Поводок для волка - Елена Малиновская

— Да плевать мне на нее! — Норберг досадливо поморщился.

Он по-прежнему сидел в напряженной позе, словно в любой момент готовился отразить нападение.

Фелан хотел было еще что-то спросить, но Норберг приглушенно зарычал — и блондин понятливо смолк. Откинулся на спинку сиденья, с нескрываемым любопытством наблюдая за действиями своего брата.

Тот тем временем крепко зажмурился. Его губы то и дело кривились, между бровями залегла глубокая тревожная морщина.

— Илария, — наконец буркнул он, почти не разжимая губ.

— Кошка? — с еще большим изумлением уточнил Фелан. Дождался утверждающего кивка брата и обеспокоенно спросил: — Что с ней?

— Метка сработала, — так же сухо ответил Норберг. — Наша прелестная киска попала в беду. В беду серьезную.

Улыбка стремительно сошла с губ блондина. Он мгновенно стал очень серьезным.

— Ты вроде кого-то хотел приставить присматривать за ней? — отрывисто бросил он.

— Вызови в замок Винлана, — приказал Норберг. С тяжелым вздохом добавил: — И пошли, что ли, букет с извинениями виере Вивьен. Соври, что я отравился и лежу при смерти. Ты прав, с этой гадюкой лучше не ссориться.

Фелан понятливо кивнул. На некоторое время в карете воцарилась тишина.

Я прекрасно понимала, что мне слабо улыбнулась удача, но отсрочка вряд ли продлится долго. Дик скоро вернется, после чего мне останется лишь молиться всем богам о быстрой смерти.

Предположим, мой похититель захочет сначала выгнать перепуганную ворону. Если мне очень повезет — потом проверит первый этаж, желая убедиться, что никто не помешает его омерзительным забавам в самый неожиданный момент. Но опять-таки вряд ли Дик потратит на это много времени. Получалось, что у меня в запасе всего минут пять или десять.

Как ни странно, за краткий миг чтения чужих мыслей я узнала о насильнике достаточно. Наверное, страх усилил мои ментальные способности, поскольку никогда прежде мне не удавалось за неполную минуту выяснить столько подробностей. Например, я была в курсе того, что в глубине души Дик не считает меня ни оборотнем, ни даже ведьмой. Ведьмами он называл всех девушек, которые имели несчастье ему приглянуться. Это было своего рода оправданием того, что он с ними потом делал. Мол, это не он такой мерзавец и урод. Это они во всем виноваты, а он лишь спасает мир от гадких колдуний, сводящих мужчин с ума при помощи чар.

Дик настолько уверовал в эту ложь, что даже приобрел оковы из особого сплава, способного блокировать магию. Они служили своего рода подтверждением его правоты.

Я резко затрясла головой, силясь разогнать туман перед глазами. Левая щека после удара Дика онемела, ухо заложило. Но я была в сознании. И у меня имелось несколько минут. Если я бездарно потрачу это время — погибну от рук извращенца. Причем мою смерть нельзя будет назвать ни быстрой, ни безболезненной. Поэтому я не могу спокойно ожидать возвращения своего мучителя. Необходимо найти выход из этой, в сущности, безвыходной ситуации!

Естественно, первой мыслью было воспользоваться своими ментальными способностями. Но почти сразу я со вздохом сожаления отказалась от этой идеи. Нет, вряд ли получится. Увы, мои достижения в этой области магического искусства не настолько велики. Максимум, чего я смогу добиться, — легкого раскаяния, да и то не факт. Если Дик решит убивать меня чуть менее мучительно, чем собирался, мне от этого вряд ли станет легче.

Я нахмурилась, силясь придумать еще что-нибудь. Переступила с ноги на ногу, и кандалы на моих щиколотках приглушенно звякнули.

Неожиданно этот неприятный скрежещущий звук пробудил в моей голове некое смутное подобие… Нет, не гениального плана на спасение, конечно. Но у меня появилась догадка, что я могу предпринять.

Итак, оковы на моих руках и ногах зачарованы от воздействия колдовства, поскольку Дик усердно притворяется, будто охотится исключительно на ведьм. Но я не ведьма, а оборотень! А это немного другое. Выплеск магической энергии происходит только в момент превращения. Ну, или если я прибегаю к помощи звериной стороны своей натуры. Например, это произошло недавно, когда я попыталась воспользоваться зрением кошки. Получается, если мне удастся перекинуться, то в иной ипостаси оковы мне уже будут не страшны. Мало того, они сами спадут с моих конечностей, поскольку кошачьи лапы намного тоньше человеческих рук и ног.

Это была неплохая идея. Разумная, по крайней мере. И я не видела никаких препятствий для ее осуществления. Кроме одного.

Боль.

Наверняка при превращении я испытаю невыносимую боль. Оковы непременно отреагируют на такой выброс энергии. Нет, я не умру, но обязательно потеряю сознание. И большой вопрос — сколько времени продлится мой обморок. Если я очнусь достаточно быстро — успею встретить Дика клыками и когтями. Но что, если он вернется и найдет на полу бесчувственную кошку? Не стоит быть провидицей, чтобы понять: ничего хорошего после этого мне ждать не стоит.

Эх, была не была! Даже если Дик забьет меня до смерти, обнаружив, что по случайности поймал оборотня, это куда лучше участи, которая и без того меня ожидает. По крайней мере, я умру намного быстрее и не познаю всех «прелестей» изнасилования.

Я глубоко вздохнула, набираясь решимости. Затем потянулась к звериной стороне своей натуры.

О, сказать, что это было больно, — не сказать ничего. На какой-то миг почудилось, что мое тело охватил жидкий огонь. Наверное, я бы даже закричала, хотя осознавала какой-то частью рассудка, еще не охваченного пламенем невыносимого страдания, что этого делать ни в коем случае нельзя, если я не хочу мгновенного возвращения Дика. Но мне в некотором смысле слова повезло: спазм перехватил горло, и я не могла издать даже писка задушенной мыши.

Никогда прежде я не испытывала ничего подобного. Чудилось, что невидимый молот тщательно дробит все кости и суставы, что мышцы рвутся одна за другой от величайшего напряжения. Тело выгнулось дугой.

Наверное, прошла целая вечность перед тем, как я соскользнула в небытие. Последнее, что услышала перед тем, как милостивая темнота набросила на меня покрывало забвения, — лязг упавших оков.

Норберг, отдающий последние негромкие распоряжения Винлану, высокому темноволосому мужчине, осекся на полуслове. Устремил отсутствующий взгляд поверх почтительно склонившейся головы.

В огромной гостиной фамильного замка рода Клинг было темно. Маг не стал будить иллюзорное заклинание, дремлющее в камине. Лишь тусклая магическая искра в полном одиночестве плавала под потолком, выхватывая из мрака узкий кружок пространства, в который попали кресло нынешнего вожака стаи и мужчина, застывший около него в ожидании новых приказаний.

Винлан не позволил себе ни жестом, ни словом выразить удивление по поводу столь резко прервавшегося диалога. Он продолжал стоять в неудобной позе, ожидая, когда Норберг продолжит говорить.

Тихий стон сорвался с губ мага.