Гнев короля демонов - Раймонд Фейст

Раздался грохот.

- Ты что, собираешься взорвать весь город, Джимми? - спросил Лайл.

Джеймс обвел взглядом всех, собравшихся в темноте склада, и спокойно сказал:

- Возможно.

Он посмотрел на брата при тусклом свете единственного фонаря. В течение двух дней его солдаты делали вылазки в коллекторы, собирая сведения, отмечая продвижение боев наверху и координируя оборону города. Джеймс знал, что магия демона скорее всего приведет к скорому вторжению захватчиков в Крондор. И вместо того чтобы всю защиту сосредоточить у стен города, не оставив никого внутри, он пожертвовал жизнями сотен солдат, чтобы враг, ворвавшись в Крондор после продолжительных боев, обнаружил, что сражение только началось. В перерывах между управлением обороной из своего подземного штаба и краткими моментами сна или приема пищи он получил возможность получше узнать брата. С грустью думал он о том, что, дожив почти до семидесяти лет, провел со своим братом всего несколько часов. Он знал, что Лайл - убийца, профессиональный вор, контрабандист и сводник, повинный в стольких преступлениях, сколько мух слетается на навозную кучу, но в Лайле он видел самого себя, каким он стал бы, не сведи его случай много лет назад с принцем Арутой. Он рассказал Лайлу о той встрече, когда он увидел принца на улице, спасаясь от тайной полиции Джоко Рэдбурна, и о том, как позже он спас Аруте жизнь. Это событие привело к тому, что Джимми-Рука, юный воришка, стал сквайром Джеймсом, а впоследствии, спустя почти пятьдесят лет, Джеймсом, герцогом Крондорским.

Джеймс вздохнул.

- Если б я знал, что тебе можно доверять, я бы за эти годы уже не раз воспользовался твоей помощью.

Лайл рассмеялся:

- Джимми, за то короткое время, что я тебя знаю - сколько? три визита за сорок лет? - я полюбил тебя как брата, коим ты и являешься, но говорить о доверии? Ты шутишь.

Джеймс тоже рассмеялся.

- Я уж вижу. Будь у тебя возможность, ты бы повесил меня за измену и сам стал герцогом Крондорским.

- Это вряд ли. У меня никогда не было таких устремлений.

Послышался новый удар, и один из гвардейцев сказал:

- Это, должно быть, заброшенный склад в районе мельницы, ниже по реке. У нас там было две сотни бочек.

Еще до начала осады люди Джеймса прошли по всему городу, оставляя на стратегически важных участках бочонки с квегийским огненным маслом.

- Видели бы вы защиту Арменгара, - сказал Джеймс гвардейцу. - Этот город был мечтой защитника и кошмаром завоевателя. - Он сделал волнообразное движение рукой, как будто по траве ползет змея. - Не было ни одной улицы, длиннее полета стрелы, без изгиба. У всех домов нет окон на уровне улицы, везде тяжелые дубовые двери, которые запираются только изнутри, и все крыши плоские.

Солдаты улыбнулись и закивали, а один сказал:

- Платформы для лучников.

- Совершенно верно, - сказал Джеймс, - так что защитники могли переходить с крыши на крышу по длинным доскам, которые они за собой убирали, а те, кто находился внизу, были постоянно под обстрелом. Когда Мурмандамус и его отряды вошли в город. Гай дю Бас-Тайра поджег двадцать пять тысяч бочек горючего масла...

- Двадцать пять тысяч! - воскликнул Лайл. - Ты шутишь.

- Нет. И когда они рванули... - Он снова сел. - Это невозможно описать словами. Просто представьте себе башню огня, которая поднимается до небес, и вы получите слабое представление об этом взрыве. Грохот. Я чуть Не оглох. У меня потом неделю звенело в ушах.

В дверь постучали, и солдаты похватали оружие. Стук повторился, как и было условленно, и, притушив единственный фонарь, подпольщики впустили патруль.

Внутрь быстро протиснулись шестеро солдат в сопровождении трех гражданских жителей.

- Околачивались тут поблизости, - сказал один из патрульных, кивнув на тех, кого они привели.

Главарь Мошенников посмотрел на новеньких и сказал:

- Это мои.

- А кто ты такой? - спросил один из этих трех.

Джеймс рассмеялся:

- Конспирация имеет свои недостатки. - И повернувшись к трем ворам, сказал: - Это ваш главарь. Это Честный Человек.

Троица переглянулась, и один из них сказал:

- А ты, конечно, герцог Крондорский.

Все присутствующие в комнате дружно рассмеялись, кроме этих троих. Одна девица из шайки Лайла растолковала им, в чем дело. Когда они поняли, что она не шутит, и когда один из тяжело вооруженных солдат подтвердил ее слова, новенькие сразу притихли. Герцог и глава Гильдии Воров, даже находясь в подвале, соединенном с коллектором, все равно были двумя самыми могущественными людьми в городе.

Через равные промежутки времени разведывательные партии выходили в город и, возвращаясь, приносили новости о боях на улицах. Защитники заставили захватчиков дорого заплатить за каждую улицу и дом, но отступление было неизбежно.

Лайл, просидевший взаперти несколько дней, сказал:

- Если уже ясно, что сражение проиграно, почему бы тебе не приказать своим ребятам покинуть город?

- К сожалению, у меня нет возможности передать им такой приказ, - без тени сожаления на лице сказал Джеймс. - И для того чтобы сработал наш план, захватчики должны думать, что мы потеряли здесь всю армию.

- Ба, да ты просто дьявол, - сказал Лайл. - Я даже не знаю, смог бы я отправить на смерть такую уйму народу.

- Конечно, смог бы, - будничным тоном ответил Джеймс. - Если бы твоя задача была сохранить Королевство, ты не пожалел бы города, пусть даже это город принца.

- Что же это за план такой?

Джеймс сказал: