Под адским солнцем Рая - Васил Шторм

Она понимала. Ей было обидно, что ее так оставили, но принципы, вбитые ей в голову опытными сотрудниками ЦРУ, принципы, которые нельзя подвергать сомнению - эти самые принципы, сейчас перевешивали обиду. Значит, моя задача - сделать так, чтобы обида на свою страну у нее стала больше этих принципов. И чтобы Клирик (ну, или я… а еще лучше, мы с Клириком вместе) стали для нее чем-то большим, чем этот вбитый в подкорку патриотизм.

Я вдруг осознал, что все это понимал еще раньше. Чуть ли не с первой нашей встречи. И шаг за шагом, пытался сблизиться с Хекс. Неожиданно мои собственные шаги, мотивы и желания предстали передо мной в новом свете: ведь в какой-то момент, я был даже готов переспать с ней, лишь бы привязать к себе еще сильнее. Однако за меня это сделал Игорек, в верности которого (что удивительно) я, почему-то, не сомневался.

И вот сейчас… еще рано. Она все еще выберет свою свободную, великую и могучую Америку, чтоб ей пусто было. Значит, надо обострять, поставив вопрос несколько под другим углом.

- Послушай, - я усмехнулся, все еще сжимая сигарету уголками губ. - За убийство этой группы “Cкорпион” ты меня убьешь?

Девушка выдала что-то вроде раздосадованного “Тц”, после чего медленно качнула головой. Отрицательно.

- Не убью. Но и дальше пройти не позволю.

- То есть ты уже идешь на предательство свой родины ради меня, да? - я продолжал улыбаться. - Ведь должна хотя бы задержать? Или нет?

- Заткнись, - о, вот и злость появилась. - А то реально пристрелю. Безо всякого задержания.

- Вот-вот, - усмешка моя стала злой, внутри стала подниматься горячая волна бешенства. - Будь хорошим оперативником своего обожаемого ЦРУ, которое убивает моих друзей. Давай. Стреляй! Давай!

Она приподняла губы, в каком-то жутком оскале, приложила приклад к плечу, прицелилась мне в голову. Я не секунды не сомневался, что она не выстрелит. Не мог позволить себе сомневаться.

Хекс не выстрелила. Держала меня в прицеле пару секунд, потом опустила автомат.

- Сволочь, - бросила она первое обвинение. - Скотина. Почему я должна ради тебя предавать свои идеалы?!

- Эй, полегче! - я сделал осторожный шаг вперед. Потом еще один. - Никто не говорит, что ты должна что-то предавать?

- Ага? А кто только что убеждал меня, что я должна кое-кого убить?

- Точно не я, - еще один шаг, и вот я уже вплотную к Ведьме. В следующее мгновение, я заграбастал ее в объятия, сжал так сильно, как только мог. - Я всего лишь просил тебя не убивать меня.

- Да? - она всхлипнула куда-то мне в подмышку. - Мне показалось, ты говорил с точностью до наоборот.

- Ты права. Тебе показалось, - заявил я. Спустя пару секунд, заговорил снова: - Слушай, родная, если ты меня не пропустишь, я никуда не пойду…

Хекс резко отодвинулась, оттолкнула меня, глядя прямо и зло:

- Какая же ты скотина, Артур! - подняла автомат. - Какого черта?! Какого, твою мать? Я тут, блин, уже почти готова предать саму себя, а ты вдруг идешь на попятный?

- Это потому, что для меня твоя дружба… да и, чего уж греха таить, счастье (а значит, и лояльность) Клирика значит куда больше, чем разборки с Эдой, - а что, неплохо я так с голосом справился. Честно говоря, не ожидал от нее такой реакции. Не успел просчитать. Плохо. Ставлю себе тройку за анализ.

- Хватит лить мне мед в уши, - прошипела Ведьма, но зрачок у нее заметался, ища скрытый смысл в моих словах.

- Я серьезно, - моя рука нарочито медленно расстегнула кобуру, вытащила пистолет и положила его на землю. Ноги сделали пару шагов назад. - Если я оставлю здесь пистолет, и даже позволю тебе себя полапать, и мы оба сделаем вид, что ты меня обыскиваешь… это поможет тебе пропустить меня к Эде?

- Что ты задумал?

- Да ничего. Мне всего лишь нужно с ней поговорить, вот и все. Я не собираюсь вступать с ней в конфликт.

Она долго смотрела на меня. Потом вздохнула, опустила автомат, взлохматила себе волосы на затылке:

- Какого черта? - прошептала она, подошла, подобрала мой ствол. А потом усмехнулась, и поцеловала меня. В щечку. - Будь осторожен, ладно?

- Обязательно, - я улыбнулся вложив в эту улыбку всю нежность, на которую был способен. Она оценила, улыбнулась так же, прошла мимо, почти задев меня плечом, остановившись только у ворот:

- Да, кстати. Меня зовут Рейн. Рейн Смит.

Я обернулся:

- Очень приятно, Рейн.

Ведьма кивнула, и зашагала прочь. Я знал, что сейчас она позвонит Клирику, и очень надеялся, что у них все будет хорошо. Вздохнул, глубоко, протяжно. И, толкнув дверь, вошел в Церковь Насилия.

Эду я увидел сразу. Она стояла на коленях перед статуей Иисуса, и молилась. Не для слабонервных зрелище, надо сказать.

- Прости, если помешал, - произнес я, закрывая дверь, и подходя ближе.

- Не помешал, - она встала, стряхнув с колен налипшую пыль. Повернулась ко мне, улыбнулась: открыто, мягко. - Давно не виделись, Артур…

Чувство опасности взвыло, но мне удалось усмирить инстинкты, и не дернуться в сторону. Спустя долю мгновения, мою шею взяли в мощный захват, а к моему виску был приставлен пистолет. Красивый хромированный пистолет. Беретта. “Абордажная Сабля”.

- …Или, может, мне лучше, называть тебя Александер Томпсон? - продолжила Эда, всем своим видом показывая, что не замечает пистолета у моего лба, и жаркого дыхания Реви мне в ухо.

- Привет, любовь моя, - обратился я к Двурукой. - Я скучал.

Ребекка не ответила, даже не дернулась. Продолжала стоять, крепко сжимая мое горло в захвате, а пистолет - у моего виска.

Я вздохнул, перевел взгляд на монахиню:

- Лучше называй меня Артур, - я поморщился. - Мое предыдущее имя вызывает не самые приятные воспоминания.

- М? - Эда хищно улыбнулась. - Даже не отрицаешь, что все это время обманывал меня и всех своих друзей?

- Я не обманывал, - шея и спина начали затекать, так что я попытался двинуться. Реви легонько рыкнула мне в ухо. - До недавнего времени, я вообще ничего не помнил. Считал себя Артуром Токаревым, и только.

- Вот как? - брови Эды двумя красивыми