Изгнанники - Дэвид Коу

Все еще посмеиваясь, девушка повернулась к нему:

— Он спросил, почему я не выбрала цвет поприятнее.

— Значит, он не против? — спросил Хранитель, переводя взгляд на мага.

— Пока не сказал. — Она снова заговорила с чародеем, и он подошел к Гвилиму и положил ладонь ему на плечо. Глядя ему в глаза, он что-то сказал Мелиор.

— Он говорит, что понимает твои чувства, — перевела она. — И в другое время он бы ко всему отнесся так же. Но он согласен, что сейчас выбирать не приходится.

Оррис добавил что-то еще, и Мелиор молча и удивленно посмотрела на него. Немного подождав, маг утвердительно кивнул и произнес еще одно слово.

— Еще он говорит, — тихо сказала она, — что, зная, как много я потеряла за вчерашний день, вам обоим надо постараться, насколько возможно, облегчить мне жизнь.

Гвилим посмотрел Оррису в глаза.

— Скажи, что он прав, — тоже негромко ответил он. И, обернувшись к Мелиор, добавил: — И пожалуйста, прости меня.

Она отвела глаза и кивком дала понять, что принимает извинения.

— Поехали, — сказала она, обойдя мобиль и залезая в него.

Оррис позвал ястреба, и вскоре они уже снова виляли переулками и узкими неприметными улочками, пока не добрались до дороги, ведущей на Верхнюю. Мелиор молчала, и Оррис с Гвилимом тоже тихо смотрели в окна. Темнело, и они мчались к далеким горам, казавшимися огромной черной громадой на фоне огней Брагор-Наля.

— Хранитель, — позвала Мелиор, вдруг нарушив тягостную тишину, — ты попал в Брагор-Наль, перейдя Срединный хребет?

— Да. — После долгого молчания Гвилиму показалось, что его голос звучит слишком громко, даже несмотря на гудение мобиля.

— Тебя провели люди из Сети?

— Нет, они рассказали мне дорогу, но шел я один.

— Тебя кто-нибудь встретил на этой стороне? — не успокаивалась Мелиор.

— Да

— А где?

Гвилим прикрыл глаза, стараясь получше вспомнить.

— Около старого пня сразу после крутого поворота реки.

— Какой реки?

Гвилим усердно ворошил память, но так и не смог вспомнить названия.

— Не помню, — наконец признался он.

— Это была река Трех Налей или…

— Точно! — радостно воскликнул он, весь подавшись вперед. — Река Трех Налей!

— Хорошо, уже что-то. Но у этой реки несколько притоков. Ты знаешь, вдоль какого шел?

— Нет, — откинувшись на сиденье, разочарованно произнес Гвилим. — Понятия не имею.

— А что ты о самой реке помнишь? По пути она соединялась с какими-нибудь притоками?

— Да, один раз, — немного подумав, ответил он.

— Это было еще за границами Наля?

— Да.

— Хорошо, — снова сказала женщина. — А с какой стороны света текла эта речка?

— С севера, — почти не задумываясь, ответил Гвилим. — Она текла с севера.

— И ты шел вдоль течения до самого Наля?

— Да.

— Отлично. Теперь я точно знаю, куда нам ехать.

Хранитель заулыбался, и Мелиор, оглянувшись, улыбнулась в ответ.

— Тебе придется замолвить за нас словечко, — помолчав, сказала она. — Тебе Сеть охотнее поможет, чем мне.

— Думаешь, они тебя узнают?

— Вполне возможно, — ответила она. — Правда, до моего квартала далеко, но я — довольно известная фигура.

— Уверен, что они все равно нам помогут, — заверил Гвилим. — Особенно если узнают, что ты одна из нас.

Мелиор круто обернулась, открыв рот. Но потом взяла себя в руки и снова отвернулась к дороге.

— Прости, Мелиор, — извинился Гвилим. — Собственно, сообщать им это не обязательно.

Она с деланным равнодушием пожала плечами:

— Пожалуй, сейчас это уже не важно.

Вскоре Оррис задал Мелиор вопрос, показывая на что-то за окном, и они разговорились. Гвилим поудобнее устроился на своем сиденье и быстро задремал под убаюкивающий звук их голосов. Он просыпался лишь однажды, когда Мелиор, подъезжая к заправке, попросила их с Оррисом лечь на пол. Но когда они снова тронулись в путь, он опять провалился в глубокий сон.

Когда Хранитель проснулся, было уже раннее утро и над ними висело небо грязно-серого цвета Мобиль не двигался, и, сев, Гвилим обнаружил, что они уже съехали с Верхней и стоят в каком-то переулке.

— Мы на границе Наля, Хранитель, — тихо сказала Мелиор.

Под ее красивыми зелеными глазами залегли темные тени, а лицо было бледным и усталым. Но, несмотря на это, она улыбалась, и Гвилим мимоходом подумал: «Интересно, о чем они с Оррисом разговаривали ночью?» При этом он осознал, что Орриса в мобиле нет.

— Он с птицей ушел, — словно прочитав его мысли, сказала Мелиор. — Ей охотиться пора.

Надо же, подумал Гвилим, ее это больше не раздражает.

Она протянула ему кусок мягкого хлеба и какие-то консервированные фрукты, к которым он так привык за последние недели:

— Ты, наверное, тоже проголодался.

— Спасибо.

— Теперь нам придется хитрить, — сказала она, когда он начал есть. — Чтобы покинуть пределы Наля, надо пройти контроль ПСБ. Раньше меня пропустили бы без задержек — мое имя кое-что значило. Может, оно по-прежнему произведет на них впечатление, но я не уверена. Им уже может быть известно, что я в немилости у Седрика.

— Но лучше не рисковать, — подсказал Гвилим, раздумывая, к чему она клонит.

— Да, — отвела взгляд Мелиор. По ее лицу было не понять, о чем она думает, но в этот момент Гвилим вдруг увидел, что она еще страшно молода для такой ноши. — Я никого не боюсь. Но теперь, похоже, все открыли на меня охоту: Седрик, Лезвие, ПСБ. — Она посмотрела через стекло на Орриса. — Дело в том, что я, боюсь, не смогу нас отсюда вытащить. Все, что могла, я уже сделала Теперь твоя очередь.

Гвилим проглотил кусочек хлеба.

— Но я не знаю, где искать Сеть. Я думал, ты довезешь нас до того изгиба реки, о котором мы говорили ночью.

— Мы уже у реки. Она по ту сторону домов, — сказала она, показывая пальцем через окно. А граница Наля отсюда меньше, чем в кваде пути. Это все, что я могла сделать.

Хранитель вздохнул и потер глаза Он еще не совсем проснулся, но, даже находясь в ясном сознании, он задумался бы, может ли он теперь отвечать за всех. Но все же, после того как он так долго полагался на других — Сеть, Мелиор, Орриса, — Гвилиму хотелось попытаться. Там, в Даалмаре, он был главным: на него смотрели и ждали решений. Ему не хватало этого ощущения. Сейчас Мелиор давала ему возможность его вспомнить.

— Ладно, — наконец сказал он. — Сейчас доем, и пойдем.