Сестренка из Преисподней - Андрей Белянин

– Я спрашиваю, не что это, а что это?! В смысле, что всё это значит?

– Циля, по-моему, он впал в болезненное самомнение… – Нечистый и его братец обменялись сочувственными взглядами. – Я ж тебе популярно, по слогам, объясняю: пу-ле-мё-т-т-т! А ты что, рассчитываешь всех врагов боевой раскраской своих трусов распугать? И не надейся, начинающий извращенец, там народец с крепкой психикой, их твоими парусами в ландышах не свалишь…

– Прекрати, Фармазон! – вмешался наконец добрый Анцифер. Пока я с раскрытым ртом переваривал все оскорбления чёрта, белый ангел ловко надел на меня тяжеленную холоднючую кольчугу. Хорошо, что я ещё сидел, а то так бы и рухнул от непривычного давления на плечи. – Ты же видишь, хозяин в ступоре, ему не до того, он молит у небес победы в грядущей и неизбежной битве.

– Шлем бы надо… – с сомнением протянул рогатый критикан, сбегал куда-то и принёс… противогаз! Пару минут они рьяно спорили, надевать его на меня или нет. Фармазон уверял, что в нём я выгляжу более грозно, но Анцифер упёрся, справедливо считая, что в таком наморднике я никак не могу уповать на поддержку высших сил. На смех – да, а вот на поддержку – увы… Стало совершенно ясно, что пора брать бразды правления в свои собственные руки, иначе случится страшное… Я просто деградирую как личность!

– Ладно, вы меня убедили. Я готов действовать, защищая всех нас (подчёркиваю – всех!) от той неизвестной опасности, что так не вовремя всем нам угрожает.

Близнецы установили пулемёт у распахнутого оконца, предоставив мне максимальный обзор пустынных улиц и дремлющего ночного сквера. На первый взгляд ничего особенно жуткого заметно не было. Луна светила в полную силу, и её яркости вполне хватало даже для чтения, при хорошем зрении разумеется. На небе ни облачка, звёзд – как гороха, лёгкий ветерок, сдержанно шумящие деревья, в голову лезет исключительно лирика. Я поудобнее устроился у пулемёта, щёлкнул предохранителем и попытался пристальнее вглядеться в сиреневую ночь. Анцифер с Фармазоном, после того как я приготовился к бою, потеряли интерес к моей особе, болтая исключительно о своём:

– Как обычно они идут в атаку?

– Когда как, Циля… Бывает, выстраиваются в ряд, бывает, налетают вразнобой, бывает, бросаются попарно. Это же демонессы, разве их, баб, предугадаешь?

– Но двоюродная родственница не пострадает?

– Она со своим хахалем в первые ряды не полезет. Девочку будут беречь как приманку. Но ты не переживай, нам и без её участия подвигов на три Героя Советского Союза хватит!

– С Божьей помощью…

– Ага! Чё б ты без меня делал, с одной Божьей помощью?! Мало у нас своих разборок, так ещё и Её Серость, пушистая с хвостиком, того гляди, пожалует…

– Я присмотрю, чтобы Наташеньку не зацепило.

– Сначала у хозяина лишний раз уточни, может, он наконец-то настроился побыть вдовцом?

Создавалось впечатление, что у ребят явный мандраж. Они и вправду сильно напуганы… Я повернулся к Анциферу, но рот открыть не успел – Фармазон выпрямился и ткнул пальцем в ночное небо:

– Вот они! Серёга, ты их видишь?! Вот же они, цыпочки. Все тут, как на подбор.

В руках Анцифера дрогнула пулемётная лента, ангел поднял на меня кроткие глаза и едва слышно прошептал:

– Мы сделали всё, что могли… Не промахнитесь, Серёженька!

Не далее чем в сотне метров от нас, прямо в звенящем воздухе, возникли четыре девичьи фигурки. Я протёр глаза… Девочки казались живым воплощением мечты любого семнадцатилетнего романтика. Пышные волосы, осиные талии, коротенькие юбки и обалденно длинные ноги! Я поначалу никак не мог разглядеть их лиц, хотя почему-то сразу поверил, что они прекрасны… Девчушки свободно парили над сквером на уровне нашего окна, о чём-то оживлённо переговариваясь. Я недоумённо развернулся к Фармазону…

– Нет, не сейчас! Не дави на гашетку раньше времени, пусть подойдут поближе…

– Вы что, с ума сошли?! Да я вообще не намерен ни в кого стрелять, а уж в девчонок подросткового возраста – тем более!

– Сергей Александрович, – поспешил вмешаться ангел, – не давайте красивым иллюзиям себя обмануть. У этих милых подружек внутренняя сущность черна, как проклятие Сатаны! Они пришли за вами и не отступятся, пока не получат вашу душу. Эти демонессы только и ждут…

– Чушь! – взорвался я. – Можно подумать, что мне не доводилось ничего читать о демонах женского рода?! Я видел в кино всяких красоток, превращавшихся потом в вампиров, но… Согласен, что Зло может принимать любые, самые искушающие формы, но не настолько наивные! Эти девчонки больше похожи на стайку юных фей, спешащих на дискотеку в соседнюю рощицу эльфов. Но даже если предположить худшее, то хладнокровно расстреливать из станкового пулемёта беззащитных представителей нетрадиционных магических меньшинств… Да за кого вы меня принимаете, вандалы?!

– Серёга, они группируются! Сейчас начнут шороху наводить… – забеспокоился чёрт, подталкивая меня под локоть. – Ну! Давай же, не тяни… Пора!

– Не буду.

– Ась?! – Фармазон вытаращился на меня, как дед на репку.

– Я сказал: не буду ни в кого стрелять! Я с ними… побеседую.

Четыре стройных силуэта за окном разлетелись в стороны, образуя квадрат. Откуда-то свыше прозвучал неуловимо знакомый голос:

– Я несу возмездие во имя Луны!

На мгновение мне показалось, что я узнаю этот тон… Ну конечно же, Банни! Значит, она всё-таки здесь и нам не придётся разыскивать её по всем измерениям. Самое страшное позади, уф… Облегчённо вздохнув, я поднялся во весь рост и радостно закричал:

– Эгей, Банни! А ну вылезай, коварная беглянка! Пошли домой, если не вернёмся к ужину – Наташа мне ухо откусит. Пожалей популярного поэта… и заодно познакомь меня со своими подружками!

Ответ поступил через секунду. Зеленовато-желтая переливающаяся молния вылетела с левой стороны безобидного диска луны и с грохотом разорвавшегося снаряда влепилась в наш карниз!

* * *

Взрывной волной меня отшвырнуло в сторону, тонкая испанская кольчуга уберегла от мелких осколков, но, падая, я здорово ушиб указательный палец на правой руке. От боли и обиды хотелось верещать раненым зайцем. Что здесь происходит?! Почему Банни решила меня убить? Да, согласен, мы не сразу поняли друг друга. Возможно, где-то, в чём-то, как-то я даже был несколько… м-м… нетактичен, но ведь за это не убивают!

Сильные руки Фармазона подняли меня, встряхнули и поставили на ноги.

– Убедился, скромный российский миротворец?! А теперь иди и покажи вон тем макакам в юбках, что партизаны не сдаются!

Бледный Анцифер так и сидел у пулемёта с лентой в руках, словно мраморная скульптура, символизирующая глубокую скорбь о несовершенстве мира в целом. Глаза ангела кучно замерли в районе переносицы, отказываясь разъезжаться. Девчушки за окном заливались торжествующим смехом…