Время лжи - Карина Хэлли

Порой панические атаки появлялись внезапно, но я знала, что эта связана с ситуацией. Было нечего бояться. Я увижу Декса. Но между нами появлялась неловкость, когда мы какое-то время не виделись. Хотя я не думала, что сейчас дело в этом. Я же говорила с ним прошлым утром, получила координаты его квартиры.

Просто я не знала, какой окажется Джен. Я и не знала, как они будут себя вести? А если это страстная парочка, целующаяся каждые пять минут? От этой мысли я закатила глаза.

— Ты в порядке, девчушка?

Я заморгала от дождя и посмотрела на юношу с дредами, остановившегося неподалеку.

Я быстро кивнула, не нашла слов и смутилась.

— Здесь редкие люди любят дождь, — сказал он скорее себе, чем мне, и пошел по улице, пока не пропал из виду.

Я собралась с мыслями и взяла себя в руки. Нужно приступать к делу, иначе вся неделя будет тратой времени. Если Джен и Декс будут вести себя мило, так тому и быть.

Это лишь часть процесса, придется смириться с этим.

Хоть я и не хотела этого, я представила их вместе, страстно целующихся. Было больно, но я думала об этом и заставляла себя видеть каждую деталь, чувствовать все, что я собиралась ощутить. Отвращение, стыд, смущение, ревность, зависть, неловкость и даже похоть. Я ощущала это на парковке рядом с магазином пончиков, не глядя на людей, проходящих с горячим кофе и яркой выпечкой. Я видела только Декса и Джен. Джен и Декса.

А потом все закончилось. Я представила худшее и выжила, хоть ноги и подрагивали, а меня подташнивало.

Я отогнала мысли, включила любимую песню «Alice in Chains» — «Again» — чтобы придать себе сил (да, выбор был странным, но это ведь Сиэтл), и вернулась на мотоцикл.

Я несколько раз повернула налево, пытаясь попасть в нужную сторону, и вскоре оказалась у их здания. Дом был на углу напротив супермаркета и монорельса, он выделялся среди остальных зданий своим французским дизайном. Так выглядели дома в Париже, но рядом со Спейс-Нидл такой дом казался неуместным.

Я посмотрела на окна, размышляя, где именно их квартира, смотрят ли они на меня.

Я глубоко вдохнула, сжала и разжала кулаки и пошла к дверям.

Я ввела номер и ждала, затаив дыхание. Быстро раздался щелчок из колонки, я собралась заговорить, а дверь громко загудела.

Слишком доверчиво. Я могла быть кем угодно. Хотя он или она могли видеть, что я подъехала. От этого я нервничала сильнее, но прогнала горячие чувства, что сжимали горло, и вошла в чистый вестибюль в стиле арт-деко. Я прошла к лифту, мокрая подошва ботинок скрипела на черно-белой плитке, напоминая писк крыс. Я замерла перед зеркалом у лифта и оглядела себя.

Я была в высоких вишневых ботинках, черных леггинсах, сером свитере длиной до бедер и в черной кожаной куртке. В одной руке я держала рюкзак, в другой — коричневую сумку и шлем. Волосы примял шлем, а дождь превратил меня в растрепанную игрушечную собаку. Нос был красным, это можно было скрыть пудрой, но я боялась, что, чем дольше мешкаю в вестибюле, тем вероятнее, что за мной спустятся Декс или Джен и поймают за этим.

Я забралась в лифт, выбрала этаж и осторожно вышла на красный ковер в коридоре.

Их квартира была в конце коридора, дверь зловеще манила издалека.

Я осторожно шла туда, подумывая развернуться и убежать. Но я не могла. Я шла, сердце застряло в горле, и я понимала, какие смешные у меня чувства. Но понимание их никак не убирало.

Пора было покончить с этим. Я трижды стукнула в дверь.

Дверь тут же распахнулась, и я оказалась лицом к лицу с самой Дженнифер Родригез.

Я перестала чувствовать тело. Я знала, что мои глаза расширились от испуга. Я не смогла даже выдавить улыбку.

Она была выше, одного роста с Дексом. Она была тоньше, как часто и оказывалось с теми, кого видел по телевизору (или в Интернете). Она была высокой и худой, но ее формы были соблазнительнее, чем у моей сестры. Она была в тесных джинсах, на высоких каблуках и в черном коротком топе без рукавов, подчеркивающем небольшую упругую грудь. Ее кожа была медовой, а глаза — ореховыми, волосы раздражающе сияли и завивались, были на пару оттенков темнее ее кожи.

Я не знала, как долго разглядывала ее, но вдруг она открыла рот, и я могла видеть лишь белые зубы и розовый блеск. А потом она потянулась ко мне. Словно хотела обнять.

— Перри! — воскликнула она, и голос неприятно напоминал Блейк Лайвли с этим низким тоном. Ох и парочка с сексуальными голосами!

Она быстро обняла меня, пока я отчаянно пыталась что-то сделать или сказать. Я не могла даже коснуться ее спины. Я была потрясена.

— Рада наконец тебя встретить, — сказала она, отодвинувшись и окинув меня взглядом.

— Проходи, ты, наверное, замерзла. Здесь последние дни зарядили дожди, они могут пробираться в кости, ты знала?

Я вроде неразборчиво отозвалась, а она провела меня в квартиру.

— Я возьму, — сказала она и забрала у меня рюкзак. Она понесла его в комнату и пропала. Я проводила взглядом ее небольшую задницу.

Я стояла в прихожей квартиры Декса и Джен. Кроме пары коробок в углу, остальное они успели расставить. Справа была современная кухня с барной стойкой и стульями, откуда открывался вид на гостиную с книжными полками и большой развлекательной системой. Рядом был круглый балкон с видом на монорельс. В углу квартиры были двери, ведущие, как я подозревала, в их спальню и ванную, а французские двери вели в комнату, куда ушла Джен.

Квартира была современной, небольшой и не казалась обжитой. Я не чувствовала тут дух Декса.

— Перри? — спросила Джен, показавшись из-за дверей. Я посмотрела на нее, не видя.

Все казалось нереальным. Я попала сюда? И где вообще Декс?

— Прости, — я тряхнула головой. — Путь был долгим. Я едва чувствую пальцы.

Джен с сочувствием посмотрела на меня, казалось, искренне. Я не знала, что меня удивило, ведь у меня не было повода думать, что Джен меня ненавидит… из-за того, что она не нравилась мне.

И теперь я ощущала себя плохо из-за того, как думала о ней все это время. Она не была злой сукой, какой я ее представляла. Или была?

Она прошла ко мне, цокая каблуками по паркету, и протянула руки.

— Хочешь, я отнесу остальные твои вещи в комнату?

— Нет, я справлюсь сама, — сказала я. Я шагнула к ней, но мокрые ботинки скрипнули, напомнив, что было грубо, наверное, идти так по ее (их) квартире. Я склонилась и начала тяжкий процесс развязывания шнурков, но она сказала мне не утруждаться.

— Мы тут не привереды, — добавила она и поманила меня за собой. Я не зала, можно ли этому верить. Декс, может, и был немного хаотичен, а квартира выглядела чисто, наверное, заслугами Джен. Ладно. Если я могу оставить ботинки, я их оставлю.

— Тут я буду спать? — спросила я.