Возвращение изгнанника - Раймонд Фейст

— Как его зовут?

— Бандамин.

— Хороший человек?

Она кивнула.

Больше Каспар не расспрашивал ее. Он предполагал, о чем сейчас думала Джойханна: как бы повернулись события, если бы Бандамин был дома, когда появился Каспар. Со словами: «Я пошел рубить дрова» — он вышел из дома.

Топор действительно нашелся в сарае, рядом с небольшой поленницей. Каспар поискал Джоргена: тот за домом кормил кур. Подозвав мальчика, бывший герцог сказал, указывая на поленницу:

— Скоро надо еще.

Мальчик кивнул и быстро затараторил, показывая на рощу деревьев за лугом. Каспар потряс головой:

— Я ничего не понимаю. Говори помедленней.

Джорген, в свою очередь, тоже ничего не понял. Тогда Каспар изобразил быструю речь, а затем повторил то же, только отчетливее и гораздо медленнее.

Лицо мальчика осветилось пониманием, и он сказал вполне вразумительно:

— Мы рубим деревья там.

Каспар кивнул:

— Хорошо. Потом.

Он был все еще слаб после недельного блуждания по скалам, но сумел наносить в дом дров, которых хватит как минимум на несколько дней.

Когда он сгружал последнюю охапку поленьев в ящик рядом с очагом, Джойханна спросила его:

— Почему ты здесь?

— Потому что мне нужна вода и еда, чтобы не умереть.

— Нет, не на ферме, — тщательно выговаривая слова, попыталась объяснить Джойханна, — а здесь. — Она широко развела руки, словно указывая на больший регион. — Ты пришел… — Несколько слов Каспар не понял, и женщина заметила это. — Ты живешь далеко?

— Да, я чужеземец, — догадался Каспар. — Я живу очень, очень далеко. — Он присел на стул. — Трудно сказать без… — Он помедлил, не зная, как обойтись своим ограниченным словарем. — Мало слов, — наконец сказал он. — Потом, когда я узнаю много слов, я расскажу тебе.

— Правду?

Несколько мгновений он смотрел ей в глаза, потом сказал:

— Я расскажу тебе правду.

Она тоже некоторое время не отводила взгляда от его лица, потом, коротко кивнув, вернулась к хлопотам по хозяйству.

Каспар вышел и увидел, что Джорген направляется в сторону луга. Он хотел было пойти за мальчиком, но остановился, не представляя себе, какую работу он мог бы выполнить, чтобы помочь этой маленькой семье. В Оласко герцог являлся владельцем некоторого количества ферм, но все они сдавались в аренду, сам же он не имел к ним никакого отношения, только изредка проезжал на лошади мимо. В общих чертах он догадывался о том, что производят эти фермы, но совершенно не знал, каким образом. Посмеиваясь над собой, Каспар все же решил последовать за Джоргеном. Чем раньше он начнет учиться, тем лучше.

* * *

Срубить дерево оказалось куда более трудной задачей, чем предполагал Каспар (да где ему было учиться: он ведь видел, как валят лес, лишь раз, в далеком детстве). В конце концов ему это удалось, но при этом падающее дерево чуть не задавило его — что вызвало злорадный смех Джоргена, однако и тому понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя после первого шока.

Очистив ствол от веток, Каспар разрубил его на несколько частей, с которыми, по его расчетам, уже можно было справиться. Получившиеся обрубки он обвязал кожаными ремнями, которые затем можно было бы прикрепить к лошадиной упряжи. Увы, единственная лошадь этой фермерской семьи пропала вместе с отцом Джоргена, потому роль тягловой силы выпала на долю Каспара. Впрягшись в один из обрубков, он побрел к дому по сырому лугу, спотыкаясь на каждом шагу, напрягая все силы, а норовистое бревно то застревало в ямках, то скатывалось с бугорков в сторону.

Довольно скоро Каспару пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание. Утирая пот, он признался Джоргену:

— В лесу мне эта идея казалась удачной.

Мальчик засмеялся. — Я же говорил тебе. Надо было нарубить его прямо там, а потом уже перенести поленья к дому.

Каспар удивленно затряс головой. Ему выговаривал ребенок. Это настолько не вязалось с тем, к чему привык герцог Оласко, что он даже не очень рассердился. Все окружающие без исключения всегда обращались к нему с глубоким почтением, и уж конечно не смели произнести в его адрес что-либо, хоть отдаленно напоминающее критику. Каспар вновь впрягся в ремни, думая, что если бы сейчас его увидел Ког Ястринс, то повалился бы от смеха на землю.

Рядом шел, насмешливо хихикая, Джорген. Его ухмылки оказались настолько заразительными, что и Каспар не сдержал улыбки.

— Ну ладно, ты был прав. Сбегай назад за топором, и мы нарубим эту штуку прямо здесь.

Джорген вприпрыжку унесся обратно в рощицу. Каспара совсем не радовала перспектива десять-двенадцать раз сходить от луга к дому и обратно, чтобы перенести все дрова, но его первоначальная затея без лошади была просто неосуществима. Он потянулся, расслабляя мышцы, а потом обернулся, чтобы посмотреть, не возвращается ли с топором Джорген.

Каспар провел на ферме уже восемь дней. То, что для мальчика и его матери начиналось как пугающее вторжение, постепенно превратилось в довольно мирное сосуществование. Их нежданный гость по-прежнему спал у двери, но уже не забирал на ночь все острые и тяжелые предметы. Он оставил за собой это место, потому что не желал нарушать относительное уединение Джойханны за занавеской, а также из соображений безопасности: любой, кто попытается войти в дом, сначала должен будет справиться с Каспаром.

Географическое положение фермы Каспар представлял себе пока довольно смутно, но он не сомневался, что место это было далеко не безопасным. Разбойники и шайки мародеров наверняка орудовали в этом районе. К счастью, ферма располагалась в отдалении от старого торгового пути — того самого, на который наткнулся Каспар, — и поэтому сюда редко кто-нибудь забредал.

Каспар еще раз потянулся, с удовольствием ощущая силу мыши. За три дня, что ему пришлось обходиться без еды и воды, он сильно похудел, а за последнюю неделю тяжелый труд еще более иссушил его тело. Широкоплечий мужчина, бывший герцог всегда с легкостью носил свой вес, а пищу и вино потреблял только высшего качества. Теперь ему пришлось облачиться в одежду пропавшего без вести Бандамина, потому что его собственная стала ему слишком велика. Не имея в своем распоряжении ни бритвы, ни ножниц, ни зеркала, Каспар махнул рукой на свою когда-то аккуратно подстриженную бородку. Каждое утро, перед тем как зачерпнуть из ведра воды и ополоснуться, он с удивлением глядел на свое отражение: на него смотрело незнакомое лицо, загорелое, бородатое, худое. Прошло всего две недели, как он оказался здесь, — на кого он будет похож через месяц? Каспар не хотел задумываться об этом; в его планы входило научиться у этих людей всему, что они сами знают, и отправиться дальше, так как его будущее заключалось не в фермерстве. И все же иногда он задумывался, как Джойханна справится с хозяйством, когда ему пора будет покидать ее дом.