Чародей - Джин Вулф

— Сэр Эйбел? Сэр Эйбел?

Я сел и спросил, в чем дело.

— Его светлость, сэр Эйбел. Они… его светлость желают поговорить с вами. Им нехорошо.

Все еще не проснувшись толком, я встал.

— Он умирает?

— О нет, сэр! Надеюсь, нет, сэр. Но он… он не может ходить, сэр Эйбел. Я имею в виду, он хотел попробовать, но они не позволили. Он хотел прийти к вам, сэр. Опираясь на мое плечо, чтобы не упасть. Но они не позволили, сэр Эйбел. Королева, сэр Эйбел, и господин герцог. Вот я и пришел. — Он помолчал и прочистил горло. — Если я оскорбил вас, покорнейше прошу прощения.

Анс пытался всунуть мне в руки миску тушеного мяса и ложку. Мясо пахло восхитительно, и, чтобы Анс угомонился, я взял их и принялся есть.

— Если бы вы пошли со мной, сэр Эйбел… Я знаю, вы ничего мне не должны, но…

— Неправда. Ты смело заступился за меня однажды, Сверт. Думаешь, я забыл?

— Вы помните мое имя, сэр Эйбел? Это… это… Ну, сэр… признаться…

— Ты ел?

— Я? Ну… гм… нет, сэр Эйбел. С тех пор, как мы покинули тот ужасный замок, сэр. Я… я заботился об его светлости, у меня не было времени.

Я отдал Сверту ложку и миску, в которой осталось больше половины мяса, а сам принялся жевать черствый хлеб, поспешно протянутый мне Ансом. Поглощая на ходу пищу (и поглощая по возможности быстрее), мы со Свертом прошли через лагерь к палатке Била.

Я надеялся найти Била спящим, но он полулежал на своей складной кровати, обложенный подушками; на табурете рядом с ним примостилась Идн, а Мардер сидел на стуле и ел кашу.

— Сэр Эйбел. — Бил сумел улыбнуться, хотя я видел, что он терпит ужасные муки. — Сядьте, пожалуйста. Вы, должно быть, устали. Как все мы.

Я посмотрел на Идн, и она кивнула мне, сверкнув диадемой. Мардер тоже кивнул. Сверт принес складной стул, и я сел.

— Возможность видеть вас сидящим и улыбающимся стоит для меня многих часов сна, милорд. Полагаю, ее величество и его милость могли бы сказать то же самое.

— Я убил Трима, — начальника королевской стражи.

— Я слышал. Поздравляю вас, милорд.

— Сам я не могу себя поздравить. — Бил немного помолчал, устраиваясь в постели поудобнее, с искривленными от боли губами. — Вас не было с нами, когда он остановил нас на подступах к Утгарду, сэр Эйбел. И его милости тоже. Но, наверное, вы слышали. Королю Гиллингу рассказали — хотя я не представляю, кто это мог сделать, — о коте ее величества. Кажется, кота она получила от вас.

— Мы попросили отдать нам Мани, отец, — сказала Идн, — и он выполнил нашу просьбу.

— Точно. Именно так. Король хотел увидеть кота и заставил нас ждать за стенами замка. Я стоял там на дороге, на ветру и разговаривал с Тримом целый час. Уговаривал впустить нас, знаете ли. Он был истинным чудовищем, самым огромным из всех ангридов. Я был напуган до полусмерти, но старался не показывать этого.

— Отец, вы нисколько не боялись! — возразила Идн.

— Очень даже боялся. Просто трясся от страха. — Бил улыбнулся. — Если бы мне сказали, что мне придется сражаться с Тримом, я бы наложил на себя руки. Если бы мне сказали, что я возьму верх над ним, я бы сказал, что все предсказания гроша ломаного не стоят, даже мои. Вы меня хорошо знаете, ваше величество. Я качал вас на коленях и играл с вами в прятки. Разве я человек военный? Рыцарь, или что-нибудь вроде?

Идн помотала головой.

— Теперь я убил начальника стражи короля Шилдстара. Но мы хотели поговорить с вами не об этом, сэр Эйбел, хотя, возможно, это имеет отношение к делу. Но я убил Трима и не могу молчать. Конечно, убийство одного великана, пусть даже начальника стражи, ничего не значит для вас. Сколько вы сами убили сегодня? Два десятка?

Я потряс головой:

— Не знаю, милорд. Я не считал. Но меньше.

— Вы скакали по воздуху, — сказал Мардер. — Я слышал о таком чуде и раньше от своих людей, но не поверил. Сегодня я видел это своими глазами. Вы галопом скакали по воздуху, точно по холмам, и ваши стрелы… Я никогда не видел лука столь мощного. Никогда в жизни.

— Все дело в моей тетиве, ваша светлость. Я получил ее в подарок давно, еще мальчиком, но надеялся, что она мне не понадобится в ближайшее время. — Поскольку все молчали, я добавил: — Что же касается скачек по воздуху, то прошу вас, не полагайте ошибочно, будто это делаю я. Это делает моя лошадь. У меня хорошая лошадь.

Мани запрыгнул на колени к Идн, и она улыбнулась:

— И хороший кот.

— Очень хороший кот, когда он перестает быть котом вашего величества.

Мардер опустил ложку в пустую миску.

— Мне нужно выспаться. И сэру Эйбелу тоже. Всем нам. В первую очередь, сэр Эйбел, мы хотели сообщить вам, что после недавних событий Целидон и Йотунленд находятся в состоянии войны. Набеги на наши пограничные территории можно списать на непокорных подданных. Но сегодняшнее нападение никак нельзя.

Я кивнул.

— И мы хотели спросить вас, — сказала Идн, — почему король Шилдстар устроил засаду на отряд его милости. — Она улыбнулась мне знакомой озорной улыбкой. — Рыцарям не полагается много знать. Вы должны смело сражаться и предоставить думать нам. Сегодня в пути мы поддразнивали сэра Свона на сей счет.

— Ваше величество столь же мудры, сколько красивы.

— Благодарю вас. — Она шутливо поклонилась. — Мы королева Йотунленда. — (По раздавшемуся за стенкой палатки шороху я понял, что нас подслушивают.) — Но, к сожалению, королева, лишенная власти, есть королева, лишенная мудрости. Однако она достаточно разумна, чтобы понимать, кто обладает мудростью. Почему король Шилдстар хотел убить герцога и его рыцарей?

— Я не думаю, что он имел такое намерение, ваше величество, — ответил я. — Засада предназначалась не для отряда герцога. Они просто подошли сзади и оказались достаточно умны, чтобы заметить затаившихся ангридов.

— Великанша сэра Воддета заметила, — сказал Мардер. — Я бы поехал прямо на них.

— Хела?

Он кивнул:

— Мы двигались без передового дозора. Теперь я понимаю, что это было глупо.

Идн не сводила глаз с моего лица.

— Если засада предназначалась не для отряда его милости, тогда для кого? Для нас?

— Я могу лишь предполагать. Но да, я думаю, для нас.

— Мы не… мы везли дары Шилдстара королю Арнтору. Зачем ему?…

— Во-первых, чтобы вернуть назад дары. — Я взглянул на Била и Мардера. — Вы желаете присутствовать при разговоре, милорды? Мы с ее величеством можем побеседовать наедине, коли вы предпочитаете отдохнуть.

— Я хочу, очень даже, — сказал Бил, а Мардер кивнул.

— Как вам угодно. Во-вторых, нас в Йотунленде не любят. Пока Шилдстар не взошел на престол, мы для него представляли ценность: воины, потерять которых он не мог себе позволить. Вот почему он помог спастись сэру Свону и его людям, когда на них напали на рынке. Когда он стал королем, мы превратились для него в обузу. Ангриды нас презирают, а он действовал заодно с нами.