Один шаг - Ольга Романовская

Пламя трепетало, ласкаясь к носительнице магии смерти.

Воздух постепенно менял консистенцию, поневоле заставляя в напряжении посматривать на пентаграмму. И только Эвиса хранила абсолютное спокойствие. Она знала: Хаос не вырвется в мир.

На подкорке сознания скользнуло самодовольное: император боялся.

Ритуалы некромантии — особое, ювелирное искусство. Одной силы мало, важно нечто вроде чутья, чтобы пройти по Грани и не позволить забрать себя мирам, откуда нет возврата.

В этот раз душа рядом, не нужно ее будить.

Девушка встала на границе живого и мертвого, подняла сжатый в кулаке медальон и позвала:

— Мама!

Туман внутри пентаграммы всколыхнул смерч. Уши заложило от свиста ветра.

— Марианна шан Артен, мать, сестра и возлюбленная, приказываю тебе явиться!

Голос Эвисы окреп. Она отпустила медальон и развела руки. На ладонях зажглись голубые язычки пламени. Девушка бережно вырастила их, соединила воедино и, наклонившись, пустила по искрящимся граням пентаграммы.

Вспышка взрыва ослепила, на миг погрузив наблюдателей в темноту.

Эвиса ощутила холод клинка у горла: телохранители Дарриуса решили, будто она собралась его убить. Глупо! Девушка бесстрашно отвела лезвие меча и пояснила:

— Ее держали. Я уничтожила связь.

Хаос отступил, оставив в центре рисунка знакомую женскую фигуру. Точно так же она сбросила капюшон, открыла глаза и безжизненным голосом по очереди приветствовала присутствующих: сначала императора, затем брата, дочь, Лорейн и Ибриса.

— Кто пытался тебя уничтожить? — Эвиса не стала тратить драгоценное время. — Кто проводил ритуал? Приказываю говорить правду, я почувствую ложь.

Жестоко направить на собственную мать магический жезл, но иначе нельзя, не поверят.

Марианна шан Артен безропотно позволила сковать себя заклинанием правды.

— Маг, нанятый Лорой шан Лор, — прогремело первое обвинение. — Они заметали следы, догадались, мертвые способны уничтожить живых.

Мелькнула тень за спиной некромантки — Дарриус отдал первый приказ об аресте.

— Кто убил тебя двадцать три года назад? — Голос все-таки дрогнул.

Тяжело, безумно тяжело, но нужно.

— Кузены Гетвина шан Лора.

— Почему? Как это произошло?

— Я и брат — полукровки, то есть должны доказать право на уважение. Когда умер отец, Гетвин шан Лор решил занять его место и получить Старый форт. Вашему величеству известно, как он важен для государства. — Дарриус кивнул. С каждой минутой он все больше мрачнел, уже не мог сидеть и встал с трона. Похоже, двадцать три года назад ему изложили совсем другую версию событий. — И ваше величество в курсе, что стражи верны короне. Шан Лоры собирались использовать зеркала в своих целях: чтобы стать правителями Закрытой империи.

Если бы дворец взлетел на воздух, никто и не заметил бы. Слова Марианны прогремели громче любого взрыва.

— Повтори! — багровея, потребовал владыка. — Поклянись!

— Бессмертием своей души, будущим перерождением и сердцем дочери клянусь, что Гетвин шан Лор жаждал власти. — Казалось, покойная вампирша единственная сохраняла спокойствие, даже ее брат смотрел, широко распахнув глаза. — Я не сглупила, Ларс, — с любовью прошептала Марианна, — я увела от тебя врагов. Они бросились ловить, ты получил необходимое время, смог найти союзников, победить. Шан Лоры готовили ловушку. Как удобно убить юного князя без охраны в Сумеречье! Обоих наследников сразу — и Старый форт получил бы новых хозяев. Магия признала бы первого, кто принес нашу кровь. Ты нужен был живым, чтобы оборонять княжество от шан Лоров, а не чтобы мстить и погибнуть.

События прошлого воскресали, пугая беспринципностью и коварством участников. Мертвая вампирша не утаила ничего, поведала и то, что узнала после гибели, бесплотным духом витая над миром живых. Все началось с протеста, шалости, продолжилось встречей с мужчиной, который едва не убил ее, а затем полюбил всем сердцем. «Как я!» — грустно подметила Эвиса, но, разумеется, ничего вслух не сказала. Она уже не пыталась скрывать чувства к Ибрису. Их тянуло друг к другу, как некогда влекло Лонаса тер Шина к Марианне шан Лен.

Разумеется, император не услышал подробностей личной жизни подданной, зато узнал детали охоты на нее и ее брата, план шан Лоров, имена предателей. Им казалось недостаточным стать первыми среди вампиров, они жаждали большего. Зеркала Старого форта подарили бы пропуск в новую жизнь.

— Я не могла иначе, Ларс. Одна жизнь — ничто по сравнению с судьбой целого рода, империи. И ты, милая, прости. — Призрак протянул руки к Эвисе и грустно улыбнулся. — Не могла допустить, чтобы ты или Лонас пострадали в чужой войне.

В зале повисла вязкая тишина. Нарушил ее император:

— Заканчивайте ритуал, я услышал достаточно. Именем закона да свершится месть. Пусть палач готовит щипцы, а род шан Лоров трепещет от страха.

Аудиенция закончилась.

Вампиры поклонились и встали на знакомую дорожку, которая столь же стремительно унесла их к дверям зала. Эвиса задержалась, чтобы отпустить мать, погасить свечи и одеться. В этом ей помогли молчаливые слуги. Они появлялись из воздуха, когда возникала потребность. Девушка невольно сравнила людей в черном с призрачными гончими лорда ти Онеша: те тоже умели ходить по граням пространства.

К счастью, император ничего не пожелал выяснить наедине. Его целиком и полностью занимали собственные мысли. Еще бы — один из вампирских родов планировал сместить правящую династию! Похоже, теперь не следовало опасаться мести со стороны шан Лоров: ее просто некому будет свершить.