Штык - Ежи Тумановский

Когда утром на берегу кто-то начал методично постреливать в воздух, Крот уже не спал. Быстро разбудив остальных, он взял бинокль и вышел на платформу. Стреляли не от горы, а с противоположного берега. И судя по форме трёх человек на берегу, это были военные сталкеры.

— Как они нас находят? — спросил потрясенный Штык. — Вот как им это удаётся? Только не надо с умным видом говорить «это же Зона». Нет более внятных объяснений?

— Они поговорить хотят, — пожал плечами Крот. — Можешь сам у них спросить.

На переговоры Крот отправился один, на своей запасной крохотной лодочке, отказавшись от помощи добровольцев и обещая всё уладить на берегу. Однако вскоре вернулся в компании одного из военсталов. С некоторым замешательством Штык опознал в нём того самого переговорщика, с которого начались все их злоключения в Зоне.

Встречали лодку с автоматами наперевес, но военный сталкер был безоружен и насмешливо улыбался направленным в его сторону стволам.

— Так вот ты какой, капитан Сенников, — дружелюбно сказал переговорщик. — Посадить бы тебя на мину да переехать танком за все твои художества.

— Забавное начало для разговора, — спокойно ответил Штык, — продолжать который имеет смысл только в кабинете военного прокурора.

— Ну вот, опять за свое, — снисходительно сказал военный. — Крот, мы можем поговорить втроем, с тобой и капитаном? В таких делах чем меньше ушей — тем лучше.

— Могу твои обрезать — тогда меньше будет, — грубым голосом сказал Буль, появляясь из-за угла дома с автоматом наперевес.

— Ого, какие люди, — весело удивился переговорщик. — Ну и отличненько. Как насчёт разговора, Крот?

— Да поговорить — это мы завсегда, — добродушно сказал Крот. — Давай, майор, ступай в дом — там и поговорим.

В комнате, усевшись на табурет, переговорщик несколько секунд разглядывал Штыка, а потом перевел взгляд на Крота:

— Давай сразу к делу, старик. Мне нужен этот клоун и два генерала, которых он уже который день таскает за собой по Зоне. Подозреваю, что у мужичков проблемы с головой, скорее всего ментальная контузия и дисаризм. Но мне на это плевать. У меня приказ: доставить эту троицу целыми и здоровыми на нашу военную базу.

— Да откуда ж ты получил этот приказ, — насмешливо сказал Штык, — если с момента расстрела больных людей в лагере ты за нами по Зоне бегаешь?

— В лагере был мощный передатчик, способный пробить все помехи и «достать» до спутника, — спокойно ответил переговорщик. — Кто ж такую толпу генералов без связи отпустит? Это по Зоне дизель-агрегат не потаскаешь, а из постоянного лагеря связь возможна.

— Ну и что? Даже если связались — почему же помощь не вызвали? Ах да, к тому времени больные уже не требовали помощи.

— Мы пришли в лагерь, — терпеливо сказал майор, — нашли погибших людей с живыми телами, которых явно кто-то согнал в одно место. Пересчитали по головам — недосчитались двух генералов. Поэтому начали развертывать связь, чтобы получить дальнейшие указания. Узнали, что должен быть ещё капитан Сенников. По приметам такого среди трупов не обнаружили. Двух генералов и капитана Сенникова было приказано найти и доставить.

— И какое мне дело до твоих приказов? — грубо спросил Штык.

— Ну, подумай головой, — спокойно ответил военный сталкер, — поплыл бы я сюда, если бы мне нечем было подкрепить свое предложение? У моих ребят есть гранатометы и сильное желание примерно вас наказать за четырех раненых парней. Если бы хоть один из них умер, с вами даже разговаривать никто бы не стал. Сейчас, по доброте душевной, я даю вам шанс уцелеть. А деду оставить его хибару. Если я не вернусь в течение часа, дом будет уничтожен. Давай лучше договариваться. Сам оставайся, не возражаю. Но генералов мне отдай. Тебе-то они зачем?

— Они заговорщики и должны помочь в оправдании Олега Павловича, — брякнул вдруг Штык настоящую причину, побудившую его забрать генералов и покинуть лагерь.

— Заговорщики? Для оправдания Олега Павловича? Вот как? — удивился майор. — И в чём же виноваты эти самые заговорщики? Что они сделали, кого убили?

— Они… — растерянно сказал Штык. — Они замышляли заговор.

— Давай-давай, продолжай, — с интересом подбодрил его переговорщик.

— Я не знаю, — честно сказал Штык.

— Просто высший пилотаж, — с удовольствием сказал переговорщик. — Я таких законченных дураков уже много лет не видал.

— Охота в Зоне запрещена! — выпалил Штык первое, что пришло ему в голову.

— Молодец, — насмешливо сказал майор. — Олега Павловича за такую информацию снимут с должности в два счёта. Это его затея была.

— А ты откуда знаешь? — агрессивно спросил Штык. — Что ты вообще об этом можешь знать?

Досада и злость переполняли Штыка. Крот протянул ему кружку с отваром и спокойно сказал майору:

— Или рассказывай всё, или уходи. Со стрельбой, правда, спешить не советую: в моих закромах есть вещи посерьёзнее «янтарных слез» и «маминых бус». Так аукнется, что мало кто из вас целиком до Периметра доскачет.

— Да не знает он ничего, — спокойнее, но всё так же зло сказал Штык. — Наверняка хочет дисаров прикарманить, чтоб потом продать.

— Зачем столько эмоций? Я всё расскажу. Ничего особо секретного тут уже нет, — спокойно сказал майор. — Насчёт продажи дисаров — глупость несусветная. Я ж не мародёр какой-нибудь. Генералы действительно готовили заговор, но Олег Павлович был вовремя проинформирован и решил нанести упреждающий удар. Генералы договорились с наёмниками из клана «Воля», чтобы те инсценировали нападение на лагерь. Были заплачены хорошие деньги и предложено разграбить лагерь. Нам отводилась роль контртеррористов. В бою неизбежно кто-нибудь из высокопоставленных гостей попал бы под пулю. И дело получило бы огласку. Организатор охоты после этого неизбежно уходил в отставку, а его должность становилась бы вакантной.