Лабиринт Сумерек - Анна Клименко

Увы. И Лан-Ар, и Око Сумерек погибли. А она так и не смогла выполнить то, что должна была.

Эристо-Вет трясущимися руками вложила в ножны бесполезный теперь меч. Но вдруг встрепенулась, мысленно обзывая себя круглой дурой. Нитар-Лисс! Побери Шейнира эту жрицу… Нитар-Лисс не было рядом с Лан-Аром, и вовсе не она погубила Око Сумерек…

«Так что же произошло на самом деле?!!»

Древо… Наверняка оно знало, но отмалчивалось, обидевшись на всех смертных Эртинойса. А Сумеречный бог и вовсе отвернулся в гневе, не желая ни видеть, ни слышать того, что творилось в его Вечном Саду.

Озираясь, ийлура медленно приблизилась к последнему участнику трагедии.

Седой элеан с выбеленными временем крыльями скорчился у подножия холма, уткнувшись лицом в базальтовое крошево. Коричневые пальцы продолжали сжимать старую алебарду, как будто она чем-то могла помочь.

– Не повезло тебе, – вздохнула Эристо-Вет.

Ийлура не видела, как погиб старик, но догадывалась, что элеан попытался остановить Лан-Ара, за что и поплатился. Эристо-Вет перевернула бедолагу на спину – и отшатнулась. На лбу выступили капельки холодного пота. Ну конечно! Именно этого жуткого старика она видела в снах, и этот же элеан заглядывал через плечо Дар-Теену, когда они остановились перед вратами Познания в городе Хатране…

– Уж не знаю, кем ты был, – пробормотала ийлура, – но теперь ты точно отправился к Санаулу.

Эристо-Вет хотела поправить заскорузлую от грязи и крови мешковину, чтобы прикрыть рубленую рану через стариковскую грудь. Ей показалось, что губы элеана дернулись – «неужели живой?!!» – а затем бывалый воин Хранителей Границы едва не завопила от ужаса: сморщенные и высушенные временем пальцы отпустили древко алебарды и ловко схватили ее за руку.

– Покровители!..

Еще через мгновение на нее в упор уставились злые черные глаза.

– Где Око? – просипел старик.

Несколько тяжелых и долгих мгновений он смотрел на нее, прислушиваясь, пытаясь осознать все происшедшее. А затем, почувствовав гибель алмаза, вечный элеан тихо заплакал.

* * *

…Редкие слезы катились по коричневым щекам.

Он сидел, подтянув к груди тощие ноги, распластав белые крылья по черному камню. Глядел на дерево и беззвучно рыдал, словно и не было рядом Эристо-Вет.

Ийлура молчала. Она не знала, что говорить, но думала – вот, похоже, хранитель Вечного Сада, который в одночасье лишился своей драгоценности, а заодно, скорее всего и покровительства Санаула. Какой бог потерпит такое святотатство? Да никакой.

Странно вот только, что старик так и не отправился к трону Покровителя, и полученная смертельная рана затянулась, словно царапина.

«Но разве только это кажется тебе неправильным?»

Нет, не только… Старик стоял за Дар-Тееном и гляделся в зеркало врат Познания. И не раз приходил к Эристо-Вет в снах. Но… Как его заставить говорить? Дать ответы на все накопившиеся вопросы? А вдруг хранитель знает, где сейчас Дар-Теен?

Он поднял голову и, шмыгая длинным носом, пристально уставился на ийлуру. В лунном свете мокрые дорожки на щеках поблескивали, будто наледь.

– Ты опоздала, да?

– Мне казалось, что я могу спасти Око Сумерек.

Элеан нервно хихикнул и, обхватив руками колени, прижался к ним острым подбородком.

– Его не смог спасти даже Сумеречный Отец. А теперь – сколько еще ждать, пока в лоне древа вызреет новый плод?!! И все это время элеаны будут лишены возможности зрить истину!

Он вдруг вскочил на ноги, подбежал к обугленным останкам и ткнул пальцем в пористый булыжник.

– Это все, что мне теперь осталось! Жрица Тьмы извела войско Сумерек и добилась своего. Око погибло…

– Я думала, что она хотела стать подобной богу, – пробормотала Эристо-Вет.

– Подобной богу?!! – элеан повернулся к ней настолько проворно, что ийлура усомнилась – а так ли он стар, как кажется.

– Так было записано в дневнике Ин-Шатура, – растерянно промямлила она, – а он, вероятно, перевел сказания твоего народа, хранитель.

Старик застонал и схватился за голову. Его плечи затряслись.

– Он не мог нигде прочитать об этом, – с хрипом выдохнул элеан, сверля Эристо-Вет безумным взглядом, – ни в одном сказании моего народа не говорится о том, что смертный, взявший в руки Око Сумерек, станет подобным богу.

– Но…

– Если бы это было так, представь, женщина, сколько желающих стать богами уже пришло бы сюда! А ведь избранные элеаны все еще знают, как попасть в Лабиринт… Но хорошо хранят тайну.

– Но откуда же Ин-Шатур тогда…

Старик перебил ее, так и не дав закончить вопрос.

– Он наверняка ошибся, женщина. Тот, кто хотел найти Око Сумерек, всего лишь ошибся, толкуя древнее писание. Он полагал, что станет подобным богу? Но истина в том, что строки о Темном Алмазе на ийлурском будут звучать вовсе не так!

Эристо-Вет моргнула. А элеан, торжественно выпрямившись и расправив крылья, изрек:

– И обратится в божественное ничто тот, кто прикоснется к Оку, и сгорит в божественном пламени Око, и соединятся они у трона Отца-покровителя нашего, Санаула.

Ийлура тихо выругалась. Вот оно что, провались все к Шейнире! Умник Ин-Шатур возомнил, что знает элеанский достаточно хорошо, чтобы толковать древние легенды… И чем все закончилось?

Тряхнув головой, она все-таки спросила:

– Неужели до Ин-Шатура никто из народа ийлуров не брался за перевод?

– Отчего же, брались, – злобно осклабился старик, – но я делал все, что мог, дабы сохранить тайну этого места и неприкосновенность Вечного Сада. На сей раз я не преуспел.

Эристо-Вет помолчала, глядя на черное пятно сажи вокруг навеки замершего Лан-Ара. Куда же исчезла Нитар-Лисс?..

Старик печально опустил крылья и совсем по-детски всхлипнул.

– А теперь я потерял все. И на самом деле ни на что не годен. Зачем я здесь, зачем я нужен Санаулу?!!

Обернувшись к ийлуре, он снова ухмыльнулся – зло блеснули черные глаза-уголья.

– Ты можешь спросить меня, женщина, если есть о чем. А потом – уходи. Я не желаю, чтобы твое присутствие продолжало осквернять и без того поруганную святыню.

Эристо-Вет не заставила просить себя дважды. Вопрос давненько поджидал своего часа – страшный и неприятный, он много дней бередил душу ийлуры.

– Почему Дар-Теен убил Эльваан?

– А-а, вон оно что… – старик прищурился, – а ты догадлива, хоть и ийлура. Хочешь знать? Эльваан умерла, потому что сунула свой нос в тайну Сада. А приказал ее убить – я. Уговорил того ийлура во сне, чтобы он прислушивался к моему голосу… Мы заключили с ним сделку. И после того… Дар-Теен иной раз и сам не помнил, что творил, потому что его воля… – тут элеан судорожно стиснул кулак, – его воля была вот здесь. У меня. И в Лабиринт потом ийлур прыгнул за Альбрусом вовсе не для того, чтобы тебя спасать – а для того, чтобы просто убить синха…