Алмазная академия - Катерина Полянская

Все началось с помолвки. Хотя сейчас, ожидая своего выхода в узком коридоре, я склонна была считать, что первое из событий, приведших меня сюда, случилось много лет назад. Возможно, еще до моего рождения. Когда Милохор Гвун – уважаемый гном и будущий владелец адамантовых россыпей вдрызг разругался с семьей, чтобы жениться на человеческой женщине. Нянюшка рассказывала, что скандал вышел жуткий.

От этого союза появилась на свет я.

Но через несколько лет красавице Асторье наскучила спокойная жизнь вместе с мужем, который пропадал то в каменных уделах, то в рабочем кабинете и не слишком часто баловал молодую жену вниманием. И в один далеко не прекрасный день она сбежала с приезжим магом.

Отношения с семьей тотчас же были восстановлены, и в нашем доме появилась Мелиата – моя тетка. Как появилась, так и обосновалась, и первое, что сделала, – попыталась выдворить отсюда даже сам дух предательницы. Красивые вещи были заперты в чуланы и заменены на удобные, в залах огромного дома больше никогда не сверкали драгоценности, из моего шкафа пропали изящные платьица с жемчугом и кружевами, а свечи, которые раньше так вкусно пахли и приветливо горели, теперь давали мало света и противно чадили. Но это, кажется, заметила только я. Когда же Мела безжалостно изничтожила прекрасный багровый плющ, который оплетал полдома и не блек даже зимой, просто потому что его посадила мама, я несколько часов прорыдала у сиротливо торчащих из земли корней.

А проснувшись утром, увидела, что по унылым каменным стенам снова расползлись пылающие змейки.

Естественно, красота была вновь срезана уже к обеду… но следующим утром вернулась на прежнее место. Уж Мела его и рвала, и рубила, и выкорчевывала, даже поливала землю какой-то отравой – плющ вырастал красивее прежнего. А злость тетки разгоралась все сильнее и, за недосягаемостью «проклятущей ведьмы», была направлена на меня. Будь ее воля, меня бы давно не было не то что в доме, а даже в гномьей провинции, но гномы не бросают детей. Вот и приходилось им терпеть меня, а мне просто терпеть.

Можно было бы сказать, что во всех несчастьях виноват плющ, но я даже радовалась, что так вышло. Пока одиннадцать лет спустя не услышала от отца фразу, желанную и в то же время пугающую для любой девушки:

– Ассони, ты выходишь замуж.

Вот так просто и без каких-либо эмоций была решена моя судьба. Именно решена, потому что мнения невесты никто не спрашивал. Огонек торжества в обычно по-рыбьи пустых глазах тетки заставил холодок спуститься по позвоночнику, но я постаралась вести себя разумно. А потому в первую очередь решила выяснить:

– За кого?

– Ирн Вирхгот – прекрасная партия для тебя, – отстраненно пояснил отец.

Вот теперь я похолодела по-настоящему. А мерзкая мегера со змеиной улыбочкой отметила:

– Тебе сказочно повезло. Наследник драгоценных шахт… Он берет тебя просто так, даже не хочет приданого. И предлагает твоему отцу долю в своей торговой компании. – Полный ненависти взгляд метнулся к окну, где за стеклом виднелись яркие листочки плюща.

Медленное, размеренное дыхание не помогло, я взорвалась:

– Ирн Вирхгот? Тот, что в свои двадцать девять шесть жен пережил?! Тот, который просто-таки уничтожил семью Рейхоб, когда они попытались расследовать скоропостижную кончину дочери?! Тот…

– Я же говорю, – растеклась в медовой улыбке тетка, довольная, что до меня дошел истинный смысл происходящего, – отличная партия для ведьминого отродья. Тебя так просто не изведешь, я-то знаю. А твой отец наконец сможет зажить для себя, женится на хорошей женщине.

– Змея подколодная, – не выдержала я.

– Мела, хватит ее задевать. – Отец не то чтобы заступился за меня, просто ему претили склоки. Они нарушали размеренный быт, отнимали время и не приносили прибыли. Невиданное расточительство! – А ты, Ассони, иди к себе и готовься к помолвке. Это вопрос решенный.

Неделя пролетела слишком быстро. Разумеется, подлейшая родственница проследила, чтобы я не смогла сбежать.

И вот я здесь…

В том конце коридора послышались приближающиеся шаги.

– Смотри, чтобы без глупостей. – Отец тронул меня за плечо. – Дочери не должны создавать проблем.

Он на самом деле так считал: обязанность сыновей – перенять родительское дело, а дочери просто не должны создавать проблем.

Больно закусив губу, я все-таки заставила себя промолчать. К чему слова? За эту неделю сказано было достаточно.

– Наверное, ты была бы хорошенькой, если бы не вымахала такой высоченной, – отметил жених и вместе с будущим тестем вошел в зал, где уже собрались гости.

Но обидный смешок, который я издала, расслышать успел. Вон как дернулся! Он, наверное, мне еще отомстит, но это будет когда-нибудь потом…

Вообще-то я стеснялась своего роста, неправильного для гномки, но в последнее время это отошло на второй план. Вот и то, что жених дышит мне в локоть, как-то не смутило. Тут хоть бы жизнь спасти! Однако страх не помешал детально рассмотреть врага. Молодой гном имел короткую ухоженную бородку и носил дорогую одежду. Это затмевало низкорослость и грубые, некрасивые черты. Пожалуй, если бы не его репутация и не глаза, черные и пустые, как у Мелы, я была бы даже рада предстоящим переменам в жизни.

Взгляд прогулялся по коридору, освещенному лишь одним чадящим светильником. Из зала доносились голоса и – совсем непривычное дело! – музыка. У гномов не принято пышно отмечать свадьбы, а тем более помолвки. В лучшем случае устраивают посиделки с родней, но так, чтобы не сильно тратиться. Получается тихо и уютно. Но сегодня не тот случай, поскольку главное – это все же не предстоящий брак, а связи для торговой компании. Вот и созвали всю округу, партнеров со всего королевства, магов, которые могли бы впоследствии оказаться полезными… Кого тут толь-ко нет.

Но и об официальной причине сборища, к сожалению, не забыли. Скоро меня позовут.

– Сонюшка… Соня!

Я подпрыгнула, похолодела… и только мгновение спустя поняла, что мое имя звучит не так, как оно звучало бы в устах отца или тетки.

– Няня?

Из-за ближайшего поворота показалась седая и немного всклокоченная голова пожилой гномки. Мерседа жила у нас в доме почти с самого моего рождения, и сегодня был ее последний день здесь. Змеюка ей даже до свадьбы остаться не позволила. Как чувствовала, что мы что-то затеваем! И у нас получается, судя по встрепанному виду моей сообщницы. За эти годы я ее отлично изучила: если не причесана волосок к волоску, значит, волнуется.

– Ну что? – Я едва не подпрыгивала от нетерпения, и то исключительно потому, что опасалась наделать ненужного шума.

– В северном крыле, в покоях, у которых прежде стояла статуя печальной девушки, поселили мага, – торопливо зашептала моя единственная во враждебном доме союзница. – Я разузнала о нем… У него репутация благородного человека. Уверена, он не оставит девушку в беде. Беги, поговори с ним!