Центурион Траяна - Александр Старшинов

Лето 855 года[172]от основания Рима. Долина реки Стрей

Кука полагал, что Адриан отправит «славный контуберний» на поиски дороги к дакийской столице, но вверх по Апа-Грэдиштя уехал верхом Декстр с отрядом конных разведчиков. С некоторых пор Декстр стал выделять командира конной разведки Тиберия Клавдия Максима и поручал тому самые отчаянные и дерзкие рейды.

– У нас появился конкурент, – сквозь зубы процедил Кука, узнав, что «славный контуберний» должен пробраться в долину Бистры и узнать, где сейчас находится армия Траяна.

Пришлось Куке и его друзьям вновь переодеваться даками, кутаться в серые толстые плащи и волчьи шкуры, римские шлемы прятать в дорожные мешки и в таком виде красться, пересекая долину Лункани, а затем обходить горные хребты, что стерегли долину Стрея. Несколько раз встречали они постройки на склонах – крошечные поселения из нескольких домов или отдельно стоящие крытые дранкой жилища, но все они, похоже, были пусты: люди ушли отсюда и забрали с собой все, что могли унести.

Чем дальше на юг продвигались разведчики по долине, тем громче становился странный гул впереди. Будто гроза без молний бушевала в горах. Гул все усиливался, отдаваясь причудливым эхом в горах, но, когда к вечеру долина расширилась, странные звуки стали стихать, и разведчики поняли, что впереди лежит поле боя. Еще час назад, а может, и меньше, здесь кипела битва. Травы вокруг не было видно, а где была – побурела от крови. Запах крови, запах смерти витал над долиной. Тела лежали повсюду. Где поодиночке, где грудами, в одном месте – высокой грядой. Видимо, здесь противники рубились с бешеной яростью, давили друг на друга, пытаясь разорвать строй, уверенные, что победа вот-вот будет им дарована. Ауксилларии вперемежку с даками, полуголый германский симмахиарий в смертельных объятиях с пилеатом в чешуйчатом доспехе. И уже поверх – легионеры в железных лориках. Вечерело, в долину спускался плотный туман, и было не понять – что там впереди, и кто вообще победил. Кто-то из лежащих на земле был еще жив. Один из раненых, явно дак, принял разведчиков за своих и, моля о помощи, схватил Малыша за ногу. Малыш вытащил раненого из груды тел и даже помог перевязать руку и залитый кровью бок.

– Благодарю… – простонал раненый и, сомлев, растянулся на камнях.

Легионеры обнажили мечи и двинулись дальше, оглядываясь. Мерещилось, что вот-вот с заросших орешником склонов на них ринутся из засады даки. Но никто не нападал. Само собой получилось, что Молчун выдвинулся вперед и жадно втягивал в себя пахнущий кровью воздух.

Наконец, не сговариваясь, Кука и его друзья остановились. Впереди лежала груда тел – опять вперемежку даки и ауксилларии. Два десятка тел рухнули поперек горного ручья, образовав плотину. Теперь вода, порозовевшая от крови, кипела в маленькой запруде и, переливаясь через груду тел, бежала дальше вниз уже алой.

– Неужели даки победили? – прошептал Малыш.

– Чтоб тебе в долину всех болезней отправиться! Нет, конечно, – огрызнулся Кука.

– Почему нет? – спросил Приск.

– Тиресий? – повернулся к предсказателю Молчун.

Тот не отвечал.

Туман становился все гуще.

Внезапно из его молочной густоты выступила массивная фигура. Она медленно двигалась между телами, периодически наклоняясь и нанося удар. В первый момент Приск подумал, что странный призрак колет своим гладиусом землю. Но потом понял – добивает раненых. Человек сделал навстречу «славному контубернию» еще несколько шагов, и Приск понял, что это центурион, – алый поперечный гребень был уже отчетливо различим.