молитвах.

Видимо, решив, что взяла достаточно, Кири отпихнула истекающего кровью Арика от решетки так, что он чуть не упал, и повернулась к Рэд.

– Ты думаешь, что победила, осквернив нашу рощу, проклятая тварь? Ничего-то ты не знаешь. Пять жизней – и…

– Тени тебя раздери, женщина, ты хоть когда-нибудь заткнешься? – Солмир прикрыл глаза рукой с длинными пальцами.

Кири закрыла рот так резко, что у нее клацнули зубы.

– Вот почему у тебя нет тени. – Рэд рефлекторно стиснула руки в кулаки, позабыв о многочисленных ранах, и волна боли окатила ее, заставив стиснуть зубы. – Ты – тень Арика. А он – твоя, когда сыграть эту роль необходимо.

Она покачала головой. Та чуть раскололась на части от боли.

– Но все это – игра словами. На самом деле тебя здесь нет.

– О, я здесь. – Солмир опустил руку, глаза его блеснули. – В достаточной мере.

– Белое дерево было легко найти, – тихо продолжал Арик, словно пересказывая привидевшийся ему кошмар. Теперь, когда он начал делиться этой кровавой историей, та вылетала из него, как выходит из тела изгоняемый злобный дух. – Такое светлое на фоне остальных, белое, как… как кость.

Арик конвульсивно разжал руку, которую только что порезала Кири. Глубокая колотая рана на его ладони вспыхнула черно-алым. В центре раны скопилась гниль, и тошнотворные, покрытые пятнами теневой гнили усики пробивались сквозь кожу.

– Я полил его кровью. Принес жертву прямо из вены, как она мне и сказала.

Кири улыбнулась.

– И дерево… открылось. – Даже сейчас в голосе Арика звучал ужас, как будто он до сих пор не мог поверить в то, что сделал. – Ветка отпрянула от меня, словно живая, словно напуганная лошадь. И раздался тот звук, ужасный звук, как будто что-то разрывалось, и еще грохот. А потом там появился он. Стоял прямо на границе леса, тени опутывали его, как цепи. И он спросил, чего я хочу и что я за это отдам.

– И чего ты хотел? – Рэд знала, но все равно спросила.

Арик не ответил, только еще ниже опустил голову.

– Он хотел найти способ спасти тебя, – скучающим тоном ответил Солмир. – И он сказал, что отдаст за это все.

О, Арик. Арик, снова и снова говоривший ей о своей любви, хотя она сама о ней и не заикнулась ни разу. Арик, построивший воздушный замок на крови и пустых обещаниях, придумавший сказку со счастливым концом.

– Сначала он был просто моей тенью, – уставившись на сырой пол, словно смотреть на Рэд ему было больно, продолжал Арик. – Но потом… когда все пошло…

– Он не смог этого переварить. – Кири качнула чашу с его кровью у себя перед носом, жадно втягивая ее запах, словно это была чаша с вином. – Когда мы поняли, что их нужно убить – королеву и Верховную жрицу, – этого он не выдержал. И тогда они поменялись местами. Один стал тенью, другой – живым человеком.

– Я хочу, чтобы ты помнила: никто, кроме тебя, убивать их не хотел. Это именно ты приняла такое решение, – пробормотал Солмир. – Но когда это произошло, Арику захотелось… выйти из этой ситуации. Отдалиться.

Сердце Рэд забилось тяжелыми толчками, живот скрутило.

– Как ты мог? – выдохнула она, слова распороли воздух словно нож. – Как ты мог так поступить с Нив?

– Это все было ради нее. – Солмир выпрямился, яростно скривился. – Кири, возможно, хватила через край, но Нив хотела именно этого, независимо от того, признается ли она в этом даже самой себе или нет. Она так же отчаянно пыталась спасти тебя, как и Арик. Она сделает ради тебя все, Рэдарис. Ты и десятой части этой любви не заслуживаешь.

Рэд бросилась на прутья всем телом, ударила по ним здоровой рукой. Эту теплоту в голосе она узнала – и услышала то, чего он не сказал вслух.

– Если ты хоть пальцем ее тронул, – прохрипела она, – я убью тебя!

Солмир смотрел на нее, и Рэд не могла прочесть то, что бурлило в этом взгляде. Он стиснул кулаки, но разжал их.

– Нет, я ее и пальцем не тронул, – тихим, ничего не выражающим голосом ответил бог.

Арик тяжело вздохнул за ее спиной.

– Мы просто хотели спасти тебя. – Он поднял взгляд, глаза его были воспаленными, под ними залегли глубокие тени. – Особенно когда узнали, что ждет нас впереди. Мы просто хотели спасти тебя, Рэд.

– Что ж, теперь ты можешь успокоиться и перестать унижаться. – К Солмиру вернулось присутствие духа, он стоял расслабленно, упершись ногой в стену. – Рэдарис сама себя спасла.

Рэд закусила губу:

– Я до сих пор не понимаю, о чем ты говоришь.

Солмир закатил глаза:

– Корни. Хотя и ясно, что Волк тебе небезразличен, ты не впустила их в себя. Судя по всему, ты – весьма практичная женщина. Ты поняла, что любовь – это еще не повод дать разрушить себя. И ты выбрала спасение.