Люди и призраки - Оксана Панкеева

– Прямо сейчас? – растерялся Пассионарио.

– А ты что, хочешь, чтобы тебя тут изловили все-таки за твои полеты и прочие магические художества? Странно еще, что до сих пор никто не обратил внимания. Я бы, конечно, не против пообщаться с тобой и поближе познакомиться, но как-то не хочется попасть в соучастники. Ты, как случайный гость из закрытого мира, может, и отвертишься, а я-то подписку давал, и отвечать мне придется. Так что давай убираться отсюда, а познакомиться можно и потом.

– Хорошо, только неудобно как-то… Я даже не попрощался с твоим папой и не поблагодарил его за гостеприимство…

– Я ему передам твои прощания и благодарности. Ты же все равно ни одного местного языка не знаешь. Как вы с ним до сих пор разговаривали-то?

– Не знаю. Как-то получалось. После пары косяков языковой барьер исчезает.

– Понятно. Вот тебе шоколадка и фирменная кепочка на память, пошли.

– Она же мне велика… – растерялся Пассионарио, примеряя красную шапочку с огромным козырьком.

– Деревня! Она безразмерная, там сзади можно подтянуть. Надевай, она к твоей раздолбайке как раз подойдет.

– А что на ней написано?

– Радио «Прикол». Я там работаю. Передачу веду. Ты не отвлекайся, а то опять промахнешься.

Пассионарио надел подаренный головной убор и сосредоточился на ориентирах учебной комнаты Мафея. Конечно, следовало бы наведаться сначала на базу и успокоить своих безутешных телохранителей, но тащить туда жизнерадостного Толика неуместно. Лучше уж к Мафею, там хоть поймут правильно.

Первая попытка оказалась неудачной. Вместо предполагаемой комнаты они оказались на пустынной равнине среди каких-то древних руин.

– Драпаем отсюда, – мгновенно всполошился Толик. – Не фиг нам делать на Каппе, набегут местные – будет драка, а оно нам надо?

– Они что, агрессивны? – уточнил Пассионарио, стараясь сосредоточиться получше.

– Ну ты спросил! Постъядерная цивилизация, какие они еще должны быть? За пару ботинок башку открутят.

– А, я здесь был, – вспомнил непутевый маг. – Еле ноги унес.

– Вот и давай убираться отсюда, пока нас никто не увидел.

Следующий пейзаж был приятнее – редкий лиственный лес, над верхушками которого возвышались тонкие башни то ли дворца, то ли храма. Легкий ветерок доносил мелодичный звон множества колокольчиков и негромкое пение на несколько голосов. Однако Толик снова потребовал убираться поскорее, так как «шархи вообще-то ребята хорошие, но очень не любят, когда к ним вламываются без спросу, и могут обидеться». Пассионарио очень хотелось взглянуть на историческую родину мэтра Максимильяно, но заработать очередные неприятности желания не было, поэтому он незамедлительно последовал совету. Оглядевшись в очередной раз, маг-недоучка обрадованно заметил:

– О, и здесь я уже был! Помню эту свалку!

– Да что тебя так и тянет на Каппу! – недовольно проворчал Толик. – Не хватало только на граков напороться. Говорят, они любят селиться именно в таких местах.

– А кто это такие? – уточнил Пассионарио, в очередной раз пытаясь вспомнить проклятые ориентиры, которые почему-то никак не срабатывали.

– Очень гадостные мутировавшие твари. Здоровые, зубастые, и, что противно, их ни магия не берет, ни лазер, ни плазма, ни обычный огонь. А пули просто насквозь проходят, как сквозь кисель, и никакого вреда им не причиняют.

– Действительно, гадостные, – согласился Пассионарио, вспомнив, как драпал с этой свалки в прошлый раз, и сразу перестав радоваться знакомым местам. – Хуже троллей. Тех хоть огонь берет. А при известной сноровке можно и мечом управиться. Кстати, тот парень, по которому безнадежно сохнет мой влюбленный папа, однажды свернул шею троллю голыми руками.

– Верю, – охотно согласился Толик. – Хоулиану всегда такие нравились. Но все-таки давай уносить ноги из этого нехорошего места, а то у нас с тобой так не получится, как у этого замечательного парня, и если нападут граки…

С четвертого раза вождю и идеологу все-таки удалось попасть в цель. Почти точно. Ну вломились вместо учебной комнаты в спальню, так это мелочи. Все равно Мафея там не оказалось. Наверное, развлекается где-то или наставник увел на полевые занятия.

– Попал, – сообщил Пассионарио, пропуская нового знакомого в дверь. – Вот здесь и живет мой приятель. Можешь взять ориентиры и заходить в гости. Скажешь, что ты меня ищешь, и познакомишься сам, я вижу, ты парень общительный. Только постарайся не попадаться на глаза королю, а если попадешься, прикинься нормальным эльфом с Эпсилона, а об Альфе даже не упоминай, а то он так и стремится завязать знакомства в других мирах, а это может не понравиться службе «Дельта».

– Ты не слишком много знаешь для парня из закрытого мира, который в первый раз на Альфе? – хитро прищурился Толик. – Ну да ладно, делишки службы «Дельта» меня не касаются. Будет время, загляну. А ты, если опять потеряешься, приходи сразу к папе. Он будет рад тебя видеть, а я, если что, помогу домой добраться. Хоулиану привет.

– Хорошо, – кивнул Пассионарио. – Спасибо.

– На здоровье, – засмеялся Толик и исчез почти мгновенно. А блудный принц переместился на верхушку башни, чтобы не попасться кому-нибудь на глаза, и принялся вспоминать ориентиры памятной лестничной площадки с заветной дверью, в которую он неоднократно стучал по утрам. Как ни печально было это все, как ни тяжело, он же обещал Амарго, что сам сходит к безутешной подруге Кантора. Обещал, значит, надо сходить. Вот он немного посидит… наберется мужества… соберется с духом… и все-таки наведается. Хоть бы ее дома не было, что ли…

Мужества неустрашимый вождь набирался часа четыре, так что, когда все-таки постучал в знакомую дверь, был уже вечер. На стук долго никто не отвечал, и товарищ Пассионарио решил было, что судьба смилостивилась над ним и дала возможность отложить тягостный разговор на неопределенное время. Но тут отворилась дверь напротив – и на площадку выглянула соседка.

– Вы Ольгу ищете? – поинтересовалась она, с интересом рассматривая его костюм.

– Да, – ответил Пассионарио, с запозданием вспомнив, во что он одет, и понимая, что деваться уже некуда. Когда и как он умудрился сменить свой камзол на эту «раздолбайку», а штаны – на джинсы, он помнил плохо. Кажется, штаны порвались и ему кто-то дал свои, а камзол… а, вспомнил, поменялись с одним парнем на память. Хоть бы переоделся, балбес…

– А Ольга здесь сейчас не живет, – охотно просветила его соседка. – Господин Жак пригласил ее пожить некоторое время у него. Вы кто, бард? А где ваша гитара? Или вы художник?

– Я поэт, – вдохновенно начал врать Пассионарио, одновременно изыскивая повод поскорей смыться, поскольку явственно чувствовал излишний интерес к своей особе со стороны любопытной девицы. – Хотел познакомиться с творчеством выдающихся бардов других миров, до меня дошли слухи, что проживающая здесь дама обладает уникальными образцами этого самого творчества… А где мне найти этого гостеприимного господина Жака?