Дневной Дозор - Сергей Лукьяненко

— Не просто возродить, — уточнил Игорь. — Тутже все завязано на людях, так? На их ожидании, на их готовности поверить! Иесли оживление Фафнира обставить соответствующим образом, то из безумного магаполучится безумный антимессия!

— Каким образом?

— Ну, все эти… четыре коня Апокалипсиса… выходзверя из моря…

Глаза у Игоря вдруг остекленели:

— Антон… а ведь предполагаемое местозахоронения Фафнира — в море! И… что, если гибель Алисы и того мальчика,Макара… в море… это своего рода жертва… это же выход Темных Сил…

Антон потряс головой и вытер вспотевший лоб:

— Игорь, а мы не слишком много выпили? Да, ясогласен, что Гесер собирается использовать… может использовать Светлану какмать нового мессии… в какой-то мере — нового воплощения Христа… ну, или простоволшебника небывалых сил… Очень на то похоже. И Завулон в рамкахпротиводействия может попытаться организовать фигуру равных сил, но привязыватьвсе это к Армагеддону, к Библии, к религии — слишком уж смело!

— Так двухтысячный год! — почти крикнул Игорь.— Понимаешь? Маги могут замышлять одно, но человеческая реальность, мечты истрахи — они кроят реальность по-своему! И возникшие фигуры будут обладатьвсеми положенными свойствами! Пошли!

— Куда?

— За водкой. В ресторан.

Антон вздохнул, глянул на бутылку. И впрямь —все.

— Давай лучше позвоним, закажем.

— Брось, пройтись хочется.

Антон поднялся, спрятал амулет в карман.Кивнул:

— Ну, пошли…

У лифтов никого не было, но ждать пришлосьдолго. Игорь, опираясь о стену, витийствовал:

— Вот гляди, что Завулон может сделать…Берется из схрона Коготь Фафнира…

— Как?

— Ну, мало ли как? Один раз похитили — второйраз сумеют! Потом проводятся магические действия, плюс инсценировкамифологических представлений об Апокалипсисе. Саранча всякая… звезда Полынь…четыре коня…

— Представляю себе, как Завулон ведет в поводучетырех коней.

— Да не нужно коней! — Игорь поморщился. — Тыже не хуже моего знаешь, что такое магия подобия. Берем, к примеру, четырехлюдей, а лучше — Темных Иных. Один азиат — это будет конь рыж, другой негр —это конь черен, третий европеец — конь бел, ну и один, к примеру, скандинав —конь блед… Сажаем их на игрушечных деревянных лошадок…

Антон замер перед открывшейся дверью лифта.

В зеркальной коробке, испуганно глядя наСветлых магов, стояли Братья Регина. Приемные дети секты: неф, китаец иукраинец. Правильно… где же им еще быть, как не в этой гостинице, ведь ониприбыли на Трибунал Инквизиции… Антон как-то замедленно, неспешно подумал, чточетвертый из боевиков был именно скандинавом.

И хорошо, что именно был…

Похоже, Игорь подумал о том же — онпробормотал:

— Трое…

В мертвой тишине двери лифта начали сходиться.Но Юха Мустайоки вдруг выступил вперед, сунул ногу в щель, под фотоэлемент.Двери недовольно разошлись.

— Я хотел побла-года-рить Ночной Дозор Москвы,— неожиданно сказал он. Ему явно было не по себе, и все-таки он старалсядержаться твердо. — Это было очень гуманно.

— Что гуманно? — спросил Антон.

— Пощадить Паси Оллыкайнена. Мы… мы ценим, чтоон жив.

— Где он? — воскликнул Антон.

— Внизу… в баре… — Юха удивленно смотрел намагов.

— Четыре коня… — мертвым голосом сказал Игорь.— Четыре коня! Четыре коня!

Мустайоки отшатнулся, растеряннопереглядываясь с товарищами.

Маги остались вдвоем.

— Все сходится! — Игорь повернулся к Антону. —Ты видишь? Все!

— Подожди-ка…

Антон собрался, вспоминая движения. Поднялправую руку, провел перед лицом Игоря, резко дернул вниз — и тут же вверх,выгибая пальцы ковшиком.

— Чтоб тебя… — захлебывающимся голосомпростонал Игорь и метнулся к номеру. Антон медленно двинулся следом. Посмотрелна согнутую спину Игоря, торчащую из открытых дверей туалета, и потянулся кнему сквозь сумрак. Игорь застонал.

Заклинание отрезвления — не очень сложное. Нонеприятное для объекта воздействия.

Через пару минут Игорь вышел из ванной. Смокрыми волосами, ввалившимися глазами, бледный как смерть.

— Конь блед… — пробормотал Антон. — Давай…теперь ты меня.

Игорь с готовностью провел пассы, и теперь ужеАнтон склонился над унитазом. Когда через несколько минут, умывшись и поглотавневкусной воды из-под крана (жажда навалилась мгновенно), он вышел в комнату,Игорь уже убирал следы попойки. Посмотрел на Антона и насмешливо сказал:

— Конь черен…

Антон добрел до холодильника, достал оттуданесколько бутылок минералки, отодрал пальцами крышку, рухнул в кресло. Игорьзабрал у него вторую бутылку. Некоторое время они в блаженном молчании пиливоду. Потом Игорь виновато признал:

— Да… нажрались.

— Кони педальные! — ударив кулаком по столу,выругался Антон. — Нет, это же стыдно сказать, что напридумывали!

— Как-то очень логично казалось… — смущеннозаявил Игорь. — Эти проклятые Братья… так что, четвертый тоже жив?

— Значит, жив… — Антон развел руками. — Я зналтолько, что Гесер преследовал его в сумраке и догнал…

— Ну правильно… к чему ему было убиватьподозреваемого? Он его и передал Инквизиции. Наверное, прямо там, в сумраке.Антон… а может, все-таки мы правы?

— Хмель не до конца вышел? — поинтересовалсяАнтон. Игорь вздохнул:

— Да нет, весь… черт, и напитьсяпо-человечески невозможно! Да, бред это все. Не станет Завулон вытягивать у изсумрака сумасшедшего древнего мага. Зачем ему такая радость? А уж устраиватьконец света, самому создавать Антихриста…

— Да и не тянет Фафнир на эту должность, —уточнил Антон. — Никак не тянет. Кишка тонка.

— Так что же, все, что мы тут напридумывали, —чушь?