Рус. Защитник и Освободитель - Вадим Крабов

— Мы прискакали, не жалея единорогов, князь! И воздаем хвалу всем богам, что ты жив!

— …князь…хвала богам…хвала князю…хвала Великому Князю Великого Кушинара! — когда оды Русу доросли до «Великого», он их прервал:

— Хватит! И вас хранят боги. Я вижу, как вы мне рады, но я хотел бы знать: Что. Это. Такое, — каждое слово припечатывал, показывая на трупы одними глазами.

В живых оставался один спящий Кирт. Пират-Водник по прозвищу «Черный зуб» лежал с остекленевшими глазами и с еще не засохшей у рта пеной. Знающему магу это говорило о смерти от ментального удара, а значит, о неудачном чтении памяти.

— Князь! — воскликнул Главный Следящий, — этого не может быть! Но раз такое случилось, то вся вина на нем! — торжественно провозгласил, указывая на беднягу Кирта. — Он приказал охранить только снаружи и всех служащих разогнал…

Рус его перебил:

— Где мой, — выделил это слово, — наместник.

— За ним послали, — с готовностью ответил Следящий, — вот-вот должны привести.

— Надеюсь… — произнес Рус с угрозой, — как твое имя?

— Дик, государь! — и продолжил верноподданнически, — позволь спросить? — дождался важного кивка и продолжил, — ты уже допросил Кирта?

— Не успел, — правитель Кушинара недовольно поморщился, — та падаль, которая изошла пеной, чуть каналы не прожгла. Надеюсь на тебя, господин Дик и твоих Проводников Силы, а мне надоело охранять трупы. Я пошел в кабинет, — но в дверях развернулся, будто только что вспомнив, — да, раз никого нет, то организуй мне обед прямо в кабинете. Пошли кого-нибудь в царское представительство пригласить ко мне Владиланта. Не затягивайте здесь… и прибрать не забудьте. И запомни, Дик: ты на своей должности до завтрашнего дня, если не раскопаешь мне весь заговор. Слышишь? Завтра днем жду тебя с докладом, — с этими словами, не слушая ответа, вышел.

Из доклада Главного Следящего следовало, что во всем виноват бывший князь Ринг, который не смирился с потерей власти. Он запугал Пирка, который, к сожалению, пропал со всей семьей, и принудил его передать власть Кирту. Новый наместник провел во дворец нанятых Рингом «Барракуд». Когда покушение не удалось, то попытался устранить главаря пиратов. Бывший князь, к сожаленью, тоже пропал. Всех ищут. Старшины Гильдии выражают верноподданническую радость по поводу раскрытия заговора, воздают хвалу всем богам за здоровье горячо любимого князя Руса Четвертого. Весь народ в едином порыве побежал в храмы.

Внеочередное собрание верхушек всех Торговых Домов, входящих в Гильдию, состоялось через день после «раскрытия» заговора. Относительно небольшой зал заседаний заполнила толпа человек под пятьсот. Такого на памяти купцов ранее не случалось. Но и повода такого не помнили — сам князь должен был почтить их своим присутствием.

Заседание открыл председатель Гранк:

— Да пребудут с вами боги, господа Торговцы! — поприветствовал он присутствующих и в зале повисла тишина.

Выглядел он как обычно уверенным и степенным, но только стоящие ближе к «старшинской» возвышенности (лавок попросту на всех не хватило и во избежание споров их вынесли) могли заметить его тревожное состояние. Если бы, кончено, внимательно присмотрелись.

— Нас пожелал почтить своим присутствием наш всеми любимый князь Рус Четвертый. Встретим его, господа! — и поднялся со стула. Его примеру последовали остальные старшины и через удар сердца распахнулась задняя дверь «сцены». Князь вошел стремительно.

— Приветствую вас, славные купцы Великого Кушинара! — выкрикнул эту фразу и сел на специально отведенный ему богатый стул. В ответ раздалась невнятная разноголосица, постепенно перешедшая в боле-мене слитный выкрик: «Да хранят тебя боги, князь!», — далеко не армия.

Рус поднял руку и дождался тишины:

— Да хранят и вас боги, и пребудет с вами милость Меркурия. Господин Гранк, приступай к собранию, а на меня прошу не обращать внимания. Я просто посмотреть — послушать пришел.

Ожидавшие иной речи купцы загомонили, но их остановил председатель:

— Займемся делом, господа! Не портите мнение князя о вас. О нас, обо всей нашей славной Гильдии! Тихо!

Первым делом Гранк затеял… отчет о работе Гильдии! Все присутствующие ахнули. Князь в зале, а он! По мере его речи настроение купцов снижалось. Председатель вскрыл все утайки таможни, все недоплаченные налоги.

«Он с ума сошел! Теперь же всем придется раскошелиться! Ой, он же всех людей сдает!!! Все сговоры раскрывает! Это что же… князь… да он всё знал! Потому и пришел. Да он же покушение пережил! Ой, что будет…», — купцы стояли бледнее некуда. Зато князь сидел с самым невозмутимым видом, будто всё происходящее его совершенно не касалось.

После обстоятельного доклада, председатель заявил:

— Господа купцы, дорогие товарищи по Гильдии. Меркурий отвернулся от меня, — «да после твоей речи он и от нас отвернется, старикашка!», — подумали некоторые самые озлобленные торговцы, — и Великие Эй и Гид смотрят на меня с укором. Простите меня, Великие!

«Они-то тебя, может и простят, а мы…», — мысль тех же самых купцов.

— Здоровье и совесть не позволяет мне оставаться на посту председателя Совета Старшин. Я… слагаю с себя полномочия и предлагаю выбрать другого, более молодого и более достойного, — закончил тихим голосом, практически шепотом, но эти слова влились в каждого присутствующего. Им отказывались верить…

Гранк сел, вопреки утверждению о старости, очень даже по-молодому. Просушил горло заботливо поданным вином и крякнул.

Не хочется описывать то, что далее творилось в зале. О князе, похоже, забыли. Это войдет в позорную летопись Гильдии, если таковую задумают написать потомки. Хвала богам, по смертоубийства не дошло и то, благодаря возникшим на выходах этрускам. Откуда только взялись? Закончил это безобразие тот же Гранк, терпеливо дождавшийся, когда самые буйные выдохнутся. Целую четверть молчал! А внимательные купцы, не такие разгоряченные, как большинство их товарищей, заметили, что молчали все Старшины и князь.

— Хватит устраивать базарную свару! — вдруг рявкнул теперь уже бывший председатель сильным и властным голосом. Уставшие купцы послушались. — Предлагаю кандидатуру мастера Рида, моего заместителя. Рид, поднимись.

Знакомый нам купец поднялся со стула Старшины.

— Достаточно молод, богат, честен. В представлении не нуждается. Ну что, «Рий[42]», господа торговцы? — напористо спросил Гранк.

— Рий! — первыми выкрикнули Старшины, — Рий! — повторили они более громко. И лишь затем из зала последовали одиночные выкрики «Рий!.. Рий!..», которые быстро переросли в сплошной гул. Новый председатель был избран. Если и раздавались выкрики «Вий», то их никто не расслышал.