Белая тетрадь - Софья Ролдугина

В спину вдруг ударил сильный поток воздуха, как будто его направили из шланга. Заколка расстегнулась и свалилась в траву, волосы облепили лицо. Визжа, я буквально взлетела на холм и опять брякнулась на колени, собирая волосы в подобие хвоста.

Джайян, насмешливо поглядывая, опустилась рядом и протянула мне заколку.

Я сцапала ее и скрепила растрепанные пряди. Ну вот, теперь еще расчесываться… Мамино заклинание слетело.

– Так нечестно! – одарила я подругу мрачным взглядом.

– А задерживать всех – честно? – резонно вопросила она.

Я мстительно дернула за нить бытия, посылая к Джайян слабый электрический разряд, но валькирия легко поймала его, как люди ловят руками мыльные пузыри, и развеяла по ветру.

У меня от иррациональной обиды аж слезы на глаза навернулись.

Ну что такое! Даже Джайян, которая на два года младше меня, и та сильнее…

– Обиделась? – ничуть не раскаиваясь, поинтересовалась валькирия и шевельнула пальцами, призывая ветер.

Я искренне хотела ответить «Да», рискуя попасть под очередное заклинание Джайян, но тут, спасительно зазвонил старенький мобильный.

– Погоди, – махнула я Джайян и вылезла из лямок рюкзака. Молния, как всегда, заела, а звонок пошел по второму кругу.

А, бездна, как не везет!

– Кто это такой настойчивый? – поинтересовалась Джайян, глядя, как я пытаюсь выкопать мобильный из-под горы вещей. Так и не науськанный на меня ветерок игриво поддевал медовые прядки валькирии, ластясь, как щенок. Я подавила мгновенный приступ зависти.

Меня нити так не приветствуют.

– Мама, наверное. Я же ей обещала звонить каждые два часа и забыла… Алло. Да, Элен. Нет еще. Идем. Что?! О боги. Да. Поняла. Хорошо. Сейчас.

Я сунула мобильный в карман и повернулась к Джайян. Усталость как рукой сняло. По венам побежал чистый адреналин.

– Надо быстрее догнать остальных.

– Сразу бы так, – обрадовалась Джайян и помрачнела, увидев мое сосредоточенное лицо. – Эй, а что случилось?

– В разных частях города нашли четыре трупа. Все – молодые неинициированные равейны. – Мой голос звучал хрипло. – У всех – энергетическое истощение. Других травм не обнаружено… Но у одной на запястье синяк.

Джайян сглотнула. Ветер закружился у ее ног маленьким нервным торнадо.

– Только без паники. Думаешь, это он? – Она приподняла брови. Я не отреагировала, только ускорила шаг. – Ладно, догоним остальных и телепортируемся. А, Найта? Эстиль Элен оставила тебе амулет?

– Да. В рюкзаке. Боковой карман.

Джайян молча подхватила меня под руку. Рюкзак сразу стал легче, попав под действие колдовства валькирии.

Я благодарно кивнула, но руку отняла.

Меня колотила дрожь.

Девчонки ждали нас на поляне у ручья. Айне выглядела встревоженной – наверное, дар предупредил ее о неприятностях. Феникс с Этной собирали ромашки и спорили, где расстелить скатерть.

«Плакал наш пикничок», – отрешенно подумала я.

А место было очень красивое…

Джайян торопливо и эмоционально объясняла расклад, пока я искала амулет – золотистый камешек угловатой формы. Потом мы встали в круг и взялись за руки – рефлекс, усвоенный с детства. Прикосновение облегчает взаимодействие.

Все просто. Колдовство вообще простая штука.

Я никогда не любила телепортацию. Чувство во время переноса такое, будто рассыпаешься песком. Гораздо больше мне нравились порталы – червоточины пространства. Но они требовали ритуалов, солидных энергетических затрат и больших материальных носителей. И потому в быту часто использовались такие простые камешки-телепорты, которые делались заранее, настраивались на одно место и включались одним прикосновением дара.

Но на сей раз вместо того, чтобы активировать амулет, импульс разорвал его на кусочки.

– Как?.. – Феникс ошалело уставилась на каменную крошку.

Этна невнятно выругалась и с остервенением топнула ногой, не разжимая, впрочем, ладони.

Я обвела невидящим от дурноты взглядом окрестности…

Меня бросило в пот.

На другом берегу ручья, у самой кромки леса, появился высокий темноволосый парень. Кожа его была белой, как мел. Он махнул рукой, словно в издевательском приветствии.

Страх, какого я еще никогда не испытывала, сжал горло.

Четыре трупа… «гастролер»… Еще… пять?

«Нет! – билось в висках пульсом. – Не позволю. Так нельзя. Это неправильно».

Во мне что-то словно перемкнуло. Я балансировала на грани погружения в «память матерей», но, конечно, этого не могло быть – ведь инициация мне еще только предстояла.

Глаза Айне полыхнули волчьей желтизной.

И я вдруг осознала, что должна делать.

Выход оказался до жути простым.

Стараясь не обращать внимания на парня, который уже не шел, а бежал к нам, я встала в середину, поменяла местами Айне и Джайян.

– Сюда, быстро… Огонь и воду нельзя вместе. Феникс… Возьмитесь за руки.

– Ты знаешь, что делаешь? – почти испуганно спросила Этна. Впервые я видела ее… такой. Почти неуверенной.

Земля, кажется, дышала под ногами, как живое существо.

– Нет.

Мир заволокла странная пелена. Предметы быстро теряли очертания, превращаясь в путаницу из разноцветных нитей, сквозь которые едва просвечивала привычная реальность. Ауры подруг вдруг вспыхнули, рассыпая блики, как драгоценные камни в ярком свете. Я на мгновение даже огорчилась – так блекло я выглядела на фоне Феникс, сияющей, как маленькое солнце.

Мы четверо словно впитывали ее свет… и начинали гореть ярче.

Ощущение опасности накатывало почти материальными волнами. К неясной фигуре шакаи-ар присоединились другие. Клан? Подмога? Не важно…

Мои пальцы с силой дернули сплетения нитей, создавая новый узор, искусственно-совершенный. От Феникс дохнуло раскаленным ветром, Айне до боли вцепилась в ладонь Этны… Земля покачнулась, и тут я упала на ковер.

Тот самый, в маминой комнате.

О боги, дома… в безопасности.

– Как ты себя чувствуешь? – Феникс робко дотронулась до моего плеча.

Это еле заметное прикосновение обожгло, как капля свечного воска голую кожу.

– Странно. Мне кажется… – Я судорожно вцепилась в спутавшиеся волосы. Дурнота накатывала волнами. – …Мне кажется, я сама себя инициировала. А контур замкнула на вас. По кругу. И если мы до сих пор живы, то…

– Вы – природная звезда. Четыре стихии и точка фокуса.

Голос был знаком. Но я даже головы не повернула. Мне было плохо. Звуки долетали, как сквозь стекло.