Право первой ночи - Юлия Архарова

Фирдан глухо зарычал.

— Скажи, он… он сделал тебе больно? — глухо спросил кузнец.

Ну, хоть поинтересовался. А то до этого все «я» да «я».

— Не хочу говорить об этом.

Разубеждать сына старосты, рассказывать, что этой ночью ничего не было, я не стала. Ни к чему это знать Фирдану. Совершенно ни к чему.

Шейран Ферт появился, когда солнце уже наполовину скрылось за горизонтом. Бросил на кровать пыльную куртку, принялся стягивать с рук перчатки для верховой езды.

От виконта пахло кровью и конским потом.

— Тони, новости есть? — с ходу спросил мужчина.

— Нет, все тихо.

— Хорошо… Распорядись, чтобы мне приготовили ванну. Раздобудь бутылку красного вина и каких-нибудь закусок: мяса, сыра, фруктов… да что я тебя учу, сам знаешь.

— Что-нибудь еще? — спросил Тони.

Виконт на долю секунды задумался, затем окинул меня оценивающим взглядом.

— Ты голодна? — спросил баронский гость.

Замотала головой.

Но все же где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что разносолами меня на кухне не баловали и я не отказалась бы попробовать пищу с господского стола.

Шейран усмехнулся уголком рта и сказал:

— Тони, проследи, чтобы закусок положили побольше.

Он что, мои мысли прочитал?! Нет, быть такого не может. Наверное, просто угадал или так задобрить пытается.

Слуга Ферта наградил меня взглядом, в котором плескалось море недоверия и неприязни, а затем бесшумно выскользнул из комнаты.

Виконт запер за Тони дверь, подхватил стул и вальяжной походкой сытого хищника направился ко мне. Опустил стул на пол аккурат напротив кресла, в котором я сидела. Оседлал предмет мебели верхом, руки положил на высокую спинку. Чуть наклонил голову набок и принялся меня разглядывать.

С трудом подавила желание проверить, не исчезло ли с моих плеч мятое свадебное платье, настолько пронзительным и откровенным был взгляд Шейрана Ферта.

Как там я виконта при первой встрече окрестила? Черным вороном? Нет, скорее, Ферт — коршун. Рядом с ним я себя чувствовала маленькой рыжей полевкой.

Во всяком случае, взгляд у Шейрана был птичий — хищный и колючий. Цвет радужки темно-синий, почти черный, так что она почти сливалась со зрачком. Не глаза, а бездонные колодцы, в которые, того и гляди, упадешь… Жуть какая!

Я моргнула, разрывая зрительный контакт, и ляпнула первое, что на ум пришло:

— Дайте угадаю, вы были на охоте?

Мысленно отвесила себе подзатыльник: дерзить виконту явно не следовало.

— Ваш барон питает нездоровую страсть к этой забаве, — проронил мужчина и, чуть прищурившись, спросил: — Разве мы вчера не перешли на «ты»?

— Э-э-э… — растерянно проблеяла я. — Извините, вчера я была не в себе.

— Ничего, — позволил себе легкую улыбку виконт, — если ты еще не заметила, я за более простое общение, по крайней мере, наедине.

Это он про что? Намекает на своего слугу? Или?.. Фраза прозвучала несколько двояко.

— Как скажешь, — вздохнула я.

— Вот и хорошо, — кивнул Ферт. — Так, позволь спросить: как поживает твой супруг? Я знаю, ты с ним сегодня виделась.

Душа ушла в пятки.

Неужели кто-то подслушал наш с Фирданом разговор? Ведь я практически призналась, что являюсь практикующей ведьмой. Да я себе смертный приговор подписала по эрлайским законам!

— Откуда? — спросила я. Надо же, и голос не дрогнул.

— Слышал, что сын старосты наведывался в замок якобы по делам. Думаю, он не упустил возможности повидаться с тобой. Так?

Слава богу! Значит, виконт ничего не знает.

— Так, — я поморщилась.

— Позволь спросить: что он хотел?

Я пожала плечами и с деланым равнодушием произнесла:

— Предлагал сбежать.

— И ты отказалась. — Не вопрос — утверждение.

Вновь подняла глаза, встретилась с Шейраном взглядом.

— Я ведь не дура. Куда бы я убежала и как?

— И то верно, — усмехнулся уголком губ виконт.

Знать бы еще, это ответ на первую мою реплику, на вторую… или разом на обе?

И вдруг пришло осознание — виконт проверяет меня, специально пытается вывести из равновесия. Следит за мимикой лица, интонациями голоса. Играет со мной, как с мышкой, коршун клятый!

Во что бы то ни стало надо держать себя в руках. Ни жестом, ни словом не выдавать себя.

— Алана, тебе кто-нибудь говорил, что ты крайне необычная девушка? — проникновенно спросил Шейран Ферт, глядя мне в глаза.

Я нахмурила брови и покачала головой. Опустила взгляд, черные глаза виконта пугали, казалось, они смотрят в саму мою душу.

— Меж тем это так. Твоя внешность нетипична для этих мест.

Пожала плечами:

— Ты тоже не похож на здешнего уроженца.

Вот, опять хамлю. Но виконт сам же хотел, чтобы я держалась с ним проще…

— Я никогда и не говорил, что родом из Эрлии.

— И я тоже. Все знают, что я сирота.

— Да, слышал… Так откуда ты родом, Алана?

Вздохнула и вновь пожала плечами:

— Знать бы… Я плохо помню свое детство.

— Но хоть что-то помнишь? Я хотел бы услышать твою историю.

— Позволь спросить, с чего такой интерес? Чем жалкая жизнь простой травницы заинтересовала сиятельного лорда?

— Считай это моей слабостью, — скривил губы виконт. — Ольгрейд любит охоту, а я — хорошие истории. Тебе удалось меня заинтриговать, ты слишком отличаешься от местных жителей… и не только внешне, ты умна и неплохо образованна.

Язык мой — враг мой. Эх, надо было не умничать, а придерживаться роли деревенской девки, которая за пределами баронства ни разу не была и читать умеет хорошо, если по складам.

— Я травница, мне по статусу не положено быть глупой. А касательно моей якобы образованности… За все, что знаю, я благодарна знахарке Отхе.

— Похоже, это была непростая женщина, — заметил Ферт.

— Непростая, — не стала отрицать очевидного я. — Про свою молодость она не любила рассказывать, но по некоторым оговоркам я поняла, что раньше Отха жила в городе.

— И что это был за город, тебе известно?

Почему такое чувство, что я попала на допрос?..

— Нет.

— Ладно, оставим этот вопрос… Расскажи, как ты попала в деревню?

Вздохнула.

Наверное, если рассказать подправленную и сильно упрощенную версию, ничего страшного не случится. В конце концов, эта история известна всей деревне, и, если я действительно интересую Шейрана, он уже мог расспросить о событиях тех лет баронских слуг или воинов. Так что врать или отмалчиваться смысла нет.