Пророчество: Дитя Земли - Элизабет Хэйдон

— Останови, пожалуйста.

Экипаж еще немного проехал и замер. Пруденс открыла дверь и встала. Кучер не успел помочь ей спуститься по ступенькам. Пруденс подобрала юбки, спрыгнула на дорогу и зашагала к большому зеленому лугу.

Ее глазам предстал похожий на громадную чашу амфитеатр, выдолбленный в земле временем и силами природы и превращенный в произведение искусства руками человека. Забытый всеми и засыпанный пылью истории, он служил местом встреч для огромного количества людей. Разбитое каменное сооружение в самом центре наверняка служило платформой для ораторов. Амфитеатр, окруженный скалистыми уступами, зарос травой и диким кустарником. Пруденс узнала его — Тристан как-то раз читал ей книгу по истории намерьенов.

— Место Великой Встречи, — прошептала она. Именно здесь диковинные, почти бессмертные предки Тристана собирались на свои советы в надежде сохранить мир в Намерьенском королевстве. Они потерпели поражение, но у них были добрые намерения.

— Не понял, мисс, — переспросил кучер.

— Здесь проходили Великие Встречи Гвиллиама, — пояснила Пруденс, повернувшись к нему.

В ее голосе звучало волнение. Чудо, сотворенное природой и руками человека, производило гораздо более сильное впечатление, чем базилика, посвященная Огню, и дворец Тристана, взятые вместе.

Кучер и стражник обменялись ухмылками, а затем кучер открыл дверь экипажа.

— Как скажете, мисс. Пожалуйста, забирайтесь внутрь, нам нельзя терять время. Мы должны добраться до поста через час, иначе мы не сможем выехать назад засветло, и тогда нам ни за что не поспеть к каравану, который мы должны встретить через три дня.

Пруденс оперлась на его протянутую руку и, помрачнев, забралась в экипаж. С тех пор как они покинули Бетани, она уже несколько раз видела эту наглую ухмылку и знала, чем она вызвана. Кучер и стражник считали ее шлюхой Тристана, простой крестьянкой, которая путешествует с роскошью королевской особы или, на худой конец, представительницы аристократического семейства, — их это забавляло. Она услышала, как кучер фыркнул, закрывая за ней дверь.

Экипаж резко дернулся и покатил дальше. Пруденс бросила последний взгляд на древнее чудо, забытое среди заросших зеленой травой склонов гор. Затем она достала зеркало и принялась приводить в порядок лицо, готовясь оказать очередную дурацкую услугу человеку, которого любила.

— Первая Женщина?

Повитухи и Рапсодия одновременно подняли головы. Стражник невольно сделал шаг назад, увидев выражение, появившееся на лицах женщин болгов, когда он прервал объяснения их наставницы.

— Да?

— К вам посыльный. Женщина. Из Бетани.

— Правда? — Рапсодия передала одной из повитух траву, которую они вместе изучали. — Чего она хочет?

— Поговорить с вами.

— Хм-м-м. Где она?

— На посту Гриввен.

— Хорошо. Спасибо, Джарт. Пожалуйста, скажи ей, что я сейчас приду. — Рапсодия собрала оставшиеся травы и лекарства и раздала их тринадцати повитухам, самым уважаемым болгам в Илорке. — Ну, закончим на этом? — спросила она. Широкоплечие женщины дружно закивали и поднялись из-за стола. — Спасибо, что пришли. Я соберу вас в конце недели, обсудим, как действует новое средство. А теперь прошу меня простить.

Пруденс ждала в тени, которую отбрасывали лошади, чувствуя себя в большей безопасности рядом с могучими животными, чем внутри дома для стражи, куда ей предложили войти. За время довольно длительного ожидания она постаралась подготовиться к встрече, но появление Рапсодии все равно застало ее врасплох.

Огромный фирболг в боевых доспехах гордо вышагивал рядом с хрупкой женщиной, закутанной, несмотря на жуткую жару, в серый плащ с капюшоном. Из-за спины великана торчали рукояти клинков, делая его похожим на диковинное животное с колючей гривой.

Только подойдя к ней, женщина сбросила капюшон. И Пруденс увидела поразительной красоты лицо и водопад золотых волос, перевязанных черной лентой. Женщина была одета в простую рубашку из белого полотна и мягкие коричневые штаны, но Пруденс с трудом сдержалась, чтобы не разрыдаться при виде такого совершенства.

Неожиданно слова Тристана обрели смысл. Смотреть в лицо этой женщины все равно, что заглянуть в самое сердце пылающего пламени, завораживающего и притягательного, затрагивающего самые сокровенные струны души.

— Здравствуйте, — улыбнувшись, сказала золотоволосая женщина и протянула миниатюрную руку. — Меня зовут Рапсодия. Вы хотели со мной поговорить?

— Да, — с трудом выдохнула Пруденс.

Она удивленно посмотрела на протянутую руку и, наконец придя в себя, пожала ее. Она оказалась восхитительно теплой и мягкой, и Пруденс пришлось приложить все силы, чтобы опустить свою. Пытаясь скрыть смущение, она быстро достала из дорожной сумки два аккуратно сложенных листа пергамента, скрепленных золотой печатью.

— Его высочество, лорд Тристан Стюард, принц Бетани, попросил меня доставить его приглашение и передать вам лично в руки.

Рапсодия нахмурилась, и у Пруденс сжалось сердце.

— Приглашение?

— Да, — поспешно начала Пруденс. — На его бракосочетание, которое состоится накануне первого дня весны будущего года.

— Но здесь два приглашения.

— Да. Одно для… его величества короля Илорка, а другое — для вас.

Изумрудные глаза женщины широко раскрылись от изумления.

— Для меня?

Пруденс покраснела.

— Да. — Она взволнованно наблюдала за тем, как Рапсодия вертит в руках сложенный пергамент. — Вы удивлены?

Великан, стоявший рядом с Рапсодией, разразился громоподобным смехом, и Пруденс вздрогнула от страха.

— Ну и ну, герцогиня, вот так дела! Принц приглашает тебя на свадьбу. Правда, здорово?

Рапсодия протянула Пруденс приглашения:

— Тут какая-то ошибка. Зачем правителю Роланда присылать мне приглашение на свадьбу?

Пруденс прижала руку к груди и почувствовала, что сердце так неистово бьется в ее груди, будто хочет выскочить.

— Герцогиня? Прошу меня простить, я не знала. Надеюсь, вы простите меня за то, что я не выказала вам должного почтения, миледи.

— Не беспокойтесь, — поспешно проговорила Рапсодия. — Он шутит.

В янтарных глазах великана зажглись веселые искорки.

— Ты это чего, подружка? Она герцогиня Элизиума, мисс. Самая высокорожденная леди в Илорке. — Пруденс кивнула, и в глазах у нее появилось новое выражение.

— Этот титул не имеет ровным счетом никакого значения, — сказала Рапсодия, бросив сердитый взгляд на Грунтора. — Для вашего господина я по-прежнему остаюсь крестьянкой. Я прибыла к его двору в качестве посла короля Илорка. И хотя наша последняя встреча прошла вполне цивилизованно, в целом у нас сложились достаточно напряженные отношения. Поэтому я не вполне понимаю, почему он решил прислать мне приглашение на свое бракосочетание. Я уверена, что тут какая-то ошибка.