Под знаменем Воробья - Виктор Ночкин

— Естественно. Тем более, что дальше наши мысли расходятся. Ты думаешь, что Томен Ротт — богатый человек и заплатит за все, что выпил, а я уверен, что он — без гроша.

— Эй, ты чего там бухтишь? — подал голос объект дискуссии, — Томен Ротт всегда платит по счету! Всегда…

Лицо шкипера приняло озадаченное выражение, его рука вновь и вновь ощупывала то место на поясе, где должен был быть кошель.

— Что брат? — спросил у него Никлис, занявший тем временем позицию за соседним столиком. — клиент тебя надул? Не заплатил по уговору?

Томен Ротт задумался так глубоко, как может задуматься только вдрызг пьяный человек, наконец он изрек:

— Ничего подобного! Он заплатил, клянусь хвостом Морского царя! Он, Гангмар его возьми, заплатил вдвое — и с уговором, что я напьюсь вусмерть, едва только найму для него фургон и слуг! Он платил золотом!

— Да он же известный плут, — принялся втолковывать шкиперу Никлис, — ты что же, почтенный, обманщиков никогда не встречал? Он одной рукой даст, а другой тут же и отберет… Вот и сказал тебе — напейся. Чтобы ты, слышь-ка, не хватился, что денежки тю-тю…

Шкипер снова глубоко задумался, но тут подал голос хозяин таверны:

— Эй, Ротт! Не верь им, это они обманщики!

Один из забулдыг, дремавших у столика в темном углу, скинул дремоту и поплелся к выходу, стараясь не привлекать внимания. Навстречу ему встал Филька и, пихнув в грудь, отбросил его обратно от двери. Кендаг встал рядом с эльфом и вытащил из складок своего нелепого наряда здоровенный кинжал.

— Вот что, — объявил от стойки Ингви, — из зала никто не выйдет, пока я не получу кое-каких сведений от шкипера Ротта.

— Ничего я не скажу, колдун проклятый! — упрямо провозгласил Ротт.

— Мое обещание остается в силе, — пожал плечами Ингви, — ничего не скажешь, значит никто отсюда и не выйдет… вообще. Решай…

— Я пьян!.. — теперь уже плаксиво заявил шкипер. — Я пьян и ничего не помню.

— Конечно, конечно, — согласился Ингви, — ведь это условие сделки с Пронырой… Ну, с тем толстячком, что тебя нанял в Верне. Ты должен будешь напиться и все забыть. Но это дело поправимое. Хозяин!

Ингви зашел за стойку и взял мрачного хозяина левой рукой за воротник.

— Хозяин, моя правая рука под полой плаща. В этой руке очень острый кинжал — я понятно объясняю ситуацию? Очень хорошо. Сейчас мы с тобой прогуляемся в недра твоего заведения и вернемся с холодной водой для мастера Ротта. Поварам или кто там у тебя есть внутри — ни слова!

* * *

Рейс «в недра» Ингви с хозяином для верности совершили дважды, оба раза мрачный дядя принес по два ведра. Затем Ингви втолкнул его в зал к посетителям, которых Никлис уже успел собрать в одном углу.

— Итак, мастер Ротт, — объявил Ингви, поднимая первое ведро, — начнем процесс восстановления памяти…

И окатил шкипера водой, что-то бормоча. После третьего ведра Томен, сопя и отхаркиваясь, поднял руку:

— Ладно, ладно… Хватит… Я расскажу.

— Давай-давай… Итак, ты выгрузил купца в порту…

— Ну да, его и того верзилу… А он же не знает ничего в Нелле, купчишка этот, ну и попросил меня — сведи, дескать, с честным и не болтливым человечком. Ему, мол, путешествие предстоит, нужно все необходимое…

— Так. Давай дальше. Ты же видишь, самое трудное — это начать. Потом уже проще.

— Ну а затем я свел его с хозяином постоялого двора одного…

— Точнее, мастер Ротт.

— Постоялый двор «Башня Талликона». Ну а у хозяина они все и купили, южане то есть… О дороге расспросили…

— Мастер Ротт, мне нужны подробности. Что купили, по какой дороге отправились…

— Да не знаю я больше ничего… О-ой-й! — Никлис, приблизившийся во время разговора к шкиперу сзади, резко взмахнул дубинкой.

Публика в углу зала вяло зашевелилась — Кендаг вытащил второй кинжал. Шумок утих. Шкипер задумался, потом повторил:

— Больше ничего не знаю.

— Знаете, мастер Ротт. Но не говорите, потому что не боитесь дубинки. Никлис, погоди… Совершенно с вами согласен, мастер Ротт, дубинка — это не очень больно, — в голосе демона послышались зловещие нотки, — больно — это когда сгораешь заживо…

Ингви пошептал в левый кулак, затем раскрыл — в горсти пылало зеленое пламя.

— Я буду считать до десяти, мастер Ротт, затем — если ничего не услышу — прикоснусь к вашему левому глазу… Раз… Два…

— Стойте!

— Три…

— Нет! Не надо!

— Четыре… «Не надо» — это все еще не то, что я хочу услышать… Пять…

— Ладно, колдун, будь ты проклят!.. Он нанял фургон. Он расспрашивал о дороге в Андрух. Через Неллу и Анновр. Мы посоветовали ему ехать до Мерна, там сесть на барку и по Золотой реке…

— Шесть… Андрух меня не интересует. Я еще не услышал ничего о дороге в Ренприст.

— Ладно, Гангмар тебя возьми… все равно ты уже знаешь. Он собирался в Ренприст. Нанял фургон и пару лошадей. Еще двух человек по совету хозяина «Башни Талликона». Фургон с зеленым верхом. Он собирался ехать старой дорогой — огибая Малые горы с севера.

— Допустим… — Ингви задумался и считать перестал. — Вставай, пойдешь с нами.

— Куда это с вами? Никуда я не пойду… — однако прежнего гонора в голосе мастера Томена уже не было, — как только выйдем на улицу — я подниму шум. Это только здесь, в кабаке, вы можете духариться… Пока стража не видит…

Вместо ответа Ингви поднес к носу моряка пылающую ладонь.

— Как только раскроешь рот… Знаешь, что бывает, если прикоснуться этим к коже? Очень больно и вонь потом такая, что, кажется, в век не отмоешься… В общем давай, вставай-ка и пойдем. Пройдемся до этой «Башни Талликона», пусть хозяин подтвердит твои слова.

— Ладно… Гангмар… Твоя взяла. Фургон с синим верхом. Лошади гнедые… По старой дороге, южнее Малых гор… — шкипер поник.

— Теперь уже лучше, — Ингви картинно дунул на ладонь, пламя потухло, — ну а теперь, почтенные, вам пора вздремнуть… Не беспокойтесь — пара суток хорошего сна пойдет вам на пользу, заодно и протрезвеете…

Прочитав заклинания и погрузив посетителей таверны в сон, Ингви покинул заведение, следом за ним вышли его спутники.

— Ингви, — поинтересовался Никлис, — а что это морячок протрезвел от пары ведер воды? Интересно…

— Нет, не только от воды, я еще и прочел заклинание. Ты мне зубы не заговаривай, где его кошелек?

— Да вот он, вот кошелек… Ты, твое демонское, если будешь попрошайкам золотом подавать — так мы и сами по миру пойдем. Ты рассказчику в порту-то… Золотой…

Ингви прищурился и глянул на воришку: